Попаданка с хлопушкой, или Праздник для Императора Тьмы

Глава 4. Когда твой напарник — плюшевый диверсант

Итак, план А, кодовое название «Ослепи их радугой», с треском даже не провалился, а самоуничтожился с энтузиазмом перезревшего арбуза, сброшенного с крыши небоскреба. Мой яркий наряд, оказывается, не вызывал у местных желания записаться на сальсу, а активировал в их мозгу древний инстинкт «Вижу яркое — притворись мертвым или беги, роняя достоинство». Нужна была смена парадигмы.

Мой внутренний совет директоров немедленно собрался на экстренное совещание.

— Так, — бодро заявил мой внутренний Аниматор, перекрикивая истошные вопли моей внутренней Логики, которая уже билась головой о стенку черепа и пыталась вызвать санитаров. — Проблема: взрослая аудитория демонстрирует нулевую конверсию радости и стопроцентную конверсию в панику. Решение: смена целевой группы! Дети!

— Они боятся цвета! Они боятся всего нового! Они сейчас вызовут экзорциста! — пропищала Логика, свернувшись калачиком в уголке моего подсознания.

— Ерунда! — отмахнулся Аниматор. — Дети — это лакмусовая бумажка веселья. Их еще не успели научить бояться плюшевых котят. Нам нужен всего один маленький союзник, один «нулевой пациент», чтобы запустить вирусную кампанию хихиканья!

Я убавила Логике громкость. Ее вечно все не устраивает.

План Б: «Найди маленького и пушистого — в него камнями не кинут». Я засунула руку в свою бездонную сумку, которая внутри была определенно больше, чем снаружи, и, кажется, имела собственную экосистему с разумными формами жизни из леденцов. Там вечно что-то шуршало, позвякивало и пахло смесью карамели, пороха и легкого безумия. Пальцы прошли мимо миниатюрных вулканов радости, извергающих потоки запрещенного в этом городе цвета. Проигнорировали портативные генераторы радужных сфер, которые, по слухам, при контакте с кожей вызывают острое желание покружиться на месте и спеть что-то из мюзикла. Нет. Мне нужно было нечто более тонкое. Оружие психологического умиления.

И я нащупала Его. Мягкий, теплый бок. Я извлекла на свет сэра Реджинальда Пушингтона III. Легенда гласила, что он был связан из шерсти облака, которое отчаянно мечтало стать котенком, а его глаза-пуговицы были украдены у самого милого привидения в мире. Его священная миссия на этой земле: найти самый грустный уголок вселенной и мурлыкать в нем, пока он не станет чу-у-у-уточку счастливее. Один взгляд на него вызывал непроизвольное «О-о-оу-у-у» и снижал уровень вселенской тоски в радиусе трех метров. Он был концентратом чистого ми-ми-ми. Мой дипломатический посланник.

— Итак, сэр Реджинальд, — прошептала я, поправляя ему крошечный колокольчик на розовой ленточке. — Операция «Пушистый контакт». Ваша цель — ребенок. Ваша задача — нейтрализовать уныние одним своим видом. Действуйте.

Вооружившись котенком, как щитом и мечом, я отправилась на поиски, крадучись вдоль стен. Я двигалась на цыпочках, заглядывая в темные переулки, словно натуралист, выслеживающий редкого и пугливого зверька — Дитя Унылого Города. И я его нашла.

В узком проулке, зажатом между «Сапожной Мастерской Последней Надежды» и зданием с вывеской «Просто Стена», приоткрылась тяжелая дубовая дверь, и в щели мелькнула пара любопытных глаз. Мой аниматорский радар взвыл сиреной: «Цель захвачена!»

Я начала ритуальный танец сближения, известный всем аниматорам мира. На полусогнутых, покачивая пушистой приманкой, я медленно двинулась вперед, издавая успокаивающие звуки «пссс-пссс-кис-кис», которые в моем мире означали «я друг, у меня есть плюш и хорошее настроение», а в их мире, судя по всему, «я ядовитый гриб, который научился шипеть и сейчас взорвется спорами».

Дверь приоткрылась еще на сантиметр. Девочка лет пяти, с косичками цвета прошлогодней соломы, смотрела не на меня, а на сэра Реджинальда, словно узрела мессию.

— Это мой напарник, — заговорщицки прошептала я, покачивая котенком, как маятником гипнотизера. — Сэр Реджинальд. Он — Великий Магистр Ордена Пушистости. И он прибыл сюда со сверхсекретной миссией — найти самую смелую девочку и посвятить ее в рыцари Мягкого Бочка, даровав ей право на три бесплатных ‘тыгыдыка’ в день!

— Он… мягкий? — пискнул голосок из-за двери.

— Мягчайший! — заверила я. — Его шерсть сделана из утреннего тумана и снов про сахарную вату! А если нажать ему на животик… он прогонит всех подкроватных монстров! Хочешь попробовать?

Я протянула котенка. Девочка медленно, как сапер, перерезающий проводок, высунула ручку. Ее пальчики почти коснулись плюшевого ушка… Исторический момент! Первый контакт двух цивилизаций!

И тут дверь с грохотом распахнулась, словно ее вышибли тараном. На пороге стояла мать, чье лицо выражало такой ужас, будто я пыталась вручить ее ребенку счет за коммунальные услуги за последние сто лет.

— ТАРА, НЕТ! — взвизгнула она и совершила сальто-мортале назад от ужаса, утаскивая ребенка за собой.

— Но, мама, он пуши…

— МОЛЧАТЬ! — рявкнула женщина и выставила вперед мужа, как живой щит из серого твида.

Мужчина, отец семейства, посмотрел на меня так, словно я была помесью налогового инспектора и гигантского таракана.

— Что вам нужно, цветастое недоразумение?

— Я просто хотела… — начала я, все еще протягивая котенка, как оливковую ветвь. — Подарить немного…

— УБЕРИТЕ ОТ НАС ЭТОГО ПЛЮШЕВОГО ДЕМОНА! — взвизгнула мать, прижимая к себе уже рыдающую дочку.

— Демона? — я в шоке посмотрела на милейшее создание в моей руке. — Но это же сэр Реджинальд! Его уровень опасности — ноль! Максимум — может вызвать аллергию на милоту!

Отец не стал слушать. Он вдохнул в себя весь страх и серость этого переулка и изверг их из себя в виде одного слова, от которого у голубей на крыше случился коллективный нервный срыв:

— СТРА-А-А-А-А-ЖА-А-А! ЗДЕСЬ ПОПЫТКА ВЕРБОВКИ В ЦВЕТНОЙ КУЛЬТ! ВРАЖЕСКИЙ АГЕНТ ВООРУЖЕН!

Не успела я переварить эту дичь, как из-за углов с грацией падающих шкафов появились они — Стражи Порядка и Плохого Настроения. Их доспехи были выкованы из чистейшей скуки и скреплены заклепками из разочарования. На шлемах вместо плюмажей были уныло привязаны дохлые веточки. Они окружили меня, образовав тактическое построение «кольцо безысходности», и синхронно ткнули в мою сторону копьями с таким видом, будто только что обезвредили трехголового дракона, а не испугали девушку с игрушкой.