Попаданка в Столичной Академии или Буду вместо неё

Глава 7

Выкинула скомканное письмо на пол. Ничего не вышло. Тер Фарон, на которого я больше всего надеялась, отказался помогать внучке. Ещё и посмеялся. Дело в том, что мне не поверили. Аорон написал, что его внучка не такая дура и не будет продавать себя, а он, не будет оплачивать несуществующий долг. И так даёт достаточно средств “на булавки”. И не обязан платить сверх этой суммы.

Вот будет забавно, когда выяснится правда. Но будет уже поздно. Может, я слишком пессимистична. Тер Фарон может понять ошибку и всё-таки выкупить Тэс, но это будет уже после того, как я начну выплачивать долг.

Передернула плечами о мысли о том, что со мной может сделать Блейз. Прослушивание лекций только раззадорило фантазии. Давно прошли те времена, когда люди охотились на вампиров, а те убивали без разбора. Богатства северных гор позволяло покупать себе вдоволь “еды”. А желание людей пробиться к богатствам привело к признанию Дагмарского княжества и расширяющимся с каждым годом дипломатическим связям. Однако вампиры оставались вампирами и на своей территории делали многое из того, что порицалось в приличном обществе Ригании. Как минимум месте с кровью и репутацией, я могу потерять девичью честь и если с первыми двумя пунктами я могла хоть как-то смириться, то последний вызывал отвращение.

Нужно найти выход. Сегодня разберусь с зельем и отыщу кинжал, а если повезёт и страницу с ритуалом. Надеюсь, всё пройдёт гладко.

Зазвенела сигналка, возвещающая, что пора вставать и приводить себя в порядок перед началом нового дня. Лейла недовольно открыла глаза и повернулась ко мне.

– Как ты умудряешься вставать с утра пораньше без сигналки и быть бодрой?

– Дело в мотивации. Попробуй ввязаться в неприятности и тоже будешь вскакивать с первыми лучами Сола.

– Нет, в этом случае, я совсем перестану спать и уморю себя этим до смерти. А потом, моё тело будет использоваться как пособие по некромантии.

– Жуть. – скривилась от отвращения.

– Это не самая плохая судьба. – заверила соседка. – Многие завещают свои тела академии на опыты. Это хорошо оплачивается.

– Зачем мёртвым деньги?

– Им незачем. Но обычно остаются родственники, которым может пригодиться несколько монет за тело умершего.

Для Лейлы это было само собой разумеющимся, а мне казалось дикостью и надругательством над телами.

– Нелюбовь к некромантии это единственное, что роднит меня с Тэсеей.

– Тебя роднит с ней намного больше. Например, тело, в котором ты оказалась.

– Меня и моё устраивало.

– Ладно, я в душ, и пойдём на завтрак.

Лейла убежала, а я подошла к окну, распахивая его настежь. Прохладный воздух влетел в комнату, вызывая мурашки. В Ригании начало холодать. Зима тут наступает позже и проходит быстро, а в столице и вовсе не задерживается. Местные маги ставят вокруг города купол, защищающий от холода и снега. Но всё же приближение смены года неизбежно.

В дверь громко постучали. Вздрогнула от резкого шума. Кого могло принести с утра пораньше?

– Тэс, открывай! – услышала недовольный голос Делаи.

– Что случилось? – спросила, открывая ей дверь.

– Что ты деду написала? Какой вампир? Какая продажа? Ты в своём уме?

Кузине оперативно всё донесли. Она рвала и метала, ворвавшись в комнату. Наверняка ещё и соседи всё слышали. Бедняжка, опять на её плечи свалили разборки с непутёвой сестрой.

– Не совсем, но деду я написала правду.

Делая остановилась, выпучила на меня глаза, глядя с удивлением и возмущением. Затем отрицательно мотнула головой.

– Нет, это не может быть правдой. Просто не может! Я тебя знаю, ты бы просто струсила!

В некотором роде она была права. Тэс смелостью не отличалась, но и трусихой, после всего содеянного, её назвать трудно.

– Значит, плохо знаешь. – пожала плечами.

– Но зачем? – обречённо спросила Делая. – Я не понимаю.

Она сникла и побледнела. Яростный блеск в глазах пропал. Она поняла, что я говорю серьёзно и пребывала в недоумении. Посадила кузину на стул, всучила в руки стакан с водой. Я уже успела немного свыкнуться со своим положением, а для Делаи, поступок сестры, оказался шокирующим.

– Всё сложно. Так сразу и не объяснишь.

И что тут можно сказать? Слова о продаже себя ради денег казались глупостью, а выдать правду, я не могла. Пусть лучше думает, что я дура, чем узнает о подмене.

– Дед не поверил. Написал, что ты врёшь. – сообщила она.

– Знаю, он мне уже высказал своё недовольство в письме.

Делая вскочила со стула от пришедшей в голову мысли и воскликнула:

– Надо его убедить! Я напишу ему, что он ошибается, мы тебя не оставим на произвол судьбы. А ещё лучше поедем в особняк вместе! Дед увидит, что ты серьёзно и поможет.

Что тут можно было сказать. Я совсем не против. Неловко приобняла Делаю в знак благодарности. Она не была моей сестрой на самом деле. Не были мы и подругами. Но сейчас помогала именно мне, а могла этого не делать.