Попаданка в академию, или руки прочь от меня, Дракон!

5

– Куда это ты собралась? – щурится она.

Только не смотреть на бородавку. Тогда все дельные мысли вылетят из головы прочь. Не иначе эта бородавка – стратегическая уловка, чтобы дезориентировать собеседников. Иначе зачем она ее не удалит?

– Я… уже закончила.

Она переводит взгляд на докрокк, листья которого продолжают безжизненно клониться к земле.

– Мне так не кажется, – шипит она.

У меня много чего крутится на языке. Много ядовитых и далеко не ласковых слов. Во мне вновь поднимается ярость на нее, ее наглых дочерей и сына – но я себя сдерживаю. Еще рано. Я пока слишком слаба, чтобы противостоять семейству Дерр. Сначала мне нужно встать на ноги.

– Здесь… так душно, – я опускаю глаза в землю, – что у меня закружилась голова. Мне нужен перерыв. Нужно выйти на свежий воздух…

Которого в Саморрии и в помине нет. Дерр Мариадна поджимает губы. Я, уже вскинувшая голову, поспешно отвожу взгляд в сторону.

– О каком перерыве может идти речь, – выплевывает она, – если ты ни черта не сделала?! Взгляни на это! Почему они все выглядят так, будто ты их не заговаривала?!

Потому что я и не.

– Чтобы сегодня же, – требует она, – вся посадка ожила!

Сжимаю кулаки, но внешне играю тихую, смиренную Леенну:

– Но, тетушка Мариадна…

– Не смей меня так называть!

О как! Вот это ее разъярило!

– Сколько раз я тебе говорила, – отчитывает она меня звенящим голосом, – называть меня Шиэрра Мариадна!

Госпожа? Называть тебя госпожой?! Не слишком ли это жирно?! Проглатываю гнев и блею:

– П-простите, Шиэрра Мариадна, этого больше не повторится… Но мне и в самом деле нужно выйти, здесь такая духота, что я вот-вот потеряю сознание!

– Пока не заговоришь докрокки, даже думать не смей о том, чтобы идти прохлаждаться!

Я уже начинаю серьезно заводиться. Кажется, еще чуть-чуть – и я сорвусь: выйду из образа фиалочки и отхлестаю эту мегеру по щекам! К счастью, в этот момент мне на помощь приходит Варра:

– Оставь ее, не видишь, какая она бледная? Ты ее совсем загоняла!

Ого. Смотрю на свою заступницу расширившимися от шока глазами. Вот уж не ожидала, что обычно улыбчивая, приветливая Варра может в открытую противостоять своей начальнице!

Кажется, удивлена не только я, но и все остальные работники, которые находились в этот момент в огороде, потому что все до единого прекращают работать и с открытыми ртами смотрят на представление.

– Ты, – лицо моей тетушки кривится, – не лезь не в свои дела!

Однако Варра не отступает:

– Леенна – не рабыня, Мариадна. Как бы плохо ты не относилась к нам, своим работникам, с ней ты обращаешься гораздо хуже!

– Я. Же. Сказала. Не лезь. Это не твое дело, как я с ней обращаюсь!

– Ты переходишь черту, Мариадна. Да Геркхард бы в гробу перевернулся, узнай он, как ты третируешь его племянницу!

А дальше происходят сразу две вещи. Дерр Мариадна замахивается, явно намереваясь влепить Варре пощечину. Я дергаюсь, чтобы успеть ее остановить, но этого не требуется: Варра перехватывает занесенную над ней руку прямо на лету. В полном шоке и в звенящей тишине мы смотрим, как Дерр Мариадна, стиснув челюсти, пытается вырвать свою руку из хватки Варры – но куда ей, изнеженной торгашке со слабыми ручками против женщины, что каждый день не меньше десятка раз поднимает в холм тяжеленные ведра с водой!

– Отпусти! – шипит уязвленно Дерр Мариадна.

– Не раньше, чем ты пообещаешь мне, что больше не будешь третировать Леенну.

Пусть речь идет не обо мне, а о настоящей Леенне, но я все равно чувствую, как теплеет в груди.

– Я буду обращаться с ней так, как считаю нужным!

– Тогда не удивляйся, если о твоих делишкам станет известно магистрату!

– Если донесешь на меня – лишишься работы! И поверь, я сделаю так, что другой работы в Саморрии ты не найдешь – а значит и ты, и твои дети помрете с голоду!

Варра бледнеет от гнева. Мое сердце сжимается от сочувствия к ней. Я понимаю, что теперь моя очередь за нее заступаться:

– Все в порядке, – я подхожу к ним ближе и мягко кладу руку на ее плечо, – я не сильно устала. Могу поработать еще немного.

– Дьявольское отродье! – бросает негодующе Варра, отбрасывая руку Дерр Мариадны.

Та злобно трет запястье и объявляет:

– Ты – вернись к поливу. Сейчас же! А ты, – тычет пальцем в меня, и я едва удерживаюсь от того, чтобы не вцепиться в этот палец зубами, – чтобы к дню Дарения все фрукты и овощи выглядели как на городских рынках!

Стоя плечом к плечу с Варрой, мы смотрим, как Дерр Мариадна, окинув нас всех презрительным взглядом, покидает огород. Когда она исчезает, Варра поворачивается ко мне:

– Прости, милая.

– За что? – искренне удивляюсь я.

– За то, что у меня так мало сил, чтобы тебя защитить.

– Ох, – я улыбаюсь, – ты не должна так говорить. Ты и так поставила под сомнение свою работу здесь, чтобы защитить меня, и я никогда этого не забуду!

– Это было бессмысленно, – Варра огорченно качает головой, – я так ничего и не добилась.

– Ты пыталась, – мягко успокаиваю ее я, – и это самой главное.

Мои слова ее не убеждают. Эта добрая женщина все еще искренне расстроена – и я понимаю, что когда я выберусь из этого ада, то обязательно заберу ее с собой, чтобы отплатить ей за ее доброту и участие.

– Не переживай, – я нежно поправляю выбившуюся из-под ее чепца прядь волос, – знаешь, скоро я закончу Академию, устроюсь в городе и обязательно заберу тебя и твоих детей к себе. Мы откроем какую-нибудь свою лавку, разбогатеем и будем жить долго и счастливо.

Звучит так по-детски и наивно, но мне действительно хочется в это верить. Варра выглядит немного удивленной моими словами:

– Ох, милая, как же ты изменилась… Но мне это даже нравится. Раньше ты Мариадне и в глаза взглянуть не смела, а сегодня даже пыталась сказать ей слово поперек.

Она гладит меня по щеке и со вздохом берет ведра, чтобы идти к пруду. Глядя ей вслед, я понимаю, что только что у меня появилась мотивация грызться за свое счастливое будущее. В лепешку расшибусь, но добьюсь в этой жизни успеха, потому что теперь мне есть, за кого бороться и кого защищать!