Попаданка в Академии Магии. Тайное наследие

Глава 16

– Занимайте места, адепты, – проскрипел пожилой сухонький профессор Флетчер, по совместительству декан факультета магии смерти, распахивая перед нами дверь аудитории для практических занятий по Анатомии. Но мои однокурсники, идущие впереди, почему-то не спешили этого делать, и лишь войдя внутрь, я поняла, в чем причина возникшей заминки.

Аудитория, представляющая из себя круглый зал, больше всего напоминала амфитеатр, сужающийся книзу. Четыре уровня сплошных деревянных лавок, отделенных друг от друга невысокой балюстрадой, опоясывали ее, заканчиваясь круглой площадкой в самом низу.

Под потолком расположились стрельчатые окна с каменными переплетами, напоминавшими по форме то ли замочную скважину, то ли фигуру человека в длинном плаще. Выстроенные в три ряда друг над другом и залитые белым светом холодного разгорающегося дня, они отчего-то напомнили мне привидений.

Прямо напротив входа в глубокой нише, освещенной магическими светильниками, расположился огромный книжный шкаф, а по обе стороны от него немыми стражниками застыли два скелета, взирающие на всех входящих черными провалами пустых глазниц. К нему, как и к окнам, можно было подойти по узкому балкончику, опоясывающему аудиторию над амфитеатром ученических лавок.

Но не это ввергло в ступор моих однокурсников. Там, внизу, на широком столе, лежало нечто, накрытое белой простыней. И в очертаниях фигуры безошибочно угадывался человек. Судя по всему, мертвый.

– Адепты, живее, – Флетчер недовольно прошел вперед и с неожиданной прытью стал спускаться вниз.

Девушки начали торопливо занимать места, и я усмехнулась, поняв, что нам с парнями достались самые почетные места – в первом ряду.

– Итак, адепты, – Флетчер обвел аудиторию цепким взглядом из-под кустистых бровей, – сейчас мы с вами наглядно увидим то, что изучали на лекциях. Думаю, мне не стоит объяснять, зачем факультету темных искусств нужна анатомия? Или стоит? Кто готов ответить?

Вверх взметнулись несколько рук.

– Прошу Вас, Беатриса, – Флетчер изобразил на лице нечто, заменяющее у него, видимо, улыбку.

– Думаю, анатомия нужна нам для того, чтобы знать, как именно воздействовать магией на организм в целом или на отдельные его органы и системы.

– Все верно, адептка, присаживайтесь. – Флетчер повернулся к столу, на котором лежало неподвижное тело, и театрально взмахнул рукой. – Факультет магии смерти любезно предоставил в ваше полное распоряжение свежее умертвие, принадлежащее, – он резко сдернул простыню, – молодому мужчине весьма крепкого телосложения.

Я невольно зажмурилась, видя перед собой полностью обнаженного мертвеца с восковой кожей.

– Фарли, откройте глаза, – возмущенно проговорил профессор, – на моих уроках неженкам не место! Так, сейчас, где же она… – В руках Флетчера появилась указка, светящаяся черным светом. «Артефакт некромантов», – подумалось мне, и я не ошиблась.

– Встань! – последовала команда, и я с ужасом увидела, как мертвый резко садится, а потом встает, невидящими глазами смотря на профессора. В его движениях было что-то противоестественное, как будто передо мной была огромная марионетка, которую ненормальный кукольник сделал пугающе похожей на человека. Меня замутило, но я заставила себя смотреть, с силой сжимая и разжимая кулаки, пытаясь сосредоточиться на боли от ногтей, впивающихся в кожу.

– Перед вами, адепты, человек, состоящий ранее на службе у короля. Дезертир, приговоренный к смертной казни через повешение. К нашему счастью, сегодня ночью он умер сам, не дождавшись ее.

– От чего? – невольно вырвалось у меня, и я тут же прикусила язык.

– Кхмм, если верить отчету тюремного целителя, от сердечного приступа. Он узнал, что его жена и ребенок умерли при родах, – Флетчер встрепенулся, и недовольно посмотрел на меня. – Это не имеет значения, Фарли. Итак, сейчас мы с вами…

Флетчер продолжал что-то вещать, тыкая указкой в мертвое тело, послушное его воле. Я же, хоть и пыталась слушать, но не слышала ни слова, думая о том, что совсем недавно этот человек дышал, улыбался, радовался жизни. Что случилось потом? Почему он сбежал, нарушив присягу, уж не потому ли, что чувствовал, что нужен жене и еще нерожденному ребенку?

Боги! Три жизни оборвались так трагично, как же так? Глазами, в которых застыли слезы, я смотрела, как адепты один за другим спускаются вниз и, повинуясь команде Флетчера, насылают на умершего заклинания, целясь то в голову, то в сердце, то в руки…

– Точнее, Элеонора, Вы попали не в сердце, а в легкое!

– Вот так, Гленна, хорошо!

– Марша, цельтесь правее!

– Это левая рука, а не правая, Элена!

– Отлично, Айк!

– Изабель Фарли! Фарли? – я не сразу поняла, что теперь очередь дошла до меня. – Хватит сидеть, спускайтесь вниз. Ваша задача – попасть ему в солнечное сплетение. Начинайте!

На негнущихся ногах я спустилась по деревянным ступенькам и застыла напротив мертвеца, равнодушно смотревшего куда-то поверх моей головы. От многочисленных заклинаний его тело претерпело изменения, местами почернев и обуглившись, и от этого меня снова замутило.

«Прости!» – прошептала мысленно, сама не зная, что собираюсь сделать. Губы зашептали беззвучные слова, а мой взгляд сам собой устремился туда, куда мне надлежало ударить. Магия подчинилась легко, вырвавшись из меня белым мерцающим потоком и вошла точно в цель.

Как завороженная, я наблюдала, как она окутывает мертвое тело, на долю секунды незримо меняя его. Как над головой с сейчас сожженными, но прежде густыми, тесно-русыми кудрями, растерянно зависает искрящийся золотистый огонек.

Мои глаза изумленно распахнулись, когда я вдруг увидела их… Еще два огонька появились рядом, возникнув из ниоткуда. Один из них, совсем крошечный, доверчиво прильнул к тому, что беспомощно метался над мертвецом, сливаясь с ним в единое целое, как будто успокаивая. Третий огонек последовал к ним. И вот уже они втроем, на мгновение вспыхнув, растворяются в воздухе, оставляя после себя чувство светлой печали.