Попаданка. (не)любимая жена князя

Глава 8

После ужина мужчины удалились, чтобы выкурить по сигаре, а я пригласила дам в небольшую гостиную, где на столиках стояли легкие закуски, десерты и напитки.

– Марта, ужин был бесподобным! – Лиза присела рядом со мной на софу, – У вас прекрасный повар.

– Я рада, что тебе понравилось. – слегка улыбнулась я, – Мне казалось, что Лиза очень назойлива. От ее бесконечной болтовни начинала болеть голова. К моему счастью, ее окликнула какая-то пожилая дама и он упорхнула к ней, словно яркая бабочка перелетела от одного цветка к другому.

– Марта, душенька, – ко мне подошла миловидная брюнетка в красивом синем платье, отделанном изысканными кружевами, – Вы сегодня красивы, как никогда.

– Спасибо, – улыбнулась я, – Вы тоже прекрасно выглядите, – мне было неловко оттого, что я не знаю, как обратиться к ней, – Эти кружева… они великолепны! – совершенно искренне воскликнула я.

– О! Я рада, что вам они понравились, – брюнетка присела в кресло, – Знаете, я всем говорю, что это венецианское кружево, – она прищурила глаза и понизила голос, – Но вам я скажу правду, зная, что вы не болтушка… – я заинтересованно слушала, – Эти кружева плетут русские кружевницы. Да-да, кивнула она, мне про них рассказала моя кузина. Она мне сказала: “Натали, в наших деревнях есть такие таланты, что всех этих заморских ремесленников за пояс заткнут!” – значит ее зовут Натали, поняла я, – А еще женщины там вяжут скатерти, занавески… И вышивка! Это просто произведение искусства, вы представляете! Простые люди!

– Да, – кивнула я, – Талантливые люди есть везде. Вы правы, Натали.

– А мы покупаем в лавках то, что нам привозят из-за границы, – продолжала Натали, – Я на будущей недели хочу поехать и прикупить еще кружев… Хотите со мной?

– А можно? Я с радостью.

– Вот и славно, но тсс! – Натали кивнула на Лизу, которая подошла к нам, держа в руках маленькую чашечку с кофе.

– Секретничаете? – Лиза переводила взгляд с меня на Натали, – О чем разговор?

– О платьях. – улыбнулась Натали, – Мне очень нравится платье Марты – оно ей очень идет – зеленый цвет так выгодно подчеркивает кожу и оттеняет рыжие волосы – очень элегантно. Вы согласны со мной, Лиза?

– Безусловно. – кисло улыбнулась Лиза, – Хотя, если учесть, что Константин Викторович может себе позволить заплатить любые деньги за наряды для жены…

– Но, дорогая, – перебила Лизу Натали, – Кроме денег, нужно еще кое-что иметь… – она улыбнулась, – Вкус! И Марта несомненно обладает отличным вкусом. Вы ведь сами знаете, как иногда бывает… – она слегка усмехнулась, – Денег потрачено много, а дама в своем дорогом платье выглядит, как… актриса в бродячей труппе… – Натали слегка улыбнулась и отошла к соседнему столику, где стояли вазочки с мороженым.

– Она имела в виду меня?! – покраснела Лиза, – Это был намек?

– Нет, – я изо всех сил старалась не рассмеяться, Натали мне нравилась, – При чем здесь ты? Это она так… просто к примеру.

– А, – кивнула Лиза, – Она очень язвительная! Такая гордячка! Если ее муж известный человек – это ведь не значит, что жене все позволено, ты согласна? – я пожала плечами и перевела разговор в другое русло.

Наконец, гости стали разъезжаться.

Я поднялась к себе. Можно расслабиться, отдохнуть, снять корсет и принять ванну, которую милая Аннушка наполнила для меня.

Теплая вода, пахнущая лавандой и чем-то едва уловимо сладковатым, обволакивала тело, смывая напряжение дня. Свечи, расставленные на мраморном подзеркальнике и по краю ванны, отбрасывали трепещущие тени на стены, наполняя комнату таинственным, умиротворяющим полумраком. Я откинула голову на прохладный край ванны, закрыла глаза. Гул голосов, притворные улыбки, колючие взгляды Лизы, тяжесть бархата и давящий вес изумрудов – все это медленно растворялось в ароматном паре. Наконец-то тишина. Наконец-то покой. Мои мышцы, скованные корсетом, начинали наконец расслабляться. Я справилась, – подумала я с глухим облегчением.

Щелчок дверной ручки прозвучал как выстрел в этой тишине.

Я резко открыла глаза, инстинктивно прижавшись к задней стенке ванны, подтянув колени к груди.

В дверном проеме, залитый мерцающим светом свечей, стоял Константин. Он не спешил входить, опершись плечом о косяк. На нем был темный шелковый халат, распахнутый на груди. В руке он держал бокал с коньяком, янтарная жидкость лениво переливалась при движении. Его лицо было скрыто в полутьме, но глаза… Его серые глаза ловили отсветы пламени и горели. Не холодным, оценивающим блеском, как за столом, а чем-то другим. Глубоким, томным, почти… хищным. Он смотрел на меня. Не на лицо. А на обнаженные плечи, на линию ключиц, на воду, скрывающую, но не скрывающую очертания тела под своей рябью. Его взгляд был медленным, всеохватывающим, как прикосновение.

– Ты была восхитительна сегодня, Марта, – его голос был низким, чуть хрипловатым от выпитого коньяка и чего-то еще. Не громче шепота, но он заполнил всю тихую комнату, – Абсолютно восхитительна.

Слова были похвалой, но звучали они как признание. Или приговор. От них по коже побежали мурашки – не только от страха. От чего-то еще, более опасного и знакомого после гардеробной.

Я не могла пошевелиться, не могла вымолвить ни слова. Вода внезапно показалась не теплой, а ледяной. Я чувствовала себя загнанным зверем, застигнутым врасплох в логове. Мои попытки прикрыться руками казались жалкими и бесполезными перед этим всевидящим, пылающим взглядом. Он видел меня. Насквозь. Без бархата, без изумрудов, без светской маски. Видел эту уязвимую, чужую плоть, в которой я была заперта, и мою растерянность.

Он сделал шаг внутрь. Потом еще один. Его тень накрыла ванну. Запах его одеколона, смешанный с ароматом дорогого табака и коньяка, стал острее, заменив лаванду.

– Зеленый бархат… – он протянул свободную руку, но не дотронулся. Его пальцы повисли в воздухе над краем ванны, будто ощущая исходящий от воды пар. – Он был создан для тебя. Как и камни. – его взгляд скользнул к моей шее, где всего час назад лежали изумруды. Теперь там была только влажная кожа, – Они лишь оттеняли то, что и так сияло.