Попаданка в лавке чудес

Глава 22

На секунду мне кажется, что я сошла с ума: в таверну с шумом врываются три девушки, похожие друг на друга как капли воды. Каждая из них пыталась выделиться фасоном и цветом платья, но потерпели сокрушительное фиаско. Все как на подбор хрупкие, голубоглазые блондинки. Все, обступив трактирщика, говорят одновременно.

– Тихо, куколки мои! – рявкает Тулан, приземляя по очереди красавиц на стоящие у стойки табуреты.

– Ты же первый с нами и опозоришься, – хлюпает носом одна из них. Ввиду невозможности их отличить, буду называть про себя “Незабудка”, “Пион” и “Азалия”, по цвету нарядов: голубой, нежно-розовый, белый. Опасается быть позором Тулана сейчас Азалия.

– Но вы даже в лохмотьях будете красивее всех!

Я боялась, что буду растерзана впавшим в праведным гнев трактирщиком, но сейчас усатый хищник сам стал жертвой.

Отхожу к стене, пытаюсь слиться с мебелью и временно оглохнуть. Уши, впрочем, не заткнешь, поэтому сложившуюся ситуацию худо-бедно понимаю. Итак, трое красавиц – это дочери Тулана. По всей видимости, девочки уродились в мать, а может отец в молодости бередил женские сердца, кто знает.

У тройняшек есть тетушка, особа состоятельная. Как я поняла по гневным женским воплям, не с титулом, но пробившая в высшее общество при помощи своих денег. Дама, положа руку на сердце, сама не против выйти замуж за какого-нибудь виконта минимум, но годы и болячки ставят крест на столь честолюбивом желании.

Внезапно тетушка вспоминает, что у нее есть три прелестных племянницы, как раз вошедшие в возраст дебютанток. “Бинго!”– думает старая дева, усердно строчит брату письмо, в котором даже не намекает, а говорит в открытую, что тот владеет аж тремя золотыми самородками. Сезон балов скоро открывается, так что Тулану всего-то нужно накупить каждой из дочерей с десяток платьев.

Тетушка не сомневается, что на первое время хватит. Сейчас все кавалеры (при титуле в том числе) млеют от голубоглазых блондинок. А что девчонки загореть могли в нашем захолустье, так не страшно – используют белила. Главное, что на личико и фигурку хороши.

Тулану идея сестры понравилась, но в план, точный как швейцарские часы, затесалось одно “но”: швея в городке была завалена заказами для менее взыскательных клиентов. Да даже если бы та и была свободна, отшить тридцать платьев за неделю ей было бы слабо. Не говоря о том, что шила она в основном простые рубахи да фартуки. Куда ей модные наряды строчить для столичных балов.

Девицы истерили, рыдали, шантажировали отца тройным выходом из окна. Учитывая, что максимальный этаж таверны и дома трактирщика – второй, я честно не понимала как можно воспринять всерьез эту угрозу.

Не хватало чего-нибудь пожевать: как сериал смотрю. Российский и малобюджетный, судя по всему: актрисы ужасно переигрывают. Их бы с Аро в одну труппу, чтоб еще одни современный “шедевр” получился.

В итоге все трое заявили отцу: “Мы с тобой не разговариваем!” и, тряхнув волосами, как одна, выбежали из таверны.

– Нет, ну ты слышала?! – пыхтящий, как после пробежки, Тулан посмотрел на меня с видимым возмущением. Отлепившись наконец от стены, я сочувственно закивала.

– Вынь да положь им тридцать платьев с аксессуарами! А если в городе не сыскать, то закажи. Я на лорда зажиточного похож?!

Вот и думай, что сказать на такой вопрос. Он является, скорее всего, риторическим. Я предпочла промолчать.

– Иди уже, Мирка, опять отсрочку просишь! Смотреть на тебя тошно! Без медянки в кармане вы меня, девки, оставите! По свету пойду!

– Да не причитай ты так…дядька Тулан, – я слегка замялась перед обращением. Все жители звали друг друга “дядьками”, “тетками”, “дочками” и так далее. Мне бы впору обращаться к трактирщику на “ты” и по имени, но он-то видит перед собой молодую, наглую пигалицу.

Этот городок скорее деревня: соседи друг друга родственниками считают, вежливость и обращение на “Вы” за высокомерие принимают. Фразу “Свои люди – сочтемся!” я пока печенье разносила раза четыре слышала.

– Уже “дядька”? О как! В долг что ли попросить хочешь?

Терпеть не могу жить в долг, никогда ни на что кредиты не брала. Но что ж поделаю, если меня с долгами в новую жизнь отправили?

– Да не хочу я в долг! Есть у меня мысль, как горю Ва…твоему с дочками помочь.