Попаданка на кухне. Как накормить дракона

Глава 7

Ледником оказалось каменное круглое строение с длинными, узкими окнами под самой крышей. Внутри начиналась широкая лестница, уходящая вниз. А вдоль стен просматривались стеллажи, содержимое которых в полумраке рассмотреть я не смогла.

– Чего ты копаешься? — парнишка, которого Риса снарядила мне в помощники, уже где-то раздобыл холщовый мешок, видимо для того, чтобы не тащить в руках то, что я выберу.

В отличие от Седрика, поварёнок был невысокого роста, даже ниже меня, но широкоплеч и упитан. Взгляд его маленьких, прищуренных глаз выражал недовольство миссией, возложенной на него. Словно пока он возится со мной, на кухне все вкусное съедят.

— Спускаемся, — произнес он и первым резво помчал вниз, я следом за ним.

С каждым шагом становилось все холоднее и темнее. Мальчишка вынул из кармана огарок свечи и щелчком пальцев раздобыл огонь.

«Вернусь на кухню — и сама попробую, а вдруг получится?» — улыбнулась я своим мыслям. Если даже ребенок справляется с таким фокусом, значит, и прежняя Мирайя, наверное, умела. А раз теперь это мое тело, то, возможно, и у меня выйдет.

На последней ступени меня уже вовсю колотил озноб. Причиной тому была гора льда, громоздившаяся посреди подвального помещения. Деревянный помост вокруг нее был заставлен плетеными корзинами с рыбой, а на огромных крюках, вбитых в стены, висели мясные туши.

— Давай быстрее, а? — попросил мой провожатый. — Не хочу из-за тебя превратиться в сосульку.

Парнишка развязал мешок и выжидательно уставился на меня.

Что ж, посмотрим, что у нас есть. Я двинулась вдоль корзин, заглядывая в каждую.

Рыба, пересыпанная кристаллами льда, лежала вперемешку: плоская, как тарелка, круглая, с выпученными глазами, длинная, усатая.

Я трогала пальцем твердую, обледеневшую чешую, ища признаки свежести — ясные глаза, яркость жабр. От некоторых исходил сладковатый, речной запах, от других — терпкий и соленый, морской.

Поварёнок топтался сзади, и я чувствовала его нетерпеливый взгляд на своей спине. В какой-то момент он не выдержал и громко фыркнул.

— Не будто не рыбу, а жениха себе выбираешь!

— А вдруг среди них есть заколдованный принц? — я ткнула пальцами в крупную, толстобокую рыбину, чья чешуя даже в полумраке отливала розоватым золотом.

И поваренок, легко подцепив ее за жабры, сунул в мешок.

— И что тогда? — заинтересовался он моим ответом.

— Ну как что? — улыбнулась я. — Поцелуй прекрасной девы, то есть мой, расколдует принца, он в меня влюбится и женится. Я стану королевой.

От неожиданности руки парнишки дрогнули, и он чуть не выронил мешок.

– Да ну! — похоже, мои слова он принял за чистую монету. — Тогда надо больше рыбы брать!

Конечно, никаких поцелуев я не планировала, но вот накормить слуг нужно, поэтому предложение встретила с энтузиазмом.

— Согласна, бери эту, — я указала на длинную змеевидную, с выдвинутой вперед хищной челюстью, — и вон те две — плоские, покрытые крупной чешуей с наростами, похожими на шипы.

— Фу! — скривился парнишка. — Ты и ее целовать будешь? Она же колючая!

— Принцы бывают разными, — с серьезным видом пожала я плечами. — Может, у него характер не очень, вот и стал колючкой.

Я провела рукой над корзиной, делая таинственный вид, и крошечная искорка — та самая, о которой я думала на лестнице, — сорвалась с кончиков пальцев, осыпав чешую рыбы синеватым мерцанием.

Парнишка аж подпрыгнул, и глаза его стали круглыми, прямо как у тех самых плоских рыб.

— Ты видела?! — воскликнул он с детским восторгом. — Думаешь, это знак? Да? Принц нам знак подаёт!

Мальчик сам уложил всё содержимое корзины в мешок и попытался закинуть его на плечо. Но ноша оказалась такой тяжёлой, что это едва удалось.

— Давай разделим на двоих, возьмём вон хоть это, — предложила я, ухватившись за ручку опустевшей корзины.

— Я сам! — возмущённо засопел парень, давая понять, что в помощи не нуждается.

Ему всё же удалось взвалить мешок на плечо, и он заковылял к лестнице.

— Вот только королевой ты всё равно не станешь, — пробурчал он себе под нос.

— Почему? — рассмеялась я. — Думаешь, не женится?

— Так он же принц! Значит, папаша-король жив. Или император, смотря откуда принц-то родом, — рассуждал не по годам смышлёный ребёнок. — Хотя, если принц папашу… того… — он выразительно провёл ладонью по горлу, — тогда, может, и получится.

От изумления я споткнулась на ступеньке. Чего я хотела? Какие времена — такие и нравы.

— Ты, главное, когда замуж выйдешь, не забудь, кто твоего жениха на плечах тащил, — бурчал идущий впереди поваренок. — Обещаешь?

— Обещаю.

— Ну что, «королева»? — пропыхтел он, как только мы выбрались наружу. — Хватит с тебя рыбы-принцев? Или еще что прихватим?

Я задумалась, что ещё мне может понадобиться, когда шумные голоса заставили меня обернуться. Две служанки, нагруженные корзинами со свежей зеленью, бойко обсуждали последние сплетни.

— …ну и что он? — с горящими глазами допытывалась брюнетка, с нетерпением глядя на высокую рыжеволосую девицу, чем-то смутно напоминавшую Седрика.

— А он, — фыркнула та, — так и выскочил из окна в одном исподнем и помчался по улице что есть духу!

Обе так и прыснули от смеху, едва не выронив свою ношу.

— Эй, Дора! — крикнул мой провожатый одной из них.

Темноволосая служанка обернулась, недовольно скривившись, что увлекательную беседу пришлось прервать.

— Чего тебе?

— А где Нора?

Выражение лица Доры мгновенно стало ехидным, на губах расползлась довольная улыбка.

— Сестрица моя сегодня в саду трудится, помогает алистерию высажи-и-ивать… — нарочито растянула она, с явным удовольствием наблюдая, как у парня портится настроение.

Посмеиваясь над парнишкой, обе девицы удалились, а я поинтересовалась:

— Кто такая Нора? Твоя невеста?

На вид поварёнку лет шестнадцать — так что все возможно. Но тот, угрюмо насупившись, не ответил. Крякнув, взвалил на плечо тяжелый мешок и поплелся в сторону замка.

Чтобы хоть как-то его отвлечь от грустных дум, всю дорогу я задавала разные вопросы. Мне удалось узнать, что все продукты к господскому столу поставляются прямиком с огорода.