Попаданка в Академии Драконов

Глава 5.2

До завтрака я успела принять душ и высушить волосы. Бетси, горничная Элизы, помогла мне уложить в прическу сложно заплетенные косы. Платье было приготовлено с вечера: молочно-белое в нежный, голубой цветочек. Я отметила для себя, что мне начинает нравиться здешняя мода на длинные платья. В таком платье даже чувствуешь себя иначе, чем в джинсах, по меньшей мере, принцессой.

Мы с Элизой вместе спустились в столовую. Холдор отложил газеты и, с удовольствием осмотрев нас, улыбнулся, поднялся и поприветствовал. От его вчерашних обид не осталось и следа.

- Кэтрин, чем ты собираешься сегодня заняться? – спросил он меня, усаживаясь на свое место.

- Хочу повторить пару предметов, из ранее пройденного, - уклончиво, не вдаваясь в подробности о лекциях Марты, ответила я.

- Как смотришь на то, чтобы после обеда уделить мне пару часов? – взглянул пристально, развернув на коленях льняную салфетку.

- Положительно, - кивнула я, охотно соглашаясь. От мысли о том, что Холдор будет мне что-то объяснять и как-то меня тренировать, становилось радостно и легко. Страх от возможной неудачи отступал, уступая место надежде, что я справлюсь, и сердце билось чаще.

После завтрака мы с Элизой расстелили в саду, в тени деревьев, плед, и до обеда валялись с лекциями Марго. Точнее, валялась я, а Элиза периодически меня навещала, принося мне то яблоко, то сок, то «просто посмотреть, сколько ты уже прочитала». Я расспрашивала ее о непонятных мне местах в тексте и обнаружила, что для нее предметы первого года обучения не будут в новинку. Элиза неплохо разбиралась в принципиальных моментах работы магических потоков, и охотно делилась со мной знаниями.

Кузнечики мерно стрекотали в траве, две разноголосые птички что-то бойко обсуждали в ветвях над моей головой. Я смотрела в ясное небо сквозь зелень листвы и понимала, что пружина последних дней, плотно зажатая и закрученная всеми свалившимися на меня событиями, потихоньку разжимается. А под ней расправляется, обретает свободное дыхание моя душа.

На обед снова приехал Джастин. Сегодня он был особенно симпатичным, в идеально сидящем светлом костюме и с неизменной тростью. Что он там хранит? Коньяк или шпагу? Вряд ли будет уместно задавать ему подобные глупые вопросы, но любопытство то и дело подмывало меня спросить что-нибудь эдакое.

После обеда Элиза потащила Джастина в музыкальную комнату, где она играла на скрипке, а он – довольно редко, но составлял с ней дуэт на саксофоне, а мы с Холдором пошли в его кабинет.

- Покажи мне, Кэтрин, как течет твоя магия в спокойном состоянии, - Холдор все же усадил меня рядом с собой на диван. – Соедини ладони.

Он взял мои руки в свои и расположил их на уровне груди ладонями друг к другу, оставляя между ними небольшое пространство. Его большие теплые пальцы держали мои руки крепко и в то же время очень нежно. Прикосновение было таким интимным, что о каком-либо спокойном течении магии можно было смело забыть.

- Почувствуй поток, - негромко произнес Холдор, глядя мне в глаза.

Пару секунд ничего не происходило, затем я почувствовала, как пространство между ладонями стало упругим и наполнилось вибрирующим, мерцающим свечением. Ох, ё-моё! Оно реально! Я едва сдержала себя, чтобы не взвизгнуть. Чуть не забыла, что я все это должна знать, уметь и, вроде как, не в первый раз вижу.

- Это твоя магия, Кэтрин, - снова негромко произнес Холдор, вглядываясь в мое лицо. – Чувствуешь, как она течет в тебе?

Нет, я не чувствовала, как она течет во мне и тихонько отрицательно покачала головой, глупо улыбаясь Холдору. Мне очень нравилось ощущать эту упругую вибрацию между ладоней, нравились его большие, сильные руки на моих запястьях. Я, и правда, могла просидеть так пару часов, но Холдор отчего-то убрал свои руки:

- Теперь попробуй немного развести ладони в стороны, Кэти.

Я выполнила. Магия заструилась быстрее. Искрящееся свечение ломаными линиями перемещалось из одной моей ладони в другую.

- А теперь снова сведи ближе, - Холдор говорил негромко и смотрел на поток между моими ладонями с интересом врача или ученого, а я наслаждалась новыми, непередаваемо острыми ощущениями.