Попаданка под развод с чудовищем

Глава 18. Реальность — это тоже галлюцинация, просто более скучная

Генерал Ардар эр Драгхар

Последний раз я был в Проклятой Долине лет... сколько назад? Кажется, десять. Как раз с Люстином эр Счастхаром, тогда еще моим лучшим другом, и был здесь... Как так вышло, что мы стали врагами?

Встряхиваю головой: не время и не место думать об этом. Даже если те события до сих пор отдаются в душе сомнениями. Но это был собственный выбор Люстина — сделать то, что он сделал.

В любом случае, сейчас меня занимает только Проклятая Долина, и то, что в ней все неправильно. Не так, как должно быть в нормальной жизни. Не тот воздух, не тот ветер, не то солнце. Даже запах, поднимающийся от земли, что навсегда болезненным клином врезался мне в память, неправильный. Магия смерти все изувечила.

Половину дня я лечу на остатках сил и злости. Проклятая долина тянет из меня жизнь, желая одного — уложить мои кости рядом с сотнями других скелетов, покрывающих ее.

Я сопротивляюсь, борюсь с диким желанием сложить крылья и кинуться к земле. Прижаться к ее потрескавшейся, тусклой поверхности и заснуть. Заснуть… заснуть… заснуть…

«Дракон, проснись! Ты нужен здесь…» — чей-то шипящий голос заставляет меня открыть тяжелые веки и яростно взмахнуть крыльями. Рвануть вверх, прочь от стремительно несущейся навстречу земли. Ждущей меня, ощерившей свою мертвую пасть, уже готовую сожрать меня…

Лечу дальше, почти забыв о причудившемся мне шепоте. Но потом начинаются странности…

Чем больше я углубляюсь в Долину, чем ближе замок Рихнорр, тем меньше это место становится похоже само на себя.

Воздух меняет свой запах на живой и свежий. Солнце просто греет, не пытаясь сжечь. Ветер несется навстречу приятный и ласковый, не желающий убить тебя. Сбить, сбросить на землю, опять к той же мертвой пасти в зубы… Мне даже кажется, что я вижу на земле то, чего здесь не может быть…

В какой-то момент решаю сделать круг над местом, которое отлично помню, но которое не узнаю сейчас.

Озеро Смерти — маленькая, тускло поблескивающая сталью лужа с мертвой водой. В те два раза, что я видел его, вокруг не было ничего, кроме голой земли, камней и песка.

Сейчас рядом с мертвым озером я с удивлением вижу жизнь. Хиленькая, но настоящая трава пробивается сквозь серую от жары и безводья земляную корку. Редкие кустарники, всегда бурые, с голыми ветками, сейчас топорщатся набухшими почками. Мне даже мерещится звук птичьих голосов…

Не веря своим чувствам, снижаюсь. Делаю еще круг, чтобы убедиться, что это не иллюзия, не влияние усталости на мой разум.

Странно, очень странно: здесь ничто не может расти. Темная магия, укрывающая это место, не дает шанса жизни… Что могло заставить ее отступить?

Оставив этот вопрос для своего многомудрого оруженосца, снова взмываю под облака. Устремляюсь туда, где за невидимой завесой прячется Рихнорр, а в нем дрянь, из-за которой я сейчас здесь.

Стоит подумать о своей магической женушке, как на меня накатывает новый прилив ярости. Придает мне сил, подталкивает вперед. Даже крыльями шевелить становится проще.

Но очень скоро на место злости приходит тревога. Странная, необъяснимая. Она разрастается и разрастается, с каждой минутой становится все острее.

Заполняет меня. Буквально выворачивает внутренности, заставляя нестись вперед на пределе сил. Быстрее, еще быстрее…

Не понимаю, в чем дело, но мои драконьи инстинкты вопят во весь голос, требуя защитить кого-то очень важного… Кого?! Не знаю, поэтому рычу от ярости и невозможности понять…

Очертания Рихнорра появляются внезапно. Вот только не было ничего, кроме облаков над головой и пустынной земли внизу. И вдруг впереди вырастают стены и башни. Строгие и нарядные одновременно. В окружении изумрудной зелени садов и золотистой синевы пронзенного солнечными лучами неба.

Красив проклятый замок, раньше он таким не был. Неужели эта фуллова Аделаида, став женой Счастхара и хозяйкой, сделала его таким?

Я не успеваю долететь до замка несколько сотен метров, когда все меняется. Со стороны изумрудной долины начинает дуть ветер. Злой, колючий, очень горячий. Почти мгновенно сжигающий своим жаром все вокруг: траву, деревья, даже птиц, что не успели спрятаться…

Следом за ветром на горизонте появляется туча. Она растет, шевелится, увеличиваясь в размерах, пока не разваливается на сотни, тысячи покрытых темной шерстью, крылатых фигур. Грагулы…

Мерзкие твари зависают в воздухе, словно раздумывая или слушая чью-то команду. Затем выстраиваются треугольником и под свой пронзительный визг летят к замку. К одному-единственному окну, в котором белеет тонкий женский силуэт.