Попаданка по ошибке: новогодний переполох

Глава 4

Он замер, не поднимая на меня глаз.

– Слушаю.

Я подошла ближе, села рядом с ним на кровать.

– Насчет вчерашнего... Ты был прав. Я действительно беру на себя слишком много. Это старая привычка. В прошлой жизни у меня не было выбора – если не тянешь все сам, значит, проиграешь. Но здесь...

Я замолчала, подбирая слова.

– Здесь у меня есть ты, – закончила я тихо. – И я не хочу, чтобы из-за моей одержимости работой мы поссорились.

Тарен наконец посмотрел на меня.

– Значит, ты откажешься от этой роли Снегурочки?

Я сжала губы.

– Я пока не знаю. Честно. Это действительно хорошая возможность для бизнеса, Тарен. Реклама, которую невозможно купить. Но я понимаю твои опасения. И я обещаю: если соглашусь, то только после того, как мы все обсудим. Вместе. Как партнеры.

Он помолчал, глядя на меня изучающе, потом медленно кивнул.

– Хорошо. Обсудим. Но не сейчас. Сначала нужно разобраться с лавкой – ты сама говорила, что времени мало.

Я выдохнула с облегчением.

– Договорились.

***

До лавки мы добрались сразу после завтрака. Переулок Мудрецов просыпался: торговцы открывали ставни, выметали снег с порогов, выставляли вывески. Воздух был морозным, но солнце светило ярко, и снег искрился под ногами, будто кто-то рассыпал по нему алмазную крошку.

Я отперла дверь лавки и шагнула внутрь.

И застыла на месте.

На прилавке, там, где вчера вечером лежали мои записи и эскизы, теперь стояли фигурки.

Крошечные. Изящные. Из воска.

Я подошла ближе, не веря глазам.

Пчелки – с тонкими прозрачными крылышками и аккуратными полосками на тельцах. Снежинки – ажурные, каждая со своим уникальным узором. Елочки – миниатюрные, но детально проработанные, с крошечными ветками и даже намеком на иголки.

Их было около двух десятков, аккуратно расставленных по прилавку, и в утреннем свете, льющемся из окна, они выглядели почти живыми.

Я медленно подняла взгляд на Тарена, который вошел следом за мной и теперь снимал плащ, старательно делая вид, что ничего необычного не произошло.

– Это ты? – спросила я тихо.

Он пожал плечами, не глядя на меня.

– Воск оставался. Решил, чего добру пропадать.

– И когда ты только успел?

– Ночью. Не спалось. Прогулялся до лавки и сделал.

Я взяла в руки одну из пчелок.

– Тарен, – я рассматривала фигурку, стараясь не расплыться в улыбке. – Ты же вчера говорил, что терпеть не можешь всю эту городскую мишуру.

Он отвернулся, якобы проверяя что-то на полках.

– Говорил.

– И что теперь?

Пауза.

– Решил, что немного мишуры не повредит, – смущенно улыбнулся он наконец. – Если это поможет тебе продать больше свечей.

Я подошла к нему, все еще держа пчелку в руке, и встала на цыпочки, целуя его в щеку.

– Спасибо. Они идеальны.

Он буркнул что-то неразборчивое, но я видела, как разгладились морщинки у его глаз, как чуть смягчилось выражение лица.

– Давай за работу, – сказал он. – Пока ты тут восторгаешься, день проходит.

Я усмехнулась.

– Слушаюсь, мастер.

***

Мы провели следующие несколько часов, превращая лавку в зимнюю сказку.

Сначала я расставила восковые фигурки Тарена по витрине. Пчелки устроились на краях полок, снежинки я подвесила на тонких нитях к верхнему карнизу – они вращались от малейшего движения воздуха, поблескивая на свету. Елочки заняли центральное место, окруженные свечами с ароматом хвои и корицы.

Тарен принес ветки настоящей ели, которые мы развесили над дверью и вдоль стен. Запах хвои мгновенно наполнил помещение, смешиваясь с воском и медом. Я зажгла несколько свечей для атмосферы. Мягкий золотистый свет заплясал по стенам, отражаясь в стеклянных подсвечниках и создавая иллюзию тепла и уюта.

К обеду витрина выглядела так, что мимо нее невозможно было пройти, не остановившись.

Я стояла снаружи, оценивающе глядя на результат. Тарен вышел следом, скрестив руки на груди.

– Ну? – спросил он.

– Идеально, – выдохнула я.

И это была правда. Витрина выглядела как иллюстрация к рождественской сказке: мягкий свет свечей, ажурные снежинки, крошечные елочки, ветки настоящей хвои и даже несколько шишек, которые Тарен где-то раздобыл. А еще – мои свечи, аккуратно выставленные на деревянных подставках, каждая со своей биркой: «Свеча воспоминаний», «Свеча желаний», «Свеча уюта».

– Люди сюда повалят, – пробормотал Тарен.

– Надеюсь, – я улыбнулась. – Иначе мы зря старались.