Попаданка в роман, или Сестра для главного героя

4 глава

Катя проснулась от ослепительной вспышки. С трудом разлепив веки, она увидела перед лицом очередное сообщение от «любимой» Системы, которая гласила следующее:

ПОЗДРАВЛЯЮ! ВАМИ ПРОЙДЕНА ГЛАВА «ПЕРВОЕ УБИЙСТВО»! УРОВЕНЬ СКВЕРНЫ ГЛАВНОГО ГЕРОЯ НА ДАННЫЙ МОМЕНТ СОСТАВЛЯЕТ 1,28%!

ТАК КАК ВЫ ЯВЛЯЕТЕСЬ ВНЕ ЗАКОНА, МЫ НЕ ИМЕЕМ ПРАВО ВЫДАТЬ ВАМ НАГРАДУ ЗА УСПЕШНОЕ ПРОХОЖДЕНИЕ ГЛАВЫ.

СЛЕДУЯ МЕЖДУНАРОДНОМУ ПОСТАНОВЛЕНИЮ №1546556 ВАША НЕПРИКОСНОВЕННОСТЬ, КАК ПОПАДАНЦА АННУЛИРОВАНА. С ЭТОГО МОМЕНТА ВЫ ОБЯЗАНЫ СЛЕДОВАТЬ СЮЖЕТУ. ОТКЛОНЕНИЯ ОТ КАНОНА БУДУТ СОПРОВОЖДАТЬСЯ ШТРАФОМ.

ЖЕЛАЕМ ВАМ УДАЧИ! ДО НОВЫХ ВСТРЕЧ!

Не успела он дочитать, как экран превратился в частицы и исчез под слоем древесины.

-Система?! Стой, Система! Эй! – Катя не смогла сдержать крик, совершенно позабыв обо всем. Впервые за три дня Система сама решила связаться с ней, разве девушка могла упустить такой шанс. Но что за чушь она прислала. Что за первое убийство? Скверна? Какая еще скверна? И что за главный герой? – Вернись!

Словно обезумевшая, Катя встала коленями на кровать, совершенно позабыв о малыше, который должен был лежать рядом. Мысль оказаться вновь одной, наедине с лекарем и бессознательным ребенком едва не довела попаданку до отчаяния. Однако Система продолжала игнорировать ее.

- Система! Ответь мне!

В ответ тишина. Последующие попытки так же не принесли никакого результата, кроме новой всплеск злости. Коди, как решила обозвать Систему Катя, оставила после себя лишь набор неизвестных понятий. Еще и неприкосновенности лишила. Чтобы это ни значило, девушка явно ощущала опасность. Видимо садисты, которые управляют мирами, придумали очередной повод наказать ее, как будто девушке и так не хватило вселенной автора-Дауна, чокнутого лекаря, который каждый день истязает ее ради собственного удовольствия, и больного ребенка на руках

- Чтоб ты провалилась! – заряд энергии иссяк так же быстро, как и возник. Катя вновь почувствовала жуткую усталость и апатию. Рухнув обратно спиной на кровать, она по привычке потянулась к уютному свернутому клубку. Однако его там не оказалось.

Последние крупицы сна мгновенно исчезли.

- Малыш? Не пугай меня так, - осмотревшись, она заметила лишь груду одеял на месте мальчика. Ужас мгновенно овладел всем ее телом.

«Неужели лекарь забрал его для своих опытов? Но когда? Как он смог пройти мимо меня?»

Не отдавая себе отчета, Катя буквально выпрыгнула из кровати и подняла с пола кочергу. Страх за жизнь ребенка полностью стер остальные эмоции.

По лестнице она спускалась словно разъяренная фурия. Длинные светлые волосы, подол платья хлестали по бокам, плотно облепив фигурку со всех сторон. Но Кате было наплевать. В ее голове бесконечным кинофильмом прокручивались сцены насилия и пыток над бессознательным телом ее подопечного.

Но не успела переступить последнюю ступень, как нечто маленькое и теплое врезалось ей прямо в живот. Катя охнула и отступила. Глаза более-менее привыкли к темноте дома, и она смогла разглядеть бледное скуластое лицо среди спутанных черных прядей волос.

- Малыш! – охнула Катя, роняя подобие оружия. Сгребая крошечное тельце в свои объятия, она активно ощупывала найденыша на наличие ран. – Ты очнулся! Но как? Почему ушел? Где ты был?

Вереница вопросов посыпалась на довольного мальчика, который с радостью принял всплески любви от сестренки и крепче прижался к груди девушки. Ему не терпелось рассказать о своем подвиге и трупе, лежащем в своей лаборатории, но он не мог упустить шанс понежиться в теплых объятиях.

Наконец, Катя очнулась. Она совсем позабыла, что мальчик все три дня лежал без сознания и вряд ли узнал девушку, которая вытащила его из пещеры. Сразу стало стыдно и неудобно. Неудивительно что тот продолжает молчать, пока незнакомая ненормальная тетка лапает его со всех сторон.

«Он, наверное, испугался меня».

- Прости, - попаданка отпустила малыша и поспешила отойти, - Ты скорее всего не помнишь меня, так как пролежал без сознания целых три дня. Но я, честно, не желаю тебе зла, наоборот – пытаюсь помочь. Ты был так слаб… А еще лихорадка… и температура… Я просто не могла оставить…

Мальчик хмуро перевел взгляд со своих рук на девушку, смущенно мнущуюся, напротив. Ему не понравилась такая резкая смена эмоций на чужом лице. Он хотел, чтобы его сестренка смотрела на него ласково, а не стыдливо с толикой опаски, как будто перед ней дикое животное.

- Сестренка, - мальчик первым протянул руки к застывшей от шока девушке и обхватил ими ее талию. – Помню. Помню тебя.

Детский шепот мурашками отозвался в груди девушки. Склонившись над маленькой фигуркой, она полностью обхватила ребенка руками, скрыв его от мира за завесой длинный светлых волос с запахом чая.

- Сестренка, - продолжал повторять мальчик.

- Да, ты под защитой сестренки, - прошептала в ответ девушка. Мальчик и впрямь стал для нее членом семьи за столь короткий промежуток времени. Будучи всю жизнь без родителей и родственников, она обрела семью только в выдуманном мире. Разве не смешно? Теперь, когда малыш проснулся, они, наконец-то, смогут сбежать. Вместе.- А теперь пошли, скорее. Пока нас не нашли. Нам нужно покинуть дом, пока старик не увидел тебя.

Разорвав объятия, девушка потянулась за куском железа на полу. Распрямившись, она уже было хотела схватить паренька за руку, как тот опередил ее, сжав пальцами кусок ткани у пояса и потащил за собой.

- Куда ты меня ведешь? – с ужасом, Катя увидела знакомую до мельчайших трещинок дверь, к которой ее подвел малыш. – Нам нельзя открывать эту дверь. Там опасно. Пойдем скорее отсюда.

Она попыталась оттянуть мальчика от проклятой комнаты, но было поздно. Дверь отворилась, и поток света окутал две застывшие фигуры.

Удар железа об пол прозвучал слишком громко для нависшей тишины. Ослабевшие вмиг пальцы не смогли удержать кочергу, и она с грохотом упала на пол возле ног. Мальчик с любопытством выглянул из-за спины сестренки, но не нашел нечего удивительного. После его ухода, старик так и остался лежать на том же месте, возле своего любимого стола. Несколько стеклянных баночек разбились от его падения, и жидкость, что была в них вылилась на деревянную поверхность, а уже с нее потихоньку капала прямо в открытый рот лекаря.