Попаданка в законе, или развод с драконом

Глава 28

Как же я была благодарна барону Дерайн за это его «прекрасная помощница». У Софии при этих словах рот раскрылся. А я смотрела и всё видела, она при появлении барона вся выпрямилась, даже размер груди у неё, по-моему, вырос, и смотрела в сторону барона таким особым взглядом.

Такой обычно у женщин, находящихся в активном поиске, они смотрят оценивающе, но оценивают они не мужчину, а вероятность того, что этот мужчина обратит на них внимание.

Но барон Дерайн в сторону Софии не смотрел, он смотрел исключительно на меня и на мистера Мердока. А вот София, наоборот, мне даже стало обидно за Фреда. Но, видно, и вправду барон Дерайн весьма завидный холостяк, раз София, стоя рядом со Фредом позволила себе призывный взгляд в сторону барона.

А я взглянула на супруга, он смотрел на меня, и чего только в его взгляде не было. Там было и непонимание, и растерянность, и мне показалось, что даже ревность, единственное чего там не было, это равнодушия. И мне это понравилось.

Но барон Дерайн уже открыл дверцу своей шикарной машины, и я медленно, забралась внутрь и барон Дерайн закрыл дверцу, как будто бы отрезая меня от тех, кто остался стоять.

Меня посадили на заднее сиденье, а мистер Мердок сел рядом с бароном.

Резиденция Рюгенхардов располагалась в получасе езды от столицы. Документы у нас проверили ещё на подъезде. Я подумала, что, наверное, тяжело так жить, за таким высоким забором, когда перед нами распахнулись огромные стальные бронированные ворота.

Мы долго ехали от ворот, потому что господин Рюгенхард младший жил в самой дальней части резиденции. Она вообще была поделена на сектора. На территории резиденции был парк, перед парком стоял домик мамы Рюгенхард, он находился неподалеку от въезда, и барон Дерайн прокомментировал, когда мы проехали красивое белое здание с колоннами, что в этом домике живет вдова Рюгенхарда-отца.

Следующий дом был весь из стекла и металла, и это оказался дом Рюгенхарда старшего, который закончил свой жизненный путь в своём шикарном кабинете.

А вот дом Рюгенхарда младшего был деревянный, мне он напомнил красивые финские дома из круглого бруса. Перед домом были сделаны искусственные горы, по которым стекали потоки воды, бурля и раскатываясь волнами по широкой глади искусственного озера.

На входе в дом нас встретил дворецкий, и проводил в гостиную, из которой открывался вид как раз на это озеро. Я не могла оторвать взгляд. И всё то время пока мы ждали господина Рюгенхарда, я смотрела, как низвергаются потоки воды и весело закручивают водовороты возле искусственных, но так похожих на настоящие, гор.

―Добрый вечер, господа, ― раздался приятный мужской голос. Я всмотрелась, Герман Рюгенхард в отличие от своего брата выглядел моложе лет на десять, хотя из документов я знала, что разница у них всего в пару лет.

«Вот что значит образ жизни,» ― я вспомнила, что Рюгенхард младший был приверженец семейных ценностей. Сразу же вспомнился мой супруг, который также был приверженцем, пока не ушел из семьи к красотке Софии. И после этого я уже совсем другими глазами посмотрела на этого «примерного семьянина».

Но сын госпожи Мюррей был ещё больше похож на этого брата. Герман Рюгенхард был высок, светловолос, белая кожа, голубые глаза. И с пропорциями на лице и теле у Германа Рюгенхарда было всё порядке.

Долго расшаркиваться нам не пришлось, Рюгенхард-младший был весьма конкретным драконом, ценил и своё время, и чужое. Сразу видно того, у которого времени весьма мало.

―Я изучил все предоставленные вами документы, ― сказал он, умудряясь одновременно смотреть и на меня, и на мистера Мердока, ― видно, что проделана большая работа.

Мы с мистером Мердоком дружно кивнули. Это была чистая правда, по совокупности вложенного времени, если учесть, что работала целая команда, и мы с мистером Мердоком, то кто-то один потратил бы не меньше месяца.

―Я увидел неоспоримые доказательства того, что Илианна Моне не виновна, поэтому готов снять обвинения с этой девушки. Жалею, что когда-то пошёл на поводу у матушки и поддержал идею скрыть завещание, касающееся сына госпожи Мюррей.

Мистер Мердок спросил:

― Вы знали, что у вас есть брат?

― Конечно, ― ответил Рюгенхард, ― это же наша кровь, Рюгенхарды своей кровью дорожат. И мы также знали, что господа Мюррей, скажем так, пользуется служебным положением, присваивая некоторые суммы. Но мы даже не могли предположить, что она способна на убийство.

― Вы предъявите обвинение госпоже Мюррей? ― спросил мистер Мердок.

― Да, ― кивнул господин Рюгенхард и посмотрел на барона Дерайн.

― В управлении уже получили соответствующее распоряжение, ― сказал барон.

―А вот нашего брата, её сына, мы введём в семью, и соответственно он получит все причитающиеся ему права, ― закончил господин Рюгенхард.

Я не выдержала:

―Но он же будет переживать, что его мать находиться в тюрьме, или даже может быть казнена?

Господин Рюгенхард снисходительно улыбнулся:

― Мы всё решим, госпожа Камински. Но, благодарю вас за ваше неравнодушие.

Он какое-то время помолчал, потом добавил:

— Это редкое качество для юриста, постарайтесь его сохранить.

Господин Рюгенхард встал и попрощался, перед тем как уйти он взглянул на мистера Мердока и сказал:

― Мы оплатим все издержки.

Мистер Мердок оставался сидеть в кресле, но при этом казалось, что он одного роста с высоким и атлетичным Рюгенхардом, когда онспокойно и с достоинством произнёс:

―Я включу требования в два миллиона форинтов для компенсации морального ущерба Илианны Моне.

Рюгенхард остановился, взглянул на барона Дерайн. И мне даже показалось, что между ними состоялся немой диалог.

―Я согласен, что госпожа Моне заслуживает компенсации, но прошу вас обосновать размер суммы.

Мистер Мердок кивнул.

Обратно мы доехали быстрее, наверное, мне так казалось, потому что я была очень рада, что мы вызволим из тюрьмы Илианну.