Попаданка пропадать не желает

Глава 5

Голова раскалывалась. Нет, даже не так - распадалась на кусочки. Медленно, нудно. Уши наполнял тихий звон. Тоненький, противный.

Я открыла глаза, вернее, попыталась, что удалось мне не сразу – веки слиплись, как будто их намазали клеем. К мерзкому звону в ушах добавился еще один звук. Стон – хриплый, натужный, а через пару секунд я поняла, что исходил он из моего тела.

На лоб опустилось что-то мокрое и холодное. Капли воды поползли к вискам и затекли в уши. Кто-то осторожно приподнял мою голову.

— Открой рот.

Голос был женский. Я подчинилась – просто потому, что соображать в тот момент не могла. Не говоря уж о том, чтобы сопротивляться.

Мне наконец удалось разлепить веки. Мутный свет резанул по глазам. Я закашлялась.

— Пей, — повторил тот же голос.

К губам поднесли чашку. Точнее, я предполагала, что это была чашка, потому как разглядеть ее по-прежнему не могла – картинка расплывалась.

Прохладная вода прокатилась по иссохшему рту, и клянусь, это было лучшее ощущение за последние несколько часов. Но я все равно закашлялась, и часть воды брызгами вылетела обратно.

— Тише, тише, не торопись, никто не отберет.

Взгляд понемногу фокусировался, а вместе с ним и способность мыслить. Я часто заморгала, потом крепко зажмурилась и резко открыла глаза.

Надо мной был низкий сводчатый потолок. Белую краску расчертила паутина трещин. Чуть правее, в глубокой выемке находилось прямоугольное окно.

Я слабо пошевелилась. Память возвращалась медленно и неохотно – подкидывала обрывочные картинки. Больница; лицо, наполовину скрытое маской, белые хирургические лампы. Макушку пронзила острая боль. Я вспомнила кое-что еще. То, что случилось после. Вересковая пустошь, диковатые незнакомцы, замок… Так, стоп. Я была в реанимации, и, кажется… я умерла. Или, все-таки нет? Обстановка комнаты чем-то напоминала больничную палату. Слава Богу! Меня спасли, откачали. Из груди вырвался вздох облегчения.

— Очнулась, хвала богам. — Кто-то, стоящий сбоку, очевидно, радовался не меньше моего.

Наверное, медсестра.

Я повернула голову. Возле кровати сидела женщина. Полная, с круглым румяным лицом. Навскидку ей можно было дать лет пятьдесят - пятьдесят пять. Из-под накрахмаленного чепца выглядывали завитки светлых волос. Что же касалось одежды… Мне хватило одного взгляда, чтобы понять – я не в больнице, а эта дама не медсестра. Ее наряд очень походил на те, что я успела разглядеть во внутреннем дворе перед тем, как упала в обморок. А это значит, я действительно очутилась в другом месте и другом времени. Но в каком?

Интерьер маленькой комнаты напоминал обстановку века эдак семнадцатого-восемнадцатого. Хотя я допускала, что могу ошибаться – мои знания истории ограничивались школьной программой, да книгами и сериалами.

— Где мы?

— В замке Бриндреон. — Женщина взглянула на меня с ноткой подозрительности. — А вы, стало быть, леди Адельрин?

Само собой, я ею не являлась. Меня зовут Света. Светлана Дмитриевна Волкова. Но признаваться в этом, мягко говоря, неразумно.

— Наверное.

А что мне еще оставалось? Я больше не находилась в своем теле и, судя по всему, угодила на несколько веков назад. Скорее всего, в другую страну. Англия? Ирландия? Шотландия?

У меня вновь закружилась голова, а к горлу подступила тошнота. Будь в моем желудке, хоть что-то меня бы вырвало в ту же секунду. Но, судя по ноющей пустоте, прежняя хозяйка этого тела не ела, как минимум сутки.

Женщина вновь посмотрела на меня и как-то неопределенно хмыкнула.

— Даже имени своего не помнишь?

Кстати, почему я понимаю здешний язык? Особенность «реинкарнации»?

— Как вас зовут?

Она немного помолчала, будто решала, отвечать или нет.

— Батшеба. Экономка. Стало быть, леди, вы вообще ничего не помните?

Я помотала головой. Откровенно говоря, это даже не являлось ложью.

За дверью раздались за шаги, и через несколько секунд в комнату зашел мужчина. В иных обстоятельствах я бы, пожалуй, могла назвать его привлекательным – во всяком случае, выглядел он поприличнее тех двоих, которые привезли меня сюда. Высокий, широкоплечий, голубоглазый. Выгоревшие на солнце волосы небрежно перехвачены в «гульку» на затылке. Черты лица волевые, взгляд цепкий, изучающий. Поверх старомодной рубахи накинут расстегнутый жилет из грубой ткани, брюки заправлены в повидавшие жизнь кожаные сапоги. На ремне угрожающе покачивается клинок в ножнах.

— Здравствуй, Адельрин.— Его голос был спокоен, но в глазах застыли льдинки. — Помнишь меня?

Может, некая Адельрин и помнила его, но я даже близко не представляла, кто этот незнакомец. Судя по тому, как почтительно склонила голову экономка, скорее всего, не последний человек здесь.

— Боюсь, что нет… — я на мгновение задумалась и добавила, — милорд.

Он посмотрел на Батшебу, вскинул бровь, но та лишь пожала плечами.

— Оставь нас.