Попаданка в Академию Избранных, или О наглом драконе замолвите слово

Глава 3

Мир под названием "Земля". Клара Соломатская

— Мр-рряу! — истошно провыло под ногами, стоило мне зайти в темный подъезд.

Я мысленно чертыхнулась: вот лентяи-электрики, так и не заменили перегоревшую лампочку. Загляну завтра в управляющую компанию, устрою им профилактическую промывку мозгов и стимуляцию железы трудолюбия! Сегодня идти уже поздно, да и сил нет. День был тяжелый: два зачета, лекция на дневном, потом – семинар у заочников.

— Васька, это ты тут под ногами вертишься?! — ругнулась на виновника переполоха.

— Муй-рряю, — завыла в ответ темнота.

Я нашарила в сумке телефон и включила фонарик, освещая подъезд. На нижней ступеньке лестницы сидел лохматый рыжий кот, месяц назад прибившийся к нашему подъезду. Сначала соседи принялись его гнать, опасаясь, что пришелец начнёт гадить и орать по ночам. Но рыжий оказался вполне интеллигентным, чистоплотным и тихим, так что от него отстали.

Ну, как отстали... Зина со второго этажа так и продолжала выгонять животинку на мороз. Пришлось вмешаться, объяснив вздорной бабенке, что декабрь в наших широтах – это не май месяц в Сочи, животное на улице просто замерзнет. Зина еще повыступала, конечно, но куда ей против меня выстоять?

Так что кот остался. Получил от меня кличку Васька, коробку с подстилкой возле моей двери и миску для еды. В квартиру его не пустила – застарелая аллергия не позволила, да и не люблю я кошек. А весной он все равно уйдет, бродячие коты волю любят.

— Мр-ря-яниу! — еще раз провыл кот. Голодный, наверное.

— Подожди, сейчас покормлю, — пообещала я и начала подниматься на свой третий этаж. Кот рванул по ступенькам вверх, опережая меня.

— Мряу-у! — снова провыл где-то в районе второго этажа. Да что с ним такое сегодня? Никогда не орал ведь. Или весну уже чувствует?

— Чего разорался, скотина?! — На втором этаже распахнулась дверь, и на пороге нарисовалась грузная женская фигура.

— Здравствуй, Зина, — поздоровалась я, ступив на площадку.

— Орет ваш кот, Клара Никитична, — пробухтела соседка недовольно и опустила занесенную для пинка ногу. — Чтоб ему сдохнуть!

— Бога побойся, Зина, такие пожелания раздавать! — одернула я соседку.

— Бога не существует! Если бы он был, то сделал бы в моей квартире ремонт! — торжественно объявила дура и исчезла в своей неотремонтированной квартире.

— Если бы ты задницу свою ленивую подняла с дивана, то был бы у тебя ремонт, — сообщила я захлопнувшейся двери.

— Мрряю! — согласился Васька, светя в темноте зелеными фосфорными глазищами.

Дома выяснилось, что кошачий корм закончился.

— Да твою же кочерыжку! — ругнулась я, прислушиваясь к кошачьим беснованиям за дверью. Явно что-то не то с котом. Не бешенство ли случайно подцепил? Читала я в газете, что много его сейчас, даже в крупных городах животные болеют. Хотя нет, там другие симптомы, Васькин диагноз «жрать хочу» называется.

Открыв холодильник, я поняла, что покормить кота нечем. На полках было голо и печально: ни молока, ни сметаны, даже в лотке для яиц пустота. Только промерзшая до стеклянного звона куриная тушка в морозилке. Но, ее пока разморозишь, уже утро настанет.

Да, в холодильнике у меня натуральная Антарктида – пусто, бело и холодно. Но я и не ем дома почти, утром кофе выпью с яблочком, да и хватит. Потом в Академии, где читаю лекции курсантам, перехвачу в буфете что-нибудь. Еще с коллегами на обед схожу, вот и вся моя еда – в моем возрасте аппетит уже не тот.

А дома я не готовлю, неохота, да и не для кого, одна живу. Ни мужа, ни детей не завела, всю жизнь себя службе отдавала. Ловила преступников, обезвреживала бандитов. До подполковника дослужилась и осталась на старости лет одна-одинешенька в громадной квартире, перешедшей по наследству от родителей.

С досадой захлопнула холодильник: чего теперь об этом горевать, такая судьба у меня значит, кукухой одинокой свой век доживать. Хотя иногда жалею, что не сложилось у меня ни с мужчинами, ни с детишками. Особенно в последнее время почему-то грусть накатывает.

— Мрря-уйй! — провыло за дверью рыжее лохматое привидение.

Вздохнув, я вышла в прихожую и начала обуваться. Хочешь-не хочешь, а придется идти на проспект в круглосуточный, корм Ваське покупать. Мы в ответе за тех, кого прикормили, обогрели, обобрали… А, нет, последнее, это не сюда, в моем случае «подобрали».

Оказалось, что, пока я разбиралась с холодильником, на улице пошел снег. Всего десять минут назад его и в помине не было, а сейчас – словно на небе телега с лебяжьим пухом перевернулась. Да и под ногами уже лежал толстый, пушистый белоснежный ковер.

Вот он-то и подвел меня. Или это Васька, вынырнувший из подъездной двери и кинувшийся мне под ноги. А может, все вместе, не знаю… Но правая нога вдруг поехала вперед, левая – в сторону, меня закачало, и я с грохотом, показавшимся мне раскатом грома, приложилась затылком к асфальту.

Последнее, что услышала, перед тем как провалиться в темноту, был душераздирающий кошачий вопль:

— Мряу-китична! Деур-ржис-сь!