Попаданка. Недопустимый выбор дракона

6

Утром, после того как последний из купцов, позавтракавших в таверне, отправился по своим делам, я подошла к Берте. Она сидела за стойкой, пересчитывала медяки и хмурилась из-за того, как мало их оказалось.

— Берта, мне нужно отлучиться, — осторожно начала я. — Прогуляться по городу, заглянуть в лавки. По делам кое-каким.

Она недовольно посмотрела на меня.

— Какие ещё дела? Работать надо, а не по улицам шататься.

— Понимаю, — кивнула я. — Но мне нужно... ну, кое-что купить. И... — я помедлила, — и узнать, где можно нормально помыться. После болезни Тиму это необходимо.

Берта фыркнула.

— Помыться? Да что ты за барыня такая? Вчера ещё в сарае ночевала, а сегодня ванну подавай.

— Не ванну, — терпеливо объяснила я. — Просто горячую воду и мыло. Чистота — это здоровье. А здоровье — это сила работать.

— Нашлась госпожа на мою голову, — буркнула Берта, но в её голосе слышалась не злость, а скорее усталость. — Ладно. До обеда чтобы вернулась. К обеду подтянутся посетители, а мне без помощницы тяжело.

— Обязательно, — пообещала я. — К полудню буду как штык.

Берта махнула рукой, давая понять, что разговор окончен. Я кивнула в знак благодарности и пошла собираться.

В кладовке Тим играл с деревянной лошадкой. Он осторожно катал её по одеялу, издавая тихие звуки — не слова, а что-то вроде подражания лошадиному ржанию. Прогресс.

— Тимоша, — ласково позвала я. — Пойдём прогуляемся?

Он поднял на меня внимательный взгляд. В нём мелькнула настороженность — вдруг я собираюсь его где-то оставить?

— Мы идём искать место, где можно помыться, — объяснила я, надевая на него найденную вчера рубашку. — А заодно посмотрим на город. Любопытно же, где мы теперь живём.

Тим нахмурился и покачал головой. Его глаза округлились от удивления — он смотрел на меня так, словно я сказала что-то совершенно невероятное. Конечно, для него это было странно. Алира прожила в этом городе несколько лет и должна была знать его как свои пять пальцев. А тут она вдруг собирается изучать его, как заезжая путешественница.

— Ну... — я замялась, подбирая слова. — После болезни у меня в голове туман. Хочется всё заново просмотреть, освежить память.

Мальчик продолжал смотреть на меня с недоумением, но спорить не стал. Он взял меня за руку и кивнул.

Мы вышли из таверны ясным утром. Солнце уже поднялось достаточно высоко, и на улицах было многолюдно. Торговцы выставляли товары, ремесленники открывали мастерские, хозяйки спешили на рынок.

Я шла не торопясь, разглядывая город. Он был небольшим — от таверны до любого его конца можно было дойти за полчаса. Дома лепились друг к другу, между ними петляли узкие улочки. Пахло дымом, лошадьми, человеческим потом и ещё чем-то — наверное, рыбой.

— Смотри, Тим, — показала я мальчику на башню, возвышающуюся над крышами. — Видишь? Наверное, это замок местного аристократа.

Тим кивнул, внимательно разглядывая всё вокруг. Его большие глаза впитывали каждую деталь: вывески лавок, лица прохожих, повозки с товаром.

Мы дошли до рынка. Здесь торговали всем — от хлеба до железных гвоздей. Я остановилась у лавки с мылом и тканями.

— Доброе утро, — поздоровалась я с продавцом. — Покажите, какое у вас есть мыло.

Мужчина — лысоватый, с добродушным лицом — развернул передо мной несколько кусков.

— Вот это попроще, для стирки больше подходит, — показал он на серый брусок. — А это получше, с травами. Для себя брать будете?

Я купила кусок хозяйственного мыла — серого, грубого, но настоящего — и поблагодарила торговца. Этого мыла хватит и на то, чтобы помыться, и на то, чтобы постирать вещи.

От рынка мы направились к окраине. Город, оказывается, стоял между рекой и лесом. С одной стороны была пристань — несколько деревянных причалов, на которых стояли рыбацкие лодки и один большой торговый корабль. С другой стороны — тёмная стена леса, подступающая почти к самым домам.

Я вспомнила слова Берты о сумасшедшей ведьме, живущей на окраине. Если она действительно существует, то логично предположить, что она живёт где-то между городом и лесом.

И вот там, где заканчивались огороды и начинались деревья, стояла одинокая избушка. Небольшая, аккуратная, с крепким забором вокруг. А рядом с ней — небольшая баня. Маленькая, но настоящая.

Я остановилась, разглядывая это жилище. Во дворе на верёвках сушилось бельё — белоснежное, выстиранное до скрипа. Огород был ухоженным, грядки — ровными. У крыльца росли цветы.

Тим дёрнул меня за рукав и покачал головой. Его глаза широко раскрылись от испуга. Мальчик явно знал об этом месте что-то нехорошее.

— Не может человек, любящий чистоту, быть плохим, — пробормотала я себе под нос.

Тим крепче сжал мою руку. Он чувствовал мою нерешительность и тоже нервничал.

— Ничего, Тимурка, — успокоила я его. — Посмотрим, что это за тётя. В крайнем случае — убежим.

Я толкнула калитку. Она скрипнула, но открылась. Мы прошли по дорожке, вымощенной плоскими камнями. Всё здесь дышало порядком и заботой.

У крыльца я остановилась и глубоко вдохнула. Пахло травами — мятой, ромашкой и чем-то ещё, незнакомым, но приятным.

— Ну что, Тим? — шепнула я. — Стучимся?

Мальчик кивнул, хотя в его глазах всё ещё читался страх. Но любопытство оказалось сильнее.

Я подняла руку и постучала в дверь. Три раза, не слишком громко, но достаточно уверенно.

За дверью послышались шаги. Медленные, размеренные. Кто-то приближался к порогу.