Попаданка научит этикету

Глава 19

Первый день дороги до столицы меня порядком измотал. Нет, само путешествие мне, безусловно, нравилось, хотя даже плацкарт на порядок удобнее и комфортабельнее, чем езда в тряской карете. Но присутствие гувернантки, которая решила, что вдали от дома она должна заняться моим воспитанием, раз уж она старшая, меня просто бесило.

Эта чопорная занудная мадам не замолкала ни на секунду, просвещая о том, что роль женщины в том, чтобы быть благовоспитанной, смиренной и покорной, а остальное — от лукавого. Девица должна угадывать желания мужа, владеть бытовой магией и быть благодарной. Только вот за что именно благодарной, я так и не поняла.

Кажется, кучер и тот, находившийся на козлах, устал от монотонного бубнежа, и во все горло распевал разухабистые марши и подобие частушек, да такого содержания, что гувернантка вспыхивала, как маков цвет и мелко крестилась.

— Нет, это просто невыносимо! — громко заявила она, стараясь перекричать кучера.— Надо непременно сообщить королю, что у него работают невоспитанные мужланы, которым точно стоит запретить возить приличных леди.

Я лишь тихонько хихикала, да пыталась запомнить хоть часть забористого фольклора этого мира.

— Все, дамы, привал! Уже смеркается, а в ночи путешествие может быть опасным, пусть и на карете с королевским гербом. Много лихих людей на дорогах развелось. Вон и постоялый двор как раз! — громко сообщил кучер, хлестнув уставших коней.

В принципе, я была не против этой остановки: во-первых моя пятая точка буквально сплющилась от скачек по кочкам и рытвинам, — больше никогда не буду ругать дороги моего мира; а, во-вторых, не очень-то горела желанием вновь увидеть принца как можно скорее.

При виде королевской кареты хозяин сам выкатился колобком, чтобы нас встретить, низко кланяясь и широко улыбаясь.

— Какая честь для меня приветствовать благородных гостей! Чего изволите? — залебезил толстяк.

Если бы у него был хвост, то точно завилял им. После дороги я чувствовала глухое раздражение, и этот тип вызывал во мне не самые добрые желания.

— Три комнаты, и чтобы никаких клопов, а еще подготовьте горячую ванну! Ужин мне подать в номер, и чтобы в нем обязательно были овощи! — надменно приказала, вспомнив о том, что я, в конце концов, все же не абы кто, а графская дочь.

— Непременно будет исполнено! — еще шире заулыбался хозяин. — Для вас прекрасная леди, наш самый замечательный, превосходный и восхитительный номер. Извольте следовать за мной.

— А я пока выпью вина! — вдруг радостно сообщил кучер. — А то точно не усну, особенно, зная, что со мной под одной крышей такая лакомая красотка.

Мужчина хлопнул по нижним девяноста, хотя скорее — сто пятидесяти, мою гувернантку.

Ой, что сейчас будет…

Я даже замедлила шаг, чтобы в насладиться зрелищем, а заодно потом поведать местной полиции, или как они тут назывались, отчего помер несчастный кучер. Но к моему огромному удивлению, старая карга лишь заливисто рассмеялась и очаровательно покраснела.

— Ох, я тоже не откажусь от рюмочки. Но только всего одну и не больше! — проворковала она, поблескивая глазами и разом помолодев лет на десять.

Так, кажется, вместо побоища тут романтический вечерок намечается. Не ожидала такого от сушеной воблы, вон как расцвела в момент. Может, и впрямь каждой женщине нужно встретить своего мужчину. Ладно, пусть развлекаются, а мне просто необходимо выспаться.

Надо ли говорить, что выспаться у меня не получилось? Ибо ровно в тот момент, когда я расправилась с ужином и приняла ванну, в соседнем номере громко хлопнула дверь, затем жалобно скрипнула кровать, а после оттуда стали раздаваться такие стоны и пыхтение, будто там предавались любви не престарелые кучер и гувернантка, а как минимум слоны. До утра мне пришлось стать невольной слушательницей чужой страсти, и не спасали ни подушка, ни сооруженные из салфеток беруши.

Утром к завтраку я спустилась абсолютно измотанная и ошалевшая от усталости и недосыпа. Зато страстная парочка прям лучилась довольством. Ненавижу их! И немного завидую…

Но все же в этой ситуации было несомненное преимущество: гувернантка за весь оставшийся путь не произнесла ни слова, лишь громко вздыхала и улыбалась своим мыслям, словно забыв о моем присутствии. А кучер погонял лошадей так, что к столице мы подъехали уже к концу дня, хотя думала, что дорога займет больше времени.

С волнением я взглянула в окошко на высокие толстые стены из грубого камня, окружавшие город, и устремленные ввысь позолоченные шпили королевского замка, сияющие в закатных лучах солнца. Сердце испуганно затрепетало в предвкушении будущей встречи, и на миг промелькнула мысль развернуть карету обратно. Пришлось дать себе мысленного подзатыльника и напомнить себе, что мне давно не двадцать лет, как этому телу. Стыдно, Эмма, вот так пасовать перед трудностями.

Однако мысленный сеанс психоанализа не слишком-то помог, и я все равно нервничала. Но пути назад больше не было: тяжелые ворота распахнулись и карета въехала внутрь. Что ж, держи ухо востро, Эмма, здесь тебе точно нельзя расслабляться и кому-либо доверять!