Попаданка в Академии Драконов

Глава 5.3

Варианты расположения рук сменяли друг друга от плавного перемещения к резкому и обратно, ближе, дальше, выше, ниже. И снова все сначала. Магия текла, искрилась и мерцала, то ускоряясь и завихряясь, то снова возвращая потоку неторопливость и равномерность. Я уже чувствовала магию каждой клеточкой своего нового тела, ее пластичность, потоки, вибрацию, случайные завихрения.

Затем Холдор поднял меня на ноги, подошел ко мне со спины и обнял, осторожно положив руки мне на талию. Я покосилась на него, повернув голову, пытаясь понять, что он задумал? Он не отрывал пристального взгляда от потока, и я не стала опускать руки, давая ему возможность полюбоваться происходящим и увидеть то, что он так внимательно высматривал.

- Что ты чувствуешь, Кэтрин? – произнес он почти мне на ухо, обдавая горячим дыханием чувствительную кожу. Так дышать в шею – запрещенный прием! Захотелось податься к нему еще ближе, прижимаясь телом к его теплым губам, раствориться в ощущении счастья от его близости. Поток ускорился в разы, мерцание магии перемежалось синими всполохами и искрами.

Я могла бы долго ему рассказывать, что я чувствую, а лучше бы показала, но сомневалась, что это будет именно то, что он ожидал от меня сейчас услышать.

- Чувствую усилившийся поток в теле, - ответила я негромко внезапно севшим голосом, усилием воли беря под контроль разыгравшееся воображение.

- Очень хорошо! – произнес Холдор еще тише. - Запомни это ощущение на уровне тела, – добавил через минуту и через пару секунд выпустил меня из объятий. Обошел вокруг, еще немного с интересом полюбовался на свечение между моими ладонями. Затем потер руками лицо и почти равнодушно произнес:

- На сегодня, думаю, закончим. Повтори перед сном, постепенно разгоняя поток, затем замедляя. И завтра пару раз. Сейчас тебе нужно плотно поесть. Пойдем ужинать, - с этими словами Холдор повернулся и пошел в направлении двери, вон из кабинета. Драконище черствый!

Я опустилась на диван. Мои руки почти онемели от усталости, спина отваливалась, ноги были деревянными и не держали. Я посмотрела на каминную полку и обомлела: семь часов. Он продержал меня здесь шесть часов?!

Я поднялась в свою комнату, чтобы умыться и переодеться, но увидела кровать и поняла, что на ужин я не пойду. Нафиг! Устала, как раб на галерах. Ужин нафиг! И Холдора, тоже нафиг! Один раз не поем – ничего не случится. Стройнее буду.

Сейчас, только полежу две минутки и пойду, сниму платье, умоюсь...

- Кэтрин, проснись! Открой глаза, Кэтрин, - аромат знакомого парфюма добрался до моего сонного сознания, смешался с ощущениями счастья от того, что кто-то то ли гладил меня по голове, то ли теребил мои волосы, а знакомый мужской голос призывал на подвиг, на который я сейчас была не способна. – Давай же, Кэтрин! Будь умницей, открой глазки!

Вот пристал! Ну, хорошо, хорошо! Уговорил, так и быть. Я медленно открыла один глаз. Холдор сидел на моей кровати, и в руке у него была большая кружка с чем-то вкусно пахнущим. Что-то он повадился, я смотрю, устраиваться на моей кровати, как у себя дома!

- Кэти, я сейчас буду поить тебя бульоном, а ты будешь его пить, хорошо? – как маленькой объяснил Холдор и, приподняв мою голову вместе с подушкой, поднес кружку к моим губам. – Давай, открывай рот.

Чего это он со мной нянчится? Вот еще! Я приподнялась на локте, села, и взяла кружку из его рук. Бульон был очень вкусным. Я бы с удовольствием съела и что-нибудь посущественнее. Удобно ли будет, если я попрошу что-нибудь еще? Куриную ножку, например.

И тут я вспомнила, что не ужинала, а за окном темно. Видимо, уснула, как была, в платье, чего никогда себе не позволяла раньше.

- Холдор, а можно я поем? – обернулась я к мужчине, с надеждой. - Как думаешь, на кухне осталось что-нибудь от ужина? – я опустила ноги с кровати, готовая отправиться на поиски пропитания, потакая, призывно напомнившему о себе, желудку. Холдор смотрел на меня, не скрывая улыбки. В его глазах, отражающих свет ночника, плясали веселые искры. Чего это он, собственно, веселится?

- Пойдем, проверим, - он взял меня за руку и потянул в сторону двери. При этом улыбка его стала еще шире и озорнее.

Я на ходу поправила растрепавшиеся после сна косы, юркнула ногами в домашние туфли и пошла за тянувшим меня за руку, чему-то улыбающимся, нереально привлекательным мужчиной, прямо в полутемный опустевший дом, на поиски еды и неизвестно каких еще приключений на свою… ну, пусть будет, голову.

Отчего-то меня сейчас не смущало ни мое, порядком измятое, платье, ни растрепанные, выпавшие из прически косы, ни преступное урчание в животе. Подозреваю, что здешняя дама не должна в таком виде не то, что показываться на глаза мужчине, но и из комнаты выходить, а уж о том, чтобы шастать по дому в поисках еды, и речи быть не может.