Попаданка в академии некромантии

Часть 3 «Академия некромантии ле Морт-вивант»

Время на миг замедлилось, и всё вокруг замерло. Я осознала, что не чувствую ни собственного дыхания, ни сердцебиения. Запахи тоже пропали насовсем. От всего этого стало жутко не по себе.

— Прежде всего ты должна понять и принять тот факт, что ты мертва, — произнёс мужчина тоном, не оставляющим мне никакой надежды. А после продолжил: — В силу обстоятельств, которые нам ещё предстоит выяснить, твоя душа не покинула мёртвое тело, а осталась существовать в нём. Ты стала Немёртвой.

— Нежитью что ли? — переспросила я осторожно, припомнив мистические фильмы и книги.

Мужчину перекосило.

— Постарайся не употреблять это слово, — с натянутой улыбкой ответил он. — Хоть оно и верно отображает суть, но является в междумирье вульгарным и неуважительным. Почти как ругательство.

Я, задумчиво закусив губу, присела на кушетке. В теле всё ещё ощущалась тяжесть. Оно плохо подчинялось мне. Я вновь взглянула на руки. Меж тонких синюшных пальцев проскочила зелёная искра.

«Привиделось? Или эти самые «Немёртвые» так и воспринимают окружающий мир. Кстати, где те двое, что принесли меня сюда? Да и где я вообще?» — подумала я, но вслух спросила:

— Что это за место? — только сейчас я обратила внимание на покрытые мрамором стены и своды.

— Мы с тобой сейчас в мавзолее при академии, — ответил мужчина, очертив взглядом пространство вокруг. — Это своеобразный госпиталь для Немёртвых. Тут мы оказываем помощь тем, кто пострадал во время рейдов.

— Те двое тоже говорили про академию и про ректора, — припомнила я и с надеждой взглянула на мужчину. — И про то, что мне помогут здесь.

Тот кротко кивнул.

— Ты, вероятно, говоришь о Каине и Винсе. Они всё верно сказали. В академии ле Морт-вивант мы помогаем и обучаем Немёртвых. Кстати, ректор- это я. Наверное, нужно было представиться сразу. Моё имя Хейд Бёртон.

— Ханна Уолтерс, — произнесла я на автомате, размышляя над словами мистера Бёртона. — Простите, я не совсем поняла, чему именно вы здесь обучаете?

— Некромантии, Ханна, — снисходительно улыбнулся тот. — Владению той силой, что не дала твоей душе отправиться в Тёмный мир после того, как тело погибло. Ты уже чувствуешь её в себе и используешь для того, чтобы говорить и двигаться. Пока что довольно неумело, но у тебя явно большой потенциал. Ты ведь видишь его — зеленоватое пламя?

Мистер Бёртон поднял руку вверх и на кончиках его пальцев появились изумрудные всполохи. Я моргнула от неожиданности. Он вновь улыбнулся и кивнул на мои ладони. Я опустила взгляд на них и различила всё те же мелкие искорки между пальцев.

«Значит, не показалось. Что ж, хотя бы со зрением всё в порядке».

Ректор поднялся и протянул мне сухую руку с узловатыми пальцами. Я вложила в неё свою, и он любезно помог мне подняться.

— Я покажу тебе академию, — сообщил он, выводя меня в тускло освещённый фосфорными светильниками коридор. — Параллельно, если ты не возражаешь, я хотел бы, чтобы ты ответила на несколько вопросов.

Я кивнула. Выбора по большому счёту у меня не было. Мы шли в полутьме к огромной деревянной двери с кольцом. Стены по обе стороны были выложены из натурального камня. И что-то мне подсказывало, что это не элементы декора. Вероятно, академию строили в те времена, когда современные технологии в строительстве ещё не были открыты. Раньше это показалось бы мне невероятным, но на фоне всего случившегося, сейчас я почти не удивлялась тому, что видела.

— Итак, что ты помнишь о напавшем на тебя вампире? — спросил мистер Бёртон.

Я кратко рассказала ему о том, что произошло со мной накануне.

— Так это был вампир? — удивлённо произнесла я под конец. Ректор кивнул.

— Хотя массовая человеческая культура и исказила образ вампиров в последние годы, многие их черты передают довольно верно. Они Немёртвые, быстрые и сильные. А ещё они одни из немногих, кто представляет реальную угрозу для живых, ведь, чтобы выжить, им нужна кровь.

Я поёжилась. Моё тело теперь не способно было чувствовать холод, но от неприятных воспоминаний о кроваво-красных глазах, когтях и трубчатом языке по спине пробежали мурашки.

— Но вампиры очень редко охотятся — пару раз в сотню лет им бывает достаточно, продолжил мистер Бёртон, открывая передо мной дверь. — Ещё реже их жертвы умирают при нападении. В основном всё заканчивается потерей воспоминаний и малокровием.

Мы вышли на широкую площадку, мощённую булыжником. Я невольно задрала голову кверху. Над нами нависала скала из тёмно-серого камня с вкраплениями белесой светящейся слюды. От этого блеска создавалось впечатление, что находились под звёздным небом. Я обернулась по сторонам, и не увидела ни одного просвета — камень окружал нас повсюду.

— Мы под землёй? — спросила я мистера Бёртона. Тот покачал головой.

— Это как посмотреть, — уклончиво ответил он. — Значит, говоришь, ты и твоя мачеха видели его ещё до нападения?

— С уверенностью я могу сказать только за себя. Зои говорила, что видела странных людей у нашего дома. Были ли это вампиры или просто какие-то проходимцы, я не знаю.

Мистер Бёртон удовлетворённо кивнул. Мы проследовали вдоль правого свода прочь от входа в мавзолей. Я крутила головой по сторонам, пытаясь ухватить и запомнить как можно больше из того, что попадалось на глаза. Я видела множество дверей разного размера и формы, ведущих неизвестно куда. Спросить о них у меня не хватило духу. С площади мы свернули в ещё один коридор, который больше напоминал расщелину в скале. По нему мы вышли на балкон, объединяющий весь ярус. С него открывался вид на пропасть, уходящую вниз на невообразимую глубину. Там внизу, если судить по обилию зелёных огней, были ещё этажи, равно как и сверху. Это место напоминало улей — полое внутри, со множеством комнат-ячеек и проходов в толстой монолитной оболочке. Высоко наверху, даря пространству умиротворяющий матовый свет, виднелся гигантский сталактит необычного изумрудного цвета.