Попаданка в беременную. Истинная жена дракона

2

Мы пронеслись через гигантские двери в холл, где каждый наш шаг отдавался гулким эхом. Меня тащили так быстро, что я видела только смазанные пятна — камень, дерево, тени. Никакого пиетета к «леди». Меня просто доставляли к месту назначения, как посылку, которую забыли на почте.

Вот и нужная дверь. Моя конвоирша замерла, быстро постучала и, услышав глухое «Войдите», буквально втолкнула меня внутрь.

Комната была небольшой, душной и полной напряжения. В ней было двое.

Один — старичок в белом, похожий на одуванчик. Судя по всему, тот самый жрец. Он окинул меня спокойным, почти безразличным взглядом.

Второй был его полной противоположностью. Огромный мужчина с ослепительно-белыми волосами, стоящий у камина. Ледяная глыба в дорогом камзоле. И эта глыба смотрела прямо на меня. Взгляд был таким, что я физически ощутила, как температура в комнате упала градусов на десять. Это была чистая, концентрированная ненависть, смешанная с брезгливостью.

— Лорд Орэлл, вот леди. Она дремала в саду, — пролепетала Тётя-Паника и тут же испарилась за дверью, оставив меня наедине с этим праздником жизни.

Лорд Орэлл.

Так, значит, это не однофамилец. Это он. Мой… кто? Муж? Отец? Неважно. Главное, что этот человек, который мог бы замораживать взглядом стаканы с водой, как-то связан со мной. И он меня ненавидит. Нет, не так. Он меня презирает.

Я стояла истуканом, чувствуя себя первоклассницей, которая разбила директорскую вазу. Молчание затягивалось. Жрец-одуванчик тоже молчал, с интересом наблюдая за нашей немой сценой. Ледяная глыба тоже. Он просто смотрел, и в его голубых, как арктический лед, глазах не было ничего, кроме холодного гнева.

«Говори. Скажи что-нибудь умное», — приказал мой внутренний голос. «Например, извините, я не местная, не подскажете, как пройти в библиотеку?“» — язвительно ответил ему другой.

Я открыла рот. Закрыла. А что тут скажешь? «Привет, меня зовут Мира, на мне чужое платье, и я понятия не имею, что здесь происходит, но вы очень красивый, когда злитесь»? Отличный план, надёжный, как швейцарские часы. Вероятно, после такой фразы меня бы просто выбросили в окно.

Наконец, он заговорил. Голос у него был под стать внешности — низкий, рокочущий, без малейших признаков тепла.

— Ты решила явить себя миру, Эда? — Имя прозвучало как ругательство. — Мы ждём тебя уже полчаса. Старший жрец оказал нам честь своим визитом, а ты сочла возможным спать в саду, как деревенская дура.

Я молчала. Потому что любой ответ был бы неправильным. Моя внутренняя язва хотела съязвить что-то вроде: «Простите, не получила вашего меморандума о встрече, моя секретарша в отпуске». Но Эда, та, чьё тело и платье я сейчас занимала, очевидно, должна была реагировать иначе. Наверное, упасть на колени и просить прощения. Но мои колени отказывались сгибаться. Они были заняты тем, что дрожали.

«Так, — подумала я, глядя в эти беспощадные глаза. — Похоже, у леди Эды Орэлл были серьёзные проблемы. И теперь они все мои».