Попаданка. Я изменю этот мир.

Глава 2

В себя я приходила мучительно медленно.

Сначала появилась боль.

Острая, пульсирующая, будто кто-то методично вбивал раскаленные гвозди мне прямо в череп. Следом заныло все тело — каждая мышца, каждая кость. Такое чувство бывает, когда неподготовленный человек внезапно пробегает марафон, а на следующее утро пытается хотя бы поднять руку с кровати.

Из груди вырвался тихий болезненный стон.

Похожие ощущения накрыли меня после наркоза, когда мне вырезали аппендицит. Только тогда рядом были белые стены, медсестры и капельницы.

Неужели я снова в больнице?

Хотя после такого эпичного падения удивляться уже не приходилось.

И зачем только Иван меня толкнул?

А толкнул ли? Может, он просто оступился? Случайно задел рукой? Надеюсь, с ним все в порядке. Не хватало еще, чтобы потом меня обвинили в какой-нибудь производственной травме.

— Очухалась, — раздался рядом низкий мужской голос. — Гвер, доставай сферу. Можно начинать.

Сферу? Начинать что? Кто вообще такой Гвер?

С трудом собрав остатки сил, я попыталась открыть глаза.

И лучше бы не открывала. Я находилась в пещере.

Настоящей.

Сырой, холодной, пропахшей землей и плесенью. В воздухе стоял тяжелый запах сырости и чего-то горелого. По каменным стенам плясали отблески факелов.

А я…

Я лежала на массивном каменном постаменте, подозрительно напоминающем жертвенный алтарь из дешевых фильмов ужасов.

Сердце ухнуло вниз.

Так. Спокойно. Меня что… похитили сатанисты?

Мамочки…

Внутри мгновенно вспыхнула паника. Хотелось вскочить и бежать куда глаза глядят, хоть в этот чертов овраг, хоть босиком по лесу.

Вот только мужчины, окружавшие меня, явно имели совершенно другие планы.

Темные балахоны скрывали их лица, делая фигуры почти нечеловеческими. В полумраке они выглядели как ожившие тени.

— Ты из какого столетия ее перенес? — поинтересовался все тот же низкий голос. — Раньше девушки прибывали в одежде пооткровеннее. Для их цивилизации это считалось нормой.

Столетия. Цивилизация.

Все.

Приехали.

Это не секта. Это психушка. Причем закрытого типа.

— Да оттуда же, откуда и всегда, — замялся второй. — Может, Иварол опять с какого-нибудь карнавала ее стащил?

Иварол? Иван?!

Вот ведь чувствовала я, что с этим фотографом что-то не так!

И только сейчас до меня дошло кое-что куда более странное. Они разговаривали на совершенно незнакомом языке. Но я… понимала каждое слово.

Абсолютно каждое.

По спине пробежал ледяной холод.

— Прошу прощения, — собрав остатки храбрости, прохрипела я пересохшими губами. — Не хочу отвлекать вас от… эм… важного мероприятия, но предлагаю договориться. Мои родители могут заплатить любой выкуп. Только давайте без глупостей.

Последнюю фразу я постаралась произнести максимально жестко, чтобы эти ненормальные понимали: перед ними не беспомощная девочка.

По крайней мере, я очень хотела так выглядеть.

Под капюшонами началось какое-то движение, словно они переглядывались между собой. А потом пещеру разорвал хохот. Громкий, раскатистый, неприятный. Смех эхом ударялся о каменные стены, заставляя меня нервно вздрагивать.

Я попыталась перевернуться набок, чтобы хотя бы сесть, но тело будто перестало мне принадлежать. Мышцы ломило так, словно меня переехал грузовик. Руки едва слушались.

— Вы чем меня накачали, психопаты? — выдавила я.

— Не дергайся, красавица, — ответил тот самый первый голос. Похоже, именно он был здесь главным. — Сейчас мы используем тебя как вместилище силы стихийной Богини. А потом убьем, чтобы эта сила перешла к нам и даровала бессмертие и могущество.

На несколько секунд в пещере повисла тишина. Нет. Ну это уже перебор.

— А как же мужская сила? — совершенно серьезно спросила я.

Кажется, даже факелы вокруг потрескивать перестали.

— Чего? — растерялся главный.

— Ну бессмертие — это, конечно, прекрасно, — невозмутимо продолжила я, наблюдая, как один из балахонщиков достает светящуюся белую сферу. — Но вы подумали о самом важном? Вдруг после вашего ритуала мужское достоинство откажет? Будете жить вечно, но без удовольствий.

Под капюшонами снова началось движение. Один явно поперхнулся воздухом, а Гвер едва не выронил сферу.

Я мысленно возликовала.

Да! Давайте! Сомневайтесь! Спорьте! Может, пока они обсуждают свою потенцию, я успею придумать, как сбежать!

Но счастье длилось недолго.

— Продолжай, Гвер, — раздраженно бросил главный. — Девчонка просто пытается заговорить нам зубы.

— Миус… — неожиданно подал голос третий. — А ведь она права. Может, в этот раз вольем побольше энергии? И молодость попросим заодно? Не хочу потом ходить мимо домов удовольствий и только облизываться.

Я уставилась в потолок пещеры. Нет. Ну это просто невозможно. Меня сейчас принесут в жертву озабоченные идиоты.

— Хорошо, — тяжело вздохнул Миус. — Гвер, влей побольше.

Чего именно «побольше», я уточнить не успела.

Гвер сделал несколько медленных пассов руками, и сияющая сфера зависла прямо напротив моего солнечного сплетения.

— Начинай, — скомандовал Миус.

Гвер забормотал что-то на своем жутком языке. И в следующую секунду мое тело пронзила такая боль, будто меня разрывали изнутри раскаленными крючьями.

Я закричала. Громко. Отчаянно. А потом мир снова погрузился во тьму.