Попаданка: Репутация исчадия ада

Глава 25. Явление

Завтрак в главном зале прошел в непривычной, но не неловкой тишине. Все присутствующие — от Годрика до последнего конюха — видели, как герцог вошел, держа за руку герцогиню. Видели, как он лично пододвинул ей стул, как их пальцы на мгновение сплелись на столе, прежде чем разомкнуться. Это было молчаливое, но красноречивее любого указа объявление: статус изгнанницы отменен.

Луиза ловила на себе взгляды — любопытные, оценивающие, но в основном одобрительные. Даже Годрик, чье лицо обычно напоминало каменную маску, кивнул ей с почти незаметным уважением. Она отвечала легкой улыбкой, чувствуя, как тепло разливается по груди. Это было новое ощущение принадлежности. Она была не чужаком, не узницей, а частью этого сурового мира.

После завтрака Кассиан, как обычно, удалился в кабинет для занятий делами, а Луиза отправилась в оранжерею. Работа шла своим чередом, но сегодня каждое движение, каждый взгляд Федерика казались ей наполненными новым смыслом. Она была счастлива. По-настоящему, глубоко счастлива, несмотря на все тревоги.

Около полудня, когда она подрезала отмершие листья у розмарина, в оранжерею вошел Кассиан. На его лице была не привычная сосредоточенность, а легкая, почти мальчишеская улыбка.

— Брось ты свои горшки, — сказал он, подходя к ней. — Пойдем, я хочу кое-что тебе показать.

Она удивленно посмотрела на него, вытирая руки о фартук.
— Покажешь? Что?

— Не спрашивай, просто доверься.

Он взял ее за руку и повел из оранжереи, через внутренний двор, мимо удивленно замерших слуг, к главным воротам поместья. Стражники, увидев их, распахнули тяжелые створки без единого слова.

— Мы выходим за пределы? — прошептала Луиза, сердце ее заколотилось от смеси страха и восторга.

— Ненадолго, — ответил он, не выпуская ее руки. — И под охраной.

За воротами их ждала небольшая группа всадников во главе с Элианом. Кассиан помог Луизе взобраться на спокойную гнедую кобылу, а сам вскочил на своего вороного жеребца. Они двинулись по дороге, ведущей от поместья, но свернули на узкую тропинку, уходящую в лес.

Они ехали молча. Воздух был свеж и пьянил. Луиза вдыхала его полной грудью, с наслаждением ощущая свободу движения, ветер в лицо, мощь животного под собой. Она украдкой смотрела на Кассиана. Он сидел в седле с врожденной грацией воина, его взгляд был устремлен вперед, но на его губах играла та же сдержанная улыбка.

Вскоре они выехали на опушку. И тут Луиза замерла, ахнув.

Перед ними расстилалось небольшое, но невероятно живописное озеро, обрамленное темными елями. Его вода была настолько чистой, что отражала небо и облака, как зеркало. А на противоположном берегу, на склоне холма, росла одинокая, огромная ива, ее длинные ветви, покрытые первой нежной зеленью, склонялись к самой воде.

— Это… это прекрасно, — прошептала Луиза, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

Кассиан подвел свою лошадь к ее и слез с седла. Он помог ей спешиться, и они стояли рядом, глядя на озеро.

— Я нашел это место вчера, объезжая владения, — тихо сказал он. — И подумал… тебе должно здесь понравиться после каменных стен.

Она не могла говорить. Она просто смотрела на него, и в ее глазах было столько благодарности и чего-то еще, более глубокого, что он, кажется, понял все без слов.

Он обнял ее за плечи и притянул к себе. Они стояли так, молча, глядя на воду, и для Луизы в этот момент не существовало ни прошлого, ни будущего. Было только «сейчас». И это «сейчас» было совершенным.

— Я не знаю, что будет завтра, — тихо сказал он, его губы коснулись ее виска. — Но сегодня ты здесь со мной. И это все, что имеет значение.

Она обернулась к нему и, встав на цыпочки, поцеловала его. Это был не страстный поцелуй, а нежный, полный обещания.

Внезапно Элиан, стоявший в отдалении с другими стражниками, кашлянул.
— Ваша светлость, — произнес он, указывая на тропу, ведущую из леса. — Кто-то едет.

Настроение мгновенно испортилось. Кассиан нахмурился, его рука инстинктивно легла на эфес шпаги. Из леса появился всадник. Это был не гонец и не местный крестьянин. Незнакомец был одет в дорожный плащ хорошего покроя, но без герба. Он приблизился, остановился в нескольких шагах и снял капюшон.

Это была женщина. И у нее было лицо Луизы.

Точная копия. Те же волосы, те же глаза, тот же разрез губ. Но в этих глазах не было ни тепла, ни растерянности, ни доброты. В них горел холодный, ядовитый огонь торжества и ненависти.

Луиза почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Она бы упала, если бы Кассиан не поддержал ее, его рука сжала ее талию как стальной обруч.

Незнакомка смерила их насмешливым взглядом, ее губы растянулись в улыбке, не имеющей ничего общего с радостью.

— Ну что, мои дорогие, — ее голос был мелодичным, но в нем звенели лезвия ножей. — Неужто обрадовались? Я ведь так соскучилась по своему дорогому муженьку… и по себе самой.

Наступила мертвая тишина, в которой был слышен лишь ветер, шелестящий листьями ивы. Идиллия была мертва. Призрак из прошлого материализовался и стоял перед ними, живой и настоящий. Игра была окончена и начиналась настоящая война.