Попаданка с прицепом, или Истинная для четверых

Знакомство с новым миром

От автора.

Привет, моя хорошая. Если ты читала эту историю когда-то - я вернулась и переписала её начисто, с нормальным, счастливым финалом, без той горькой концовки, за которую мне до сих пор стыдно. А если ты тут впервые - добро пожаловать в мой драконий гадюшник, обещаю, скучно не будет.

Главы выкладываю каждый день. Если зацепит - поставь «звёздочку», добавляй книгу в библиотеку и черкни пару слов в комментариях. Для меня это лучшее топливо и реальная помощь книге. Поехали.

Ваша Женечка

Утро началось с того, что мою голову кто-то старательно, не жалея, чем-то мазал. Я разлепила сначала один глаз, потом второй и застонала.

Яся. Моя двухлетняя катастрофа с ангельскими глазами.

Вчера я по глупости оставила крема и присыпку в зоне досягаемости её цепких пальчиков, и вот результат: пока я дрыхла без задних ног, дочь самозабвенно «лечила» маму всем, до чего дотянулась. Волосы слиплись, наволочка в жирных разводах, сама виновница торжества довольная, как кот, добравшийся до сметаны.

- Ну ты и мастер, - простонала я.

Яська засияла, приняв это за чистую похвалу.

Дальше всё по накатанной: бельё в стирку, ребёнка и себя в душ. Уже под струёй воды до меня дошло, что крема она извела подчистую, а значит, придётся тащиться в магазин. Я выглянула в окно с робкой надеждой и, конечно, зря. Начало марта во всей красе: дождь пополам со снегом, ветер, пробирающий до костей, серое небо без единого просвета. Идеальная погода, чтобы никуда не выходить. Вот только кремов от этого в доме не прибавится.

Быстро перекусив и собрав ребёнка, мы выползли к машине. Старенький фольксваген служил мне верой и правдой, и что бы я без него делала, даже представить страшно. Одной с ребёнком и так несладко, а без колёс и подавно. Усадив Ясю в детское кресло, я завела мотор, и пока он прогревался, на минуту провалилась в прошлое.

Зовут меня Заварова Мария. В двадцать два закончила университет, через мамины «знакомых-знакомых» устроилась на хорошую работу. Блестящие перспективы, карьера, всё как положено. А в первый же рабочий день я, как кошка, влюбилась в собственного босса. Через пару месяцев осознала себя слегка беременной, окрылённая побежала радовать любимого и... увы и ах. Мужик ошалел от открывшихся перспектив, перевёл мне на карту кругленькую сумму и вежливо попросил уволиться по собственному и сделать аборт. Мама, узнав, бабушкой становиться категорически не пожелала и тоже посоветовала «не портить себе жизнь».

Жизнь я портить не стала. Я её, можно сказать, начала заново. Переехала в доставшуюся от бабушки однушку - окраина, без ремонта от слова «совсем», зато своя. Спасибо бывшему, на его откупные я сделала ремонт, купила эту самую машинку и жила не тужила до родов. А потом родила чудесную девочку и назвала её в честь отца, Ярославой. Своего, не того. Помимо детских выплат брала на дом редактуру и переводы, так что концы с концами кое-как сводила, не вылезая из дома и из материнства.

На заднем сиденье завозилась Яська, и я вынырнула в настоящее. Улыбнулась дочери, подала упавшую игрушку и тихонько вырулила со двора. Пока ехали, моя кроха таращилась в залитое дождём окно и что-то увлечённо лопотала на своём, на детском. В свои почти два она была худенькой, светловолосой, невысокой улыбчивой малявкой, копией меня: я тоже блондинка, тоже невеличка, всего сто шестьдесят сантиметров, да ещё с парой лишних килограммов, которые после родов так и не нашли причины уйти. Ничего особенного, на мой взгляд. Да и на взгляд противоположного пола, судя по всему, тоже. После родов мужчин в моей жизни не случилось: то ли не сложилось, то ли не было ни времени, ни сил, ни желания. А как-то один приятель обронил, что я теперь «с прицепом», и всё, как отшептало. Желание смотреть в сторону мужчин отпало напрочь.

У магазина мы взяли тележку побольше и пошли затариваться на неделю вперёд. Раз обещают такую погоду, из дома потом и калачом не выманишь, так что брала всего и с запасом. Расплатившись, я тихонько влилась в поток людей к выходу, толкая перед собой гружёную тележку, в которой удобно устроилась Яся.

И вот тут моя обычная, серая, понятная жизнь закончилась.

Сзади меня кто-то обхватил за талию. Под свитером в бок упёрлось что-то острое, кольнуло, и по коже потекло тёплое. Я неосознанно дёрнулась обернуться, но кольнуло резче, больнее, а у самого уха раздался шёпот, от которого кровь застыла:

- Самка, иди вперёд и не оглядывайся, иначе сдохнешь прямо тут. Топай на выход и не смей привлекать внимание.

Страшно стало не за себя. За ребёнка. Яся же рядом, в тележке, в двух ладонях от ножа. Что он с нами сделает? Может, просто грабитель. Всё отдам, пусть забирает что хочет, квартиру продам, только дочь не трогай. Мы вышли из стеклянных дверей под ледяной дождь, и меня толкнули вправо, за угол. Ещё толчок, и я впечаталась лицом в грязную стену, перелетев через тележку. Мужик за спиной завозился, а я мёртвой хваткой вцепилась в ручку коляски-тележки и лихорадочно молилась всем богам сразу: пусть меня, пусть что угодно, только не дочь.

Похититель оторвал моё лицо от стены и велел повторять за ним:

- Я добровольно перехожу в мир Мальфури вместо графа Ван Де Брайнера.

Сумасшедший. Боже, он же сумасшедший, билось в голове. И я послушно, слово в слово, повторяла за психом этот бред, лишь бы отпустил, когда наиграется:

- Я добровольно перехожу в мир Мальфури вместо графа Ван Де Брайнера.

А дальше случилось то, чего мой разум вместить отказался. Грязная стена вдруг засветилась, и тележка с ребёнком под весом моего тела начала проваливаться внутрь, в разрастающуюся прямо в кирпиче белую дыру. За спиной я услышала торжествующий крик:

- Ты теперь графиня Ван Де Брайнер, самка! Родовой знак я тебе передал. У тебя богатый замок и огромные угодья на юге Мрамуса. И запомни: никому, слышишь, никому нельзя знать, что ты баба и щенок твой баба. И вообще что у тебя есть щенок. Удачи тебе, самка.