Попаданку не ждали, господин ищейка?

ПРОЛОГ

Окрестности Дэви-Ли,
провинция Ван
королевство Ильс

Таррен ди’Вейнмор

Женщина была мертва.

Впервые за свою долгую карьеру Таррен ди’Вейнмор, старший дознаватель по особо важным делам при канцелярии Его Величества, не мог определиться, что делать дальше.

И не сказать, будто раньше преступник, которого он арестовал, не пытался ускользнуть в царство смерти, лишь бы избежать тюрьмы «Шарк». Недобрая слава о подземной башне, которая уходит вглубь на десятки этажей, шла по всему королевству: попади туда, и дневного света ты больше не увидишь. Однако до сих пор никому не удавалось провернуть подобный номер с бдительным ди’Вейнмором. Одаренный менталист, он видел эту братию насквозь. Ни разу не бывало так, чтобы он не довез изобличённого им преступника до тюрьмы и не сдал с рук на руки надзирателям. Это его работа, и он всегда делал ее хорошо.

И тут такой провал. И пусть король грозно хмурит брови — для Таррена главным судьей всегда оставался он сам, и на то у него были основания.

Ничто не предвещало этой беды. Он арестовал женщину посреди ночи, явившись в ее разоренную, разрушенную горожанами лавку. Ливадия Саутпорт не сопротивлялась. Спокойно протянула руку, и вокруг ее запястья защелкнулся антимагический браслет. Девушка попросила его отвернуться, пока надевала дорожное платье. Он уступил — уважая её смирение и стойкость перед лицом удара судьбы. Глупец: вероятно, именно в этот миг она раскусила роковую капсулу с ядом.

Арестантская карета едва выкатилась из города, когда раззява-кучер вдруг наехал на кочку и сломал не только колесо, но и ось. Таррен выбрался из повозки, чтобы оценить ущерб, не выпуская однако задержанную из поля зрения. И тут внезапно тело арестантки резко выгнулось, и она упала на пол кареты.

Дей’Вейнмор быстро понял, что произошло, но было поздно. Он вынес задыхающуюся девушку из повозки и уложил в придорожную траву. Попытался разжать зубы и дать противоядие — только все напрасно. Несколько болезненных конвульсий, и Ливадия ушла за Грань, избегая допросов и вечной неволи. Ее сердце перестало биться, он ясно увидел это на пустом дисплее ритмоскопа — портативного артефакта, которым целители измеряют частоту сердечных сокращений.

«Что теперь?»

Кучер отправился обратно в Дэви-Ли за помощью в ремонте и вернется не раньше, чем через час. За это время Таррену предстояло определиться, что делать дальше.

Расследование преступлений международной сети черных артефакторов длилось уже больше пяти лет, но пресечь их деятельность пока не удалось. Негодяи производят бомбы и другие запрещенные артефакты с проклятиями высшего уровня и наносят на свой товар особый знак — равносторонний треугольник, пересечённый ломаной линией — символ разрушения мироздания. Сыщики хватают тех, кто сбывает этот сомнительный товар, но не могут добраться до законспирированных изготовителей орудий массового убийства.

Следствие по делу «Расколотого треугольника» несколько месяцев находилось в тупике — бандиты прекрасно заметали следы, сохраняя внешнюю респектабельность. И тут в небольшом городке — столице провинции Ван — разразился громкий скандал. Ливадия Саутпорт — молодая женщина тридцати трех лет — обвинена горожанами в том, что наслала смертельное проклятие на одну из покупательниц за то, что та посмела обругать ее товар. Местные стражи разводили руками — никаких смертельных заклятий при обыске у скромной артефакторши не обнаружено, а сама она клялась, что это оговор. Но взбудораженных горожан это не остановило — они разгромили лавку и избили бы саму госпожу Саутпорт, если бы не вмешались законники.

Таррен дей’Вейнмор прибыл в город незамедлительно. Из осторожности, он, как обычно, не показывался в городе и первым делом поговорил с командором стражей. Дождавшись ночи, сыщик отправился в лавку артефактов.

Едва увидев Ливадию, он почувствовал: вот он ключик. Девушка, несомненно, что-то знала, вот только признаваться не желала — запиралась, юлила.

Жаль, но вопреки расхожему мнению, менталисты не способны читать мысли — как легко и просто было бы работать дознавателем, если бы это было так! Нет, маги разума считывают токи мозговой активности, точно отделяя правду ото лжи (они, конечно, еще много чего могут, но все это не помогает читать мысли). Впрочем, не все так плохо: в распоряжении столичных следователей имеется мощнейшая установка «Зеркало истины». Она способна отображать не только истинные мотивы и прошлое преступницы, но также позволит увидеть лица ее сообщников. Не теряя времени, Таррен объявил Ливадии Саутпорт, что та арестована и будет препровождена в столицу.

И вот теперь…

«Ее смерть — признание вины».

Солнце поднялось невысоко, но уже начинало безжалостно палить, а он потерянно стоял над телом мертвой преступницы.

Для Таррена ди’Вейнмора это дело было личным, и ему было по-настоящему больно, что близкая возможность добиться справедливости упущена.

Несколько лет назад его прелестная невеста попала под смертельное проклятие, направленное в короля. Лотта стала одной из сотни жертв и погибла мгновенно. Бомбу, начиненную смертельным заклинаниям из арсенала запретной магии крови, помогала готовить Ливадия или другой такой же нечистый на руку артефактор. У могилы возлюбленной, Таррен поклялся, что уничтожит преступную сеть и не успокоится, пока за последним из негодяев не захлопнутся ворота подземной темницы.

Погруженный в эти мрачные размышления сыщик не сразу заметил, что дисплей ритмоскопа на пышной груди мертвой преступницы мигнул — раз, другой. А затем прибор принялся пульсировать, отражая полный и четкий сердечный ритм.

«Очнулась? — Таррен не знал, что и думать. — Как такое возможно?! Ее сердце не билось несколько минут! Или это ловкий трюк, чтобы ввести меня в заблуждение?»

Непонимание породило злость. Чувствуя, как закипают ярость и раздражение, дознаватель склонился и, все еще в неверии вжимая плоскую коробочку артефакта в грудь незнакомки, процедил: