Попаданка по обмену: (не) его Истинная

Глава 17

Шум — оглушающий грохот. Кромешная темнота. Адская тряска. Подо мной что-то твёрдое, по бокам тоже — я знаю это, потому что меня то и дело швыряет из стороны в сторону.
«Мамочки!»
Не слышу своего голоса. От лютой болтанки горлу подкатывает тошнота, но тут особенно сильный рывок, и я лечу головой вперёд и с силой прикладываюсь лбом о стенку.
«Уи-и-и!»
Инстинктивно пытаюсь схватиться хоть за что-нибудь — не получается.
«Спаси-ите!»
Прямо над головой раздаётся громовое «Бу-бух!», отчего я в ужасе распластываюсь по полу.
«Хватит, ну, пожалуйста!»
Вняв моему хныканью, тряска и шум начинают стихать, и вскоре наступает долгожданная тишина, нарушаемая лишь тоненьким, не похожим на человеческое хныканьем. И тут я понимаю две вещи. Первое, что хныканье издаю я. А второе — со мной что-то не так. Пытаюсь ощупать себя, но толку ноль: руки и ладони действуют и чувствуют как-то странно. Внутри поднимается волна паники, плач, в котором теперь явственно слышно почти кошачье мяуканье, становится громче. Стараюсь дышать глубже, как аффирмацию повторяю себе: «Спокойней, спокойней», — и вдруг слышу где-то за стенками гулкие звуки и голоса.
«Помогите! Я здесь!» — Мя-а-а-у!
Что? Это я сказала?
— Ого, что тут у нас?
Наверху слышится шум, потолок со скрежетом поднимается, и место, где я нахожусь, заливает рыжий свет живого огня.
— Бог-Камень! Ничего себе!
Меня хватают за шкирку, поднимают, и я вижу перед собой патлатого и бородатого мужика. С гневным «Отпустите немедленно!» пытаюсь вырваться — бесполезно. Всё, что у меня получается, это шипение, как будто рядом проткнули хорошо накачанную шину.
— Ух, какая тварюшка! Это кто ж нам такой подарочек прислал? — Мужик крутит меня во все стороны, беззастенчиво рассматривая чёрными глазами из-под кустистых бровей.
— Небось, крылашка её на учёбу притащила, — слышится другой голос. — А дурная тварь удрала от хозяйки и залезла в пустой ларь.
— Ага, — во взгляде мужика вспыхивает жадность. — Значица, за неё можно отхватить деньжат. Ну-ка, Рурк, давай мешок.
«Меня продавать?!»
Изловчившись, бью мужика по запястью.
— Ах ты ж!
Падаю на четвереньки и прямо так, с низкого старта бросаюсь прочь не разбирая дороги.
— Лови её!
Ныряю в какой-то коридор. Освещение тусклое, но видно мне хорошо.
— Вон она!
Поворот, поворот, лестница вверх.
— Ах ты ж шустрая! Граг, хватай!
Топот ног позади, высоченная, кряжистая фигура впереди — что делать?
— Ну-ка, малышка, иди-ка сюда!
Петляю зайцем и в последний момент со всей возможной скоростью бросаюсь между ног у преграждающего мне путь типа. Чужие пальцы чиркают по спине, но я уже проскальзываю в приоткрытую дверь, в три прыжка преодолеваю ступени ещё одной лестницы и вылетаю на улицу. Не позволяя себе сбавить ход, стрелой пересекаю грязный двор, вскарабкиваюсь на груду ящиков и уже оттуда прыгаю на высокий забор. Зацепиться за край получается чудом, я отчаянно дрыгаю ногами в попытке забраться, слышу «Смотри, уходит!» и безумным рывком перекидываю тело на ту сторону. Шлёпаюсь в лужу — больно! — и поскальзываясь в грязной жиже бегу дальше. Дальше. Ещё дальше.

