Попадись в мои когти

Часть 9. Ах, какая принцесса...

Переход в пределах одной мироосновы всегда происходит легче, чем пересечение межмировых границ, но от этого не становится более приятным. То ощущение, когда кажется, что летишь, а внутренности где-то задержались и скоро догонят — шмяком на макушку… не будем о грустном.

Мечты сбываются, и иногда даже быстрее, чем ожидалось… и при этом не так, как ожидалось: после короткого полета в Трубе меня встретила теплая ванна — то бишь озеро подогретой мутной водички, в которое я ухнула сразу и с головой. И ни шампуня, ни мочалки, ни хотя бы полотенца на выходе… ладно, нельзя хотеть, а потом капризничать, обыкновенно это плохо заканчивается. Благо хоть в рюкзак вода не попала — отстойник не отстойник, а запашок серы ощущался весьма явственно.

Озерцо было небольшое, зато глубокое, с каменистыми берегами, и размещалось наполовину в массиве скалы, наполовину под скалистым козырьком. Наполняли водоем, судя по всему, подземные ключи.

Окружающая среда была типична для такой «карманной» преисподней (в представлении аборигенов, разумеется): наверху куполом не то твердый аналог неба, не то изнанка земной поверхности, из естественного освещения — так называемые «энергетические пучки»; почва каменистая, пыльная и растрескавшаяся, вокруг камни оттенков от обсидианово-черного до терракотового. Флора представлена в основном узловатыми колючками, из представителей местной фауны промелькнули только разномастные любопытные ящерицы.

Я выбралась на берег и осмотрелась. Так, вот выход из Трубы — черное непроницаемое кольцо точно над центром водоема в толще скалы. От поверхности воды до портала примерно метра три. Эх, неудобно, в драконьей форме могу не поместиться, а в гуманоидной не допрыгну. Так что обратный путь пока что отменяется.

Из воды с плеском и фырканьем вынырнул Дэгра Датус, проворно вскочил на большой плоский камень и по-собачьи встряхнулся. Отмывшись, демон стал выглядеть намного приятнее: ящерица-переросток с чешуей цвета потемневшего серебра, длинной шеей и утроенным набором конечностей. Те отростки, похожие на корни, отвалились как сброшенный хвост у ящериц стандартных. На меня Дэгра не обращал (или не обращала? Да кто же их разберет) никакого внимания, из чего я заключила, что не представляю гастрономического интереса. Отлично, можно заняться розыском Суданского. Он, скорее всего, тоже не вызвал аппетита.

Берег был чист — то есть рыцарь по-рыцарски не стал дожидаться помощи, а отправился куда глаза глядят. Подозрительных звуков не слышалось, меч при нем, значит, в ближайшие пять минут его не съедят.

Это время я потратила на полноценное отмывание, переодевание в сухое и упаковку мокрых вещей в пленку. Рюкзак у меня хоть и вместительный, но запихнуть свыше того, что впихивается, не выйдет, поэтому из смены одежды у меня наличествовало белье, штаны и рубашка; куртку я упаковала (ничего, воздух теплый