Попаданка в тело невесты, на которую охотится дракон

Глава 1. Невеста, найденная в крови

Я пришла в себя от холода.

Не от боли. Не от крика. Не от ужаса.

Именно от холода — такого сырого, ночного, лесного, который сначала пробирается под кожу, а уже потом добирается до сознания.

Я лежала на земле, щекой в мокрой траве, и несколько секунд вообще не понимала, где нахожусь. Перед глазами расплывались темные ветви, клочья тумана и чужое небо — слишком черное, слишком глубокое, без единого городского отсвета. В нос бил запах сырой земли, дыма и чего-то железного.

Крови.

Господи.

Я резко дернулась, пытаясь подняться, и в тот же миг меня прошило болью от виска до затылка. Мир качнулся. Лес пошел волной. Я зажмурилась, стиснула зубы и все-таки заставила себя сесть.

Первое, что я увидела, — свои руки.

Тонкие. Белые. Испачканные в крови по запястья.

Не мои.

Я замерла.

Секунда.

Две.

Потом подняла ладони ближе к лицу, будто от этого они могли каким-то чудом стать прежними. Но нет. Узкие пальцы, длинные ногти, тонкие золотые кольца, содранная кожа на костяшках и кровь, уже успевшая темными полосами подсохнуть у основания большого пальца.

Не мои.

Совсем.

— Нет, — прошептала я.

Голос тоже был чужой.

Ниже, мягче, совсем не похожий на мой собственный.

Я резко огляделась по сторонам. Темный лес. Камни. Обрыв в нескольких шагах. Кусты, изломанные так, будто кто-то продирался через них в панике. Чуть дальше — белое пятно ткани, зацепившееся за сухую ветку.

Я встала на колени, шатаясь, и потянула это к себе.

Кружево.

Белый шелк.

Разорванный подол свадебного платья.

У меня пересохло во рту.

— Нет, — повторила я уже тише.

Это был не сон.

Не бред.

Не странная авария, после которой голова рисует галлюцинации.

Хотя последнее, что я помнила, было слишком обычным, слишком земным и слишком не похожим на эту картину, чтобы мозг вообще мог принять новую реальность без сопротивления.

Дождь.

Фары.

Телефон в руке.

Сообщение, на которое я не должна была отвечать за рулем.

Резкий свет слева.

Удар.

Тишина.

А теперь — лес, кровь и чужое тело в свадебном платье.

Прекрасно.

Просто замечательно.

Я попыталась подняться на ноги и с первого раза чуть не упала обратно. Подол тяжелого платья цеплялся за кусты, корсет давил на ребра, а ноги в тонких туфлях скользили по влажной земле так, будто прежняя хозяйка этого тела была создана не для бегства по лесу, а чтобы красиво умирать где-нибудь на мраморной лестнице.

Я уцепилась за ствол сосны и заставила себя сделать вдох.

Потом еще один.

Спокойно.

Думай.

Паника — это роскошь. Пока ты жива, надо сначала понять, что здесь произошло, а уже потом красиво сходить с ума.

Я ощупала голову. Сзади — шишка. На щеке — царапина. Плечо саднило. Левое колено было порвано сквозь ткань. Но хуже всего — ладони. Кровь на них была не только моей. И именно это пугало сильнее всего.

Я медленно перевела взгляд на землю вокруг.

В темноте не сразу, но все же увидела следы. Смятый мох. Глубокие вмятины, будто кто-то падал, цеплялся, полз. И еще…

Отпечатки.

Очень большие.

Не звериные.

Но и не человеческие.

У меня по спине пошел лед.

Я сделала шаг назад.

Очень плохой шаг. Потому что в этот момент юбка окончательно зацепилась за ветку, ткань с тихим треском рванулась еще сильнее, и звук в ночном лесу прозвучал почти оглушительно.

Сверху что-то ответило.

Шорох крыльев.

Огромных.

Я подняла голову.

И в ту же секунду сердце у меня провалилось куда-то в живот.

Над верхушками сосен кружила тень.

Не птица.

Не самолет.

Нечто огромное, черное, живое. Оно двигалось по небу слишком легко для своих размеров, а когда повернулось боком к луне, я увидела длинный хвост, тяжелые крылья и голову, очертания которой любой нормальный человек узнал бы без перевода.

Дракон.

Господи.

Дракон.

— Да вы издеваетесь… — выдохнула я.

Тень развернулась.

И пошла вниз.

Я не закричала.

Честно говоря, на крик у меня просто не осталось воздуха. Я развернулась и побежала.

Это было жалко, унизительно и почти сразу больно. Подол тянул назад, ветки били по лицу, туфли проваливались в землю, корсет не давал нормально вдохнуть, а тело, в которое я попала, явно уже успело до меня пережить слишком много за одну ночь и теперь не горело желанием красиво спасаться от дракона вместе со мной.

Но я все равно бежала.

Потому что альтернатива — стоять и ждать, пока на тебя спикирует древняя огнедышащая рептилия, — меня не устраивала даже в теории.

Ветки хлестали по рукам. В груди горело. В ушах стоял только шум собственной крови и тяжёлый свист воздуха над головой, когда тень проходила слишком низко. Один раз я поскользнулась, ударилась бедром о камень, чуть не упала, но удержалась за куст и рванула дальше.

Только бы вниз.

Только бы куда-нибудь под скалы.

Только бы он меня потерял.

Хотя даже на бегу я уже понимала: нет. Такие твари не теряют добычу в лесу по чистой случайности.

Добычу.

Вот слово и всплыло.

Унизительное. Животное. Очень подходящее к происходящему.

И именно в этот момент в голове вдруг что-то рвануло.

Не болью.

Памятью.

Чужой.

Короткой.

Рваной.

Белые колонны. Алтарь. Золотой огонь в чашах. Мужчина в черном, стоящий у ступеней. Тяжелый взгляд. Чужой голос в самое ухо: “Если останешься до полуночи, будет поздно”.

Я споткнулась.

Перед глазами вспыхнуло и сразу погасло.

Черт.

Это была не моя память.

Платье. Алтарь. Мужчина. Предупреждение.

Тело, в котором я очнулась, бежало до меня.

Уже бежало.

От свадьбы.

От жениха.

От чего-то, что должно было случиться до полуночи.