Попаданка. Недопустимый выбор дракона

14

Прошла неделя. Семь дней упорной работы с рассвета до заката. Я растирала коренья в порошок до онемения в запястьях, перебирала травы до тех пор, пока их запахи не въедались в кожу на целые сутки, расставляла склянки и горшочки по полкам так, чтобы Элиас мог найти нужное в темноте.

Тим сидел в углу на старой деревянной скамье, устланной подушками. Читал свою книжку сказок, водя пальчиком по строчкам, или рисовал углем на обрывках бумаги, которые давал ему Элиас. Ни разу не пожаловался, не заскучал, не попросился на улицу. Просто тихо присутствовал, словно тень.

К концу недели Элиас молча положил передо мной на прилавок три серебряные монеты.

— Ты справилась, — сказал он без лишних слов. — С завтрашнего дня работаешь постоянно. Пятнадцать серебряных в месяц, как договаривались.

Я сжала монеты в ладони, чувствуя их приятную тяжесть. Заработано честным трудом. Мои деньги.

— Спасибо, — только и смогла выдавить я.

— Благодарить рано, — Элиас поправил сползающие очки. — Работы прибавится. Город растет, больных все больше, а лекарей — раз, два и обчелся.

И он не преувеличивал. В первую же неделю моей постоянной работы за Элиасом приходили трижды.

Сначала прибежал мальчишка лет десяти, запыхавшийся, с перепуганными глазами.

— Господин Элиас! — заорал он с порога. — На складе человека раздавило бочками! Кровищи — жуть! Быстрее!

Элиас сорвался с места, схватил кожаную сумку.

— Алира, — бросил он на ходу. — Если придут — отпускай простые сборы. Цены на доске. Ничего сложного не давай!

И умчался следом за мальчишкой, даже дверь не закрыв.

Я осталась одна с Тимом и аптекой, полной ядов, лекарств и ответственности.

В тот день пришло трое посетителей. Женщина с кашляющим младенцем — я дала сбор алтея с мать-и-мачехой. Старик с больными суставами — отпустила мазь на основе окопника. Купец с расстройством желудка — дала отвар коры дуба с ромашкой.

Когда Элиас вернулся, уставший и в пятнах крови, он придирчиво расспросил меня о каждом визите. Выслушал, кивнул.

— Правильно. Все правильно, — признал он. — У тебя голова на плечах.

Второй раз его вызвали к женщине, у которой начались преждевременные роды. Он отсутствовал почти весь день. Я справлялась сама — отпускала заказы, консультировала, даже приготовила сложный сбор для человека с камнями в почках по рецепту, который Элиас оставил на столе.

Третий раз случился ночью. Кто-то колотил в дверь аптеки, когда мы с Тимом уже спали в таверне. Но наутро Элиас рассказал — ребенок у торговца зерном проглотил что-то ядовитое. Пришлось промывать желудок и вливать в него противоядие до рассвета.

— Не могу оставлять город без аптеки, — жаловался Элиас, растирая уставшие глаза. — А меня дергают туда-сюда, как марионетку.

— Я справлюсь, — заверила я. — Научите меня всему, что нужно.

И он учил. Показывал, как определять качество трав по запаху и виду. Как отмерять дозы на весах с точностью до крупинки. Как смешивать компоненты, чтобы усилить действие друг друга, а не нейтрализовать.

Но самое странное начало происходить позже.

Я готовила обычный сбор от кашля. Те же травы, что и всегда — мать-и-мачеха, корень солодки, листья подорожника. Но когда растирала их в ступке, почувствовала что-то необычное. Тепло в ладонях. Легкое покалывание в кончиках пальцев. Словно через меня проходил слабый поток чего-то... живого.

Я замерла, прислушиваясь к ощущениям. Тепло усилилось, распространилось по рукам до локтей. Травы под пестиком измельчались быстрее, чем обычно, превращаясь в идеально однородный порошок.

Когда закончила, смесь в ступке светилась каким-то внутренним светом. Не буквально — но казалось, что травы стали ярче, живее.

— Готово, — сказала я Элиасу, ставя ступку на стол.

Он подошел, взглянул. Нахмурился. Взял щепотку порошка, понюхал, растер между пальцами.

— Странно, — пробормотал он. — Совсем другая консистенция. Мельче обычного. И запах... сильнее.

Отсыпал немного в бумажный пакетик, отдал женщине с больным ребенком.

Через два дня она вернулась.

— Чудо! — кричала она, влетая в аптеку. — Ваше лекарство — настоящее чудо! Сын уже на второй день встал, кашель прошел за три дня! Раньше ваши сборы помогали за неделю, не меньше!

Элиас молча посмотрел на меня. Долго, изучающе.

— Что еще готовила за эти дни? — спросил он.

— Мазь от ожогов, настойку валерианы, сбор для желудка...

— И все подействовали быстрее?

Я задумалась. Действительно, несколько человек вернулись с благодарностями. Говорили, что лекарства подействовали удивительно быстро.

— Кажется, да.

Элиас снял очки, устало потер переносицу.

— Пойдем в заднюю комнату. Нам нужно поговорить.

Я оставила Тима в основном зале с книжкой и последовала за аптекарем. В задней комнате он закрыл дверь, указал мне на стул.

— Садись.

Сам прислонился к столу, скрестив руки на груди.

— Алира, — начал он медленно. — Ты знаешь, что владеешь магией?

Сердце пропустило удар.

— Магией? — переспросила я. — Нет, раньше такого не было, сказала я, пытаясь вспомнить странности из прошлого.–– А вы уверены?

Он сделал паузу.

— Я сам обладаю малой толикой дара. Поэтому вижу, когда он есть у других. И у тебя, девочка, он есть. Проявляется, когда работаешь с травами.

Я похолодела.

— Я не понимаю...

— Ты вкладываешь в лекарства что-то свое. Силу. Намерение. Желание исцелить. И травы отзываются, становятся эффективнее. — Элиас наклонился вперед. — Это дар целителя. Очень ценный.

Руки задрожали. Значит, то тепло, то покалывание — это магия?

— Но я не умею...

— Пока не умеешь, — перебил он. — Но учишься. Интуитивно. Я видел, как ты работаешь. Ты не просто следуешь рецептам. Ты чувствуешь травы. Понимаешь, что им нужно.

Он выпрямился, снова надел очки.

— Если хочешь, я могу научить тебя контролировать дар. Не растрачивать силу впустую, а направлять ее осознанно. Это сделает тебя лучшим целителем, чем я когда-либо был. А может и лучшем в городе.