Попаданка в разводе. Драконам не беспокоить!

Глава 9

Следующие несколько дней слились в одно сплошное, изматывающее кино, где в главных ролях были я, Мари и вековая грязь, впитавшаяся во все поверхности салуна. Спорю, она копилась тут с самого открытия. От запаха дешевого мыла меня уже тошнило. Мы с Мари скребли затоптанные полы, выносили горы мусора, оттирали многолетние наслоения жира и пролитых напитков на столах. Мои руки, привыкшие к шелку и легким перчаткам, покрылись мозолями и ссадинами. Каждый вечер я валилась с ног на наш импровизированный диван-кровать, и мне снились кошмары, в которых на меня, как осенние листья, сыпались просроченные счета.

Небольшие деньги, которые у меня еще оставались, таяли с катастрофической скоростью. Я отложила последние монетки на еду, с ужасом думая, что будет, когда они закончатся. А долги... Долги висели надо мной дамокловым мечом. Я перепрятала самые ужасающие расписки от Кривого Мортимера в глубину ящика стола, пытаясь забыть об их существовании. Скорее бы уже приехал почтовый дилижанс с моими вещами. Там тоже не было колоссальных сумм, но зато я припрятала несколько колечек. Они бы замечательно закрыли долги мяснику или бакалейщику.

Я горько вздохнула и подняла глаза. Боже, опять он! Дерек появлялся неизвестно откуда, всегда в самый неожиданный момент. То прислонится к косяку двери и наблюдает, как я, вся в поту и мыльной пене, отдираю от стены какую-то окаменевшую фигню. То рассядется на одном из только что вычищенных столов, закинув ноги на соседний стул. А вот сейчас он навис надо мной и с насмешливой улыбкой наблюдал, как я отскребаю грязь с пола.

— Ну что, ваше высочество, как продвигается завоевание новых территорий? — спросил он, с наслаждением растягивая слова.

Я в ответ бросила тряпку, которая шлепнулась рядом с его сапогами. Дерек рассмеялся и прошел по влажному полу к барной стойке, оставляя за собой грязные следы.

Я скрипнула зубами.

— Осторожнее, а то заставлю отмывать. У меня как раз вакансия вышибалы свободна, — недовольно глянула я, продолжая скрести пол.

— О, не трать силы на угрозы, — парировал он. — Лучше подумай о своем будущем.

Дерек был невыносим. Его наглость, его насмешливое спокойствие, его привычка смотреть на меня так, будто видел меня насквозь — все это бесило меня до дрожи. Едва я видела этого гада, как во мне поднималась бешенная волна злости. Но и прогнать я его не могла. Силенок не хватало, а сам он и не думал уходить, наблюдая за нашей работой.

Достал! Я поднялась, с трудом разгибая натруженную спину, не привыкшую к такой интенсивной работе. В той своей жизни, я была не такой неженкой. Как только выдавалось свободное время, устраивала генеральные уборки.

Я подняла голову, упираясь взглядом в мутное грязное стекло, сквозь которое просачивались слабые солнечные лучи. Сменю-ка я деятельность. Хорошо, что есть где разгуляться: хочешь полы мой, хочешь стены, хочешь окна. Раздолье! Я подтащила стремянку, притулившуюся в углу, налила свежей воды и забралась наверх. Провела пальцем по стеклу, собирая комок жирной грязи. Ужас!

Но мне нравилось убираться. По крайней мере, здесь я все контролировала. Я выметала и вымывала всю грязь из своей жизни. В прямом и переносном смысле. Да, вот так! Я отжала тряпку и провела по стеклу. Раз – убрала первый слой. Прополоскала. Два – убрала разводы. Прополоскала. Снова. Еще. И еще. Как же меня это успокаивает! Я с гордостью выглянула из чистого окна на пустынную улицу. Благодать!

И тут к стремянке подошел Дерек с двумя кружками какого-то мутного чая.

— Перерыв, — заявил он, протягивая одну из них.

Я спустилась, с недоверием приняла кружку. Чай оказался на удивление вкусным, крепким и согревающим.

— Спасибо, — пробормотала я нехотя.

— Не за что, — он прислонился к стене рядом. — Долги посчитала?

Меня будто окатили ледяной водой. Я резко повернулась к нему.

— А ваше какое дело?

— Никакого. Но я же вижу, что познакомилась со счетами. Ходишь по залу, как по полю боя. И враг у тебя не где-то там, а здесь, в этих бумажках. — Он кивнул в сторону кабинета. — И он возьмет тебя измором. Голод — плохой союзник.

Его слова попали в самую точку, и от этого стало еще больнее.

— А вы эксперт по голоду? — я не смогла сдержать язвительности.

— Я эксперт по многим делам, — ответил он просто. — И скажу, что твоя тактика обречена на провал.

Гнев, копившийся во мне дни, недели, начиная с того момента, как я поняла, что Гортензия меня травит, наконец вырвался наружу.

— А что вы предлагаете, о мудрейший? — зашипела я, сжимая кружку так, что костяшки пальцев побелели. — Открыть двери и начать торговать собой? У меня нет денег, нет продуктов! У меня есть только эти стены и долги!

Он помолчал, глядя на меня, а потом произнес с убийственной спокойной рассудительностью:

— Есть вариант проще. Продать. Я выкуплю у тебя этот салун. Пока у тебя еще есть на это право.

— Что? — протянула я удивленно.

— Кредиторы, — ответил он мягко. — Они совсем скоро нагрянут, сплетни о твоем прибытие уже идут по городу. Сначала появятся самые нетерпеливые — мясник, булочник. Потом придут те, кто посерьезнее. А когда объявится Кривой Мортимер... — Он многозначительно посмотрел на меня. — Тебе не просто не достанется ни гроша, придется еще приплатить, чтобы уйти на своих ногах. Или просто уйти.

В его голосе не было угрозы. Он просто озвучивал мои реальные перспективы. От этого становилось еще страшнее.

— Нет, — вырвалось у меня. Мозг тут же нарисовал картину: бархатный голос Мартильяка, его холодные пальцы на моем горле. Возвращение означало смерть. Этот салун, эта развалюха — мой единственный шанс на жизнь. Кривой Мортимер может пощадить, бывший муж никогда. — Это моя собственность. И я никуда не уйду.

Дерек нахмурился.

— Упрямство — роскошь, которую ты не можешь себе позволить. Через неделю тебе нечем будет платить даже за этот чай. Через две ты будешь рада любой цене за салун. Соглашайся. Я дам хорошую цену. Расплатишься с долгами и даже сможешь уехать из нашей дыры.