⚷ Попаданка в бегах, или новая хозяйка магической лавки ⚷

Глава 17.2

Я беру книгу, открываю её — тяжелые страницы шелестят под пальцами, на них мелькают загадочные символы и схемы. Но, на удивление, я понимаю все что там написано, как если бы все надписи были на моем родном языке.

«Зелье подчинения...» — пролистываю я, — фу, нет, это явно слишком жёстко.

«Голоса в ночи» — жутковато.

«Создатель сновидений» — хм, вообще не то…

О, а вот что-то уже похожее на то, что нам нужно!

«Сердечный порыв» — судя по описанию, это небольшой амулет, который рождает у человека слабые, романтические ощущения. Не полноценное подчинение воли, а что-то гораздо мягче и более мимолетное. Окончательный эффект амулета исчезает без следа через одну неделю.

— Слушай, Альма, — шепчу я, показывая ему страничку, — может, это подойдёт? Будет создавать у жертвы «лёгкую симпатию» на время, не подчиняя его полностью. И никакой боли соперницам не принесёт. Ну, по крайней мере, никаких записей про это в рецепте нет.

Котик, прищурившись, читает:

— На неделю… слабое влияние… все мысли о любовном интересе объекта будут продиктованы его собственным сознанием, исходя из представлений о его идеальной спутнице… никаких подмен и подчинений. Хм, ну, если тот дворянин действительно обратит на нее внимание, может она и не заметит подвоха. Но наверняка быть уверенными в этом мы не можем.

Я вздыхаю:

— Зато мы будем спать спокойно, что не превратили несчастных людей в зомби.

— Ладно, давай делать. Время поджимает, — Альма быстро спрыгивает на пол, открывает какой-то зачарованный ящичек и начинает выуживать оттуда ингредиенты: сушеные лепестки каких-то растений, пыльцу, кусочки ракушек…

Я же отрешенно хлопаю глазами, не зная толком с чего начать. Как-никак, создаю магический артефакт я впервый раз в своей жизни.

Так, спокойствие. Глубокий вдох. Я поглядываю на Саломею, которая примостилась на единственном более-менее уцелевшем табурете и сверлит меня взглядом:

— Ну, скоро там? — ворчит она. — Нервы у меня не бесконечные!

— Да-да, — говорю я с нейтральной улыбкой, — Еще немного.

При помощи Альмы я лихорадочно соединяю ингредиенты по схеме.

В голове стучит адреналин, в нос бьёт пряный аромат, судя по надписи на банке, перетертого тумана (если это вообще может быть ароматом).

Гримуар при этом то ли мелко дрожит, то ли слегка вибрирует, будто в нетерпении. Но в тот момент, когда заклинания, которые я должна повторять, начинают подсвечиваться мягким золотистым свечением, я понимаю, что он мне помогает как может.

Наконец, визгливый женский голос на фоне достигает критической ноты:

— Элизара! Немедленно показывай, что ты там намешала!

Я заключаю получившуюся субстанцию в небольшой хрустальный кулон и накладываю поверх него миниатюрный знак, похожий на руну (старательно копирую ее, аккуратно выводя резаком, жутко боясь накосячить и вырезать что-то не то).

— Всё! — наконец, выдыхаю, чувствуя себя так, будто испекла огромный торт в прямом эфире кулинарного шоу, по крайней мере, усталость на меня наваливается именно такая, — Ваш «Артефакт Расцвета Любви». Теперь вы сможете… э-э… даровать избраннику пылкую симпатию!

— Сколько?! — взвизгивает она, прикладываясь глазами к кулону, словно хочет рассмотреть его под лупой.

Я едва не говорю «бесплатно», лишь бы она побыстрее свалила отсюда.

Но Альма, видимо оценив мою беспомощность в вопросах местной валюты, тут же подлетает к Саломее, называя сумму, которая кажется мне баснословной. Но, судя по тому, что тетка молча достаёт кошелёк и отдает ему парочку тяжелых монет, здесь оперируют совсем другими числами.

— Надеюсь, это не дешевка! — снова недовольно ворчит Саломея, — Если моё желание не исполнится, я вернусь! С армией стражников и магов!

— Уверяю, всё будет как нужно, — отвечаю я, молясь, чтобы она не заметила наших махинаций. — Но… имейте в виду, эффект проявляется не сразу и не с первого раза, — решаю я подстраховаться на всякий случай.

— Не сразу? — она грозно щурится. — Мне снова ждать? Ну, ладно… — потом недовольно размахивает зонтом, чуть не задевая лампу над головой. — Но я вас предупреждаю: если в итоге никакой любви не случится, я вернусь и устрою вам взбучку похлеще этой!

И она, громко фыркнув, разворачивается на каблуках, с силой хлопнув дверью (или тем, что от неё осталось) напоследок.

Мы с Альмой замертво плюхаемся на ближайшие стулья (мне достаётся косая табуретка). Я перевожу дух, чувствуя, как напряжение, распирающее мою грудь, сходит на нет.

— И что, у вас тут такое каждый день? — со стоном спрашиваю я Альму, прикидывая на сколько меня хватит в таком авральном режиме.

— На самом деле нет, — отвечает он, отчаянно тряся головкой, — Таких как Саломея единицы. Но, после них и правда такое ощущение, будто гору с места сдвинул.

— Да уж, — усмехаюсь, пряча растрепавшиеся волосы за ухо. — Ну, может, хоть теперь мы хоть спокойно приберемся.

— Надеюсь, — фыркает котик, снова принимаясь за уборку.

Улыбнувшись, я по его примеру поднимаюсь со стула и подхожу к столу, чтобы отставить гримуар подальше. Но, взяв его в руки, несколько стрниц перелистываются и мой взгляд моментально выцепляет на раскрытой странице полустертый текст, при виде которого мое сердце начинает бешено биться.

— Неужели…