***

«Что со мной случилось?»
Дрожа от пережитого, я сидела в узком, вонючем проулке между каменными домами и старалась уложить произошедшее в голове.
«Разговор со Стронгхолдом, Северное крыло, девица — или не девица? — в маске со сбивающими с толку чарами. Чем она в меня плеснула? Нет, понятно, что эликсиром и наверняка запрещённым, раз превратил меня…»
Я посмотрела на себя. Грязно-белая длинная шерсть, кошачьи лапы, пушистый хвост. Девица превратила меня в кошку, а потом, как сказал тот бородатый тип, засунула в пустой ларь.
Но куда этот ларь затем отправился? Где я сейчас?
Я с тоской подняла взгляд на узкую полоску пасмурного неба между глухими стенами. Какой-то город, а раз так, то находившейся в горной глуши до Академии отсюда много километров. Как я их пройду на своих нынешних лапах?
«Стоп. Я же дракон. Вдруг получится трансформироваться?»
Я сосредоточилась, вспоминая ощущение драконьего тела, — ничего. Зажмурила глаза, чтобы воспоминание стало ярче, — аналогичный результат.
«Вот же дрянь! Хотя у Вингейтса, когда он был фамильяром, тоже не выходило перекинуться».
Да, но у него хотя бы были крылья. И ошейник, дававший возможность говорить. И знакомые стены Академии вокруг. А у меня…
Я сжалась в комочек и заплакала — без слёз, как плачут кошки.

— Ланс, ты только глянь!
Я резко обернулась и увидела с той стороны проулка двух мальчишек.
«Надо сваливать».
Однако мышцы у меня всё ещё ныли от безумного бегства, и я, не прислушавшись к инстинкту самосохранения, осталась на месте. А мальчишки, не сводя с меня глаз, стали очень медленно и осторожно подходить.
— Это что за штука такая? — шёпотом поинтересовался у товарища названный Лансом.
— Нэкке, — тоже шёпотом ответил тот. — Матушка ходит к госпоже Саттери убираться, так вот, она слышала, как хозяйские дочки обсуждали последний бал у герцога Соултона. И сказали, что с такой была графиня Грэй.
Я вздрогнула, услышав знакомые фамилии, но быстро сообразила, что, во-первых, вряд ли на балу присутствовала заместитель ректора — скорее уж, кто-то из её родственниц. А во-вторых, что я, судя по всему, нахожусь в столице государства драконов, куда попала по подземной железной дороге.
«Выходит, те типы были гномами? То есть двергами».
От озарений меня отвлёк возбуждённый шёпот Ланса:
— Так, может, это та самая? Графиньская?
— Может. — Второй мальчишка скинул коричневую суконную куртку и теперь держал её наподобие ловчей сети.
«А вот сейчас точно пора сваливать».
Я неторопливо встала на лапы и начала пятиться, внимательно следя за противниками.
— И если мы её словим и принесём, — Ланс уже вовсю делил шкуру непойманной нэкке, — нам за это денег дадут? Серебряный, да, Тилле?
— Или золотой, — кивнул его приятель и вдруг стремительно бросился ко мне.
— Мяв!
Поздно. Я уже стремглав неслась по переулку, молясь про себя чтобы…
«Тупик!»
— Ага! Попалась!
Прижимаясь спиной к стене, я смотрела, как мальчишки, держа наготове куртки, приближаются ко мне, и лихорадочно соображала, что делать. Попробовать повторить тот же фокус, что и с двергом? Я поглубже вдохнула и рванула прямо на врагов, рассчитывая проскочить между ними.
— Мя-а-а!
На моё несчастье, Тилле с товарищем оказались куда проворнее двергов.
«Пустите!» — Мя-а-у!
Я билась, как безумная, но это не мешало мальчишкам в четыре руки закутывать меня в одежду. Наконец, туго спелёнутая, я могла только приглушённо выть да еле-еле дёргаться.
— Фух! — сказал Ланс. — Ну и штука! Все руки мне изодрала.
— Заживёт, — безапелляционно отозвался Тилле. — Пошли скорее — графиньский особняк ещё искать надо, а мне вечером матушке с дровами помогать.
И они потащили сдавать меня неизвестной графине Грэй.