Попаданка по ошибке

12.4

- Конечно же наши старейшины обрадовались, - продолжила Адвика. – Мы уже много веков прожили в страхе повторения катастрофы. Но на самом деле, всё оказалось гораздо хуже. Ньяра, надев ошейник в день своего восемнадцатилетия, дара не лишалась. Энергия запечатывалась внутри нас. А не найдя выход, - она вздрогнула, - она лишает нас долгих лет жизни, и в итоге разрывает на куски изнутри.

Я с ужасом смотрела на девушку, даже не представляя, что ей сейчас сказать! Эти подлые алтарники сыграли на горе целой расы. Ими то понятно какие мотивы двигали. А существа, живущие в страхе за свой народ, просто поверили не тем людям. Злость вскипела во мне, словно лава, поднимающаяся по жерлу вулкана. Я сжала зубы, чтобы не начать ругаться вслух.

- Ньяры могли дожить до трехсот, а то и четырехсот лет, - подал голос Дор. – Сколько же вы проживаете сейчас?

Адвика повернула к нему голову.

- Моя бабушка, рассказавшая мне эту историю, умерла в возрасте тридцати двух лет. А на вид ей казалось больше ста.

У меня уже сил не хватало удивляться. Я прибывала в глубок шоке от услышанного.

- Но почему ваши мужчины не исправят этот хаос? – всплеснула я руками.

- Потому что за много лет жизни в Пятимирье наши порядки изменились, - печально вздохнула Адвика. – День ашир-вад – превратился в массовую свадьбу. Все девушки в возрасте восемнадцати лет обязаны выйти замуж. Но как я уже сказала – женщин больше, чем мужчин. Поэтому у каждого мужа по несколько жен.

- У вас мн..мног… многоженство?! – вскрикнула я. Глубоко задышала, поискав глазами, куда можно присесть.

Дориан подхватил меня под локоть и отвел в сторону. Казалось, сейчас меня разорвет от эмоций. Мало того, что эти му… мужчины берут по несколько жен, они их ещё и собственноручно убивают. Кошмар просто!

- Почему? Почему они всё это делают с вами?! – я схватилась за голову.

- Потому что боятся нас, - тихо ответила Адвика, присев рядом. – Ньяры говорят, что в Старом мире мы могли поворачивать реки вспять. А наши мужчины просто стояли рядом и смотрели, ощущая всю мощь нашей силы.

Вот теперь мне всё ясно. Хотелось ругаться, как базарному сапожнику. Но я скрипела зубами, проглатывая слова.

- Завтра на меня оденут ошейник, - прошептала Ньяра, закрывая лицо руками. – И моя жизнь оборвется. А я… я родилась в Пятимирье, но никогда не видела Пять миров. Мне хочется путешествовать, знакомиться с людьми, другими расами. Хочу узнать, что такое, когда тебя не боятся, и не смотрят с ожиданием, что я совершу непоправимое.

Я сплела пальцы и положила на них подбородок. Ашир-вад уже утром, и действовать надо немедленно!

- Адвика? – Дор положил руку ей на плечо. – Тебя могут хватиться. Ступай домой, а мы подумай с Алёной, как вам помочь.

- Если Ньяры не послушают мага Жизни, то нас уже ничего не спасет.

Она поднялась и медленно поплелась к выходу. Я чувствовала её обреченность, которая всё сильнее заглушала надежду. Дориан проводил её на улицу и остался стоять на входе, локтем опираясь на бамбуковые стены. Я смотрела на его спину, с трудом разбирая, что он сейчас испытывает. Хлопнула себя по коленям и, поднявшись, подошла к нему.

- Ты решился им помочь, потому что в жизнь Ньяров вмешались алтарники? – прямо спросила я.

Он медленно перевел взгляд на меня.

- Нет. После того, как мы разрушили насыпь на реке, я размышлял. И пришел к выводу, что ты была права. Мы должны помогать людям, и всем жителям Пятимирья. Алтарники отравляют их отношение к магам. Которые, конечно, тоже хороши. Я не смогу простить себе, если мы уйдем, не попытавшись даже вразумить Ньяров. – Он сжал мою руку.

Не удержавшись, я обняла его, уловив сладкий аромат, исходящий от рыцаря. Запах был настолько приятным, что кружил голову. Почувствовала, как Дориан гладит мена по голове и прижимает к себе.

- Тебе придется явить всю свою мощь, - прошептал он. – Только магия переубедит магических существ и заставит слушать тебя.

Вся романтичность момента лопнула, как мыльный пузырь. Ну вот нашел же время?! Я отстранилась и вышла на улицу. Раз за разом повторяя «внутренний покой», я смотрела с высоты холма на поселение. С теми, кто обрек молодых девушек на смерть, сковав их словно животных ошейниками, я разговаривать не буду. А буду действовать. И пусть я не избранная, пусть пользоваться магией опасно, я сделаю всё что смогу.