Попаданка в беременную. Истинная жена дракона

4

Его слова повисли в воздухе. Они были не просто оскорбительными. Они были окончательным, бесповоротным вердиктом.

Любая нормальная женщина на месте Эды, наверное, разрыдалась бы или упала в обморок. Я же ощутила странный, злой азарт. Страх никуда не делся — он ледяным комком застрял где-то в горле. Но к нему примешалось раздражение. Какого чёрта? Я — Мира, меня угораздило оказаться в это странной ситупции, и я должна выслушивать претензии от этого ходячего ледника за грехи, которых не совершала? Ну уж нет.

Я заставила себя поднять подбородок и посмотреть ему прямо в глаза.

— Какая жалость, — произнесла я, и мой собственный голос удивил меня своей спокойной дерзостью. — Потому что, как справедливо заметил старший жрец, развод нам не светит. И если я правильно понимаю, вы не можете просто вышвырнуть меня на улицу. Так что, боюсь, ваше желание пока останется неудовлетворённым.

На лице лорда Орэлла впервые отразилось что-то, кроме холодного гнева. Изумление. Чистое, неподдельное изумление, будто его любимая гончая вдруг процитировала Шекспира. Он, очевидно, ожидал слёз, мольбы, чего угодно, но не этого. Жрец Гаторий тихо ахнул. Кажется, я нарушила все протоколы.

— Что ты сказала? — в его голосе прорезался металл.

— Я сказала, что нам придётся терпеть друг друга, — я позволила себе кривую усмешку. Внутренне я тряслась, как осиновый лист, но снаружи держала марку. — Так что, раз уж мы заперты в этом браке, может, вы хотя бы объясните, в чём дело? Или мне нужно угадать причину вашего недовольства?

Это был рискованный ход. Я блефовала, понятия не имея, во что ввязываюсь.

— Неужели твоя выходка настолько отшибла тебе память, что ты забыла своё место? — прошипел он, делая шаг ко мне.

Выходка. Вот оно что.

Понятия не имею, что там натворила Эда, но, видимо, что-то грандиозное. Я лихорадочно соображала. Признаться в амнезии? Худший вариант. Меня тут же признают сумасшедшей, и Гаторий с радостью оформит развод.

— Моё место здесь, рядом с моим мужем, — ответила я как можно более ровно, вкладывая в слово «муж» всю иронию, на которую была способна. — А память у меня превосходная. Возможно, даже лучше, чем у вас.

Он сделал шаг и остановился в метре от меня. Теперь я могла видеть крошечные ледяные искорки в его глазах. Он был в ярости. В бешенстве. Он не привык, чтобы с ним так разговаривали. Особенно она. Эда.

— Не смей так со мной говорить, — его голос был тихим, но от этого ещё более угрожающим.

— А как с вами говорить? — не унималась я, чувствуя, что меня несёт. Адреналин заглушал страх. — Вы хотите развод, но не можете его получить. Вы меня ненавидите, но вынуждены делить со мной дом. Ситуация патовая, мой лорд. Может, пора перестать метать громы и молнии и начать вести себя как взрослый мужчина?

Гаторий издал звук, похожий на предсмертный хрип, и побледнел. Я, кажется, только что подписала ему и себе смертный приговор.

Лорд Орэлл молчал. Он просто смотрел на меня, и я видела, как в его голове что-то щёлкает. Как у хищника, который понял, что привычные методы охоты на эту странную добычу не действуют. Его лицо стало абсолютно непроницаемым, как маска из полированного камня.

— Ты права, — сказал он наконец, и от его спокойствия мне стало по-настояшему жутко. — Закон не позволяет мне избавиться от тебя. Но он не запрещает мне найти для тебя другое место жительства.

Он сделал паузу, смакуя момент.

— Есть монастырь Святой Катарины на Штормовых островах. Говорят, солёный ветер и холодные кельи отлично прочищают мозги и усмиряют гордыню. Раз уж ты не можешь вести себя как подобает леди Орэлл здесь, возможно, тебе пойдёт на пользу общество молчаливых сестёр.

Друзья!
В рамках литмоба хочу познакомить вас с другой замечательной историей https://litnet.com/shrt/9PJj

Я умерла и очнулась в другом мире, в теле юной служанки, прибывшей в замок могущественного Лорда, на свадьбу своей госпожи. Но в самый разгар церемонии древняя магия дает сбой. И вот я, безродная служанка, случайно становлюсь женой дракона вместо своей госпожи. Он меня презирает и ищет способ избавиться. А я пытаюсь выжить в чужом мире и скрыть главную тайну: та ночь, которую мы оба не помним, принесла не только позор, но и новую жизнь.