Попаданка на отбор. Рыжая для наследника

Глава 10. Странное знакомство

Так как мне никто не готовил ванную, а страх рассердить наследника у тётки был выше, чем желание опозорить меня на приёме, Талия потребовала, чтобы дядюшка уступил свою наполненную горячей водой и ароматными маслами ванную мне.

В восторг он от этого не пришёл, но и сильно не сопротивлялся.

А я…

О, я впервые за несколько месяцев смогла помыться по-человечески. В огромной медной ванной с молочно-белой водой, наполненной цветами и ароматическими маслами.

Понежиться в ней я, к сожалению, не могла, но зато могла до красноты натереть свою многострадальную кожу, которую в поместье могла только обтирать влажным полотенцем или обмывать в саду в своём секретном озере.

Правда, после визита туда самого наследника, я вряд ли решусь снова в нём купаться, дабы не быть застигнутой врасплох.

Я плескалась как ребёнок, пока в дверь бесцеремонно не забарабанила тётушка Талия с криками, чтобы я поторапливалась.

Тяжело вздохнув, вылезаю из ванной. С сожалением провожу по медному краю ладошкой, словно прощаюсь навсегда с такой роскошью.

Хотя так оно, наверное, и есть. Где я ещё смогу понежится в настоящей ванной? Ведь даже в нашем поместье её нет, только деревянные лохани.

Остальные сборы занимают у меня ещё меньше времени. Натягиваю на себя платье Аделаиды, немного распустив шнуровку по бокам, волосы скручиваю в простой жгут и укладываю на голове, заколов булавкой. О причёске я не волнуюсь, потому что всё равно всё сейчас закрою красной шалью с бахромой.

Встаю перед зеркалом и прикидываю, как лучше поступить.

Если повязать шаль на манер платка, то рассыпавшиеся длинные волосы могут заметить императорские гости. К тому же благородные леди не носят платки, только чернь. А это значит, что так я только привлеку к себе внимание.

Значит, надо соорудить тюрбан.

Чем я и занимаюсь и после нескольких неудачных попыток у меня на голове возвышается оригинальная композиция из красной тафты и бахромы.

- Хельга! — снова дёргает ручку тётка, и я тут же открываю ей дверь.

Талия огромной разъярённой горой возвышается передо мной.

- Это что ты удумала? — тычет она в меня своим толстым пальцем.

- Я? — выдавливаю из себя.

- Решила околдовать наследника? — она наклоняется и пытается задавить меня своим “авторитетом”. Её “авторитет” в тон её словам яростно покачивается в огромном вырезе и норовит выпрыгнуть из него и напасть на меня.

- Я? — непонимающе хлопаю глазами, с опаской поглядывая на “авторитет” тётушки.

- Смотри у меня, — хмыкает она, кажется, удовлетворённая произведённым эффектом, и выпускает меня из комнаты.

Как раз вовремя.

Потому что стоит мне выйти в коридор, как передо мной в поклоне уже замирает слуга.

- Прошу мадемуазель Блэк, нам туда, — он вытягивает руку, обозначая направление.

И мне приходится подчиниться.

Слуга ведёт меня длинными коридорами и крытыми галереями.

Вокруг белоснежный мрамор, огромные фасеточные окна и, конечно, картины.

Сотни картин.

На каждой изображён какой-нибудь важный вельможа, а, возможно, и покойные нынче императоры.

К сожалению, про историю империи я ничего не знаю. Ни в нашем поместье, ни среди книг, что привезли с собой Блэки, не нашлось ничего полезного.

Тяжело вздыхаю. Одно я знаю точно, встреча с наследником ни к чему хорошему меня не приведёт. Ни как нищую приживалку Блэков, ни как “ведьму”.

И думать о том, чем мне грозит эта поездка в столицу, я не хочу. А очень хочу верить, что я всё-таки найду своё место в новом мире. Смогу вырваться из загребущих лап Блэков и зажить новой жизнью, где-нибудь как можно дальше от старого поместья.

Вот только дойти до места встречи с наследником без происшествий не получается.

Прямо на нас из смежного коридора вылетает странная женщина.

- Питти! Питти! — она смотрит куда угодно, только не нас.

Поэтому проходится по ногам императорского слуги и врезается спиной прямо в меня.

- Питти? — она разворачивается и рассматривает меня удивлённо. Словно живых людей никогда не видела.

Я рассматриваю её с неменьшим удивлением.

Высокая, ещё довольно молодая женщина, но возраст определить трудно. Ей может быть и сорок, и пятьдесят пять.

Но я склоняюсь к пятидесяти.

Вьющиеся РЫЖИЕ волосы собраны в высокую причёску! Нет, они совсем не похожи на мои огненно-красные. Её волосы скорее цвета блёклой меди, приглушённого рыжего цвета. Но они рыжие! И она так спокойно расхаживает с ними по замку!

- Госпожа Генриетта, — слуга низко кланяется с явным уважением.

- Генрих, — не глядя на него, спрашивает женщина, — вы Питти, случайно, не видели?

- Нет, госпожа Генриетта, не довелось.

- Какая жалость, — отмахивается она. - А это у нас кто?

Она подходит ко мне вплотную, по местным законам бесцеремонно берёт за руку и что-то пытается найти среди линий на моей ладони.

Совсем как заправская цыганка у вокзала в моём мире.

- Ох, дитя, — вздыхает она. - Всё так плохо?

- Я… — я вообще не понимаю, о чём она и стоит ли ей отвечать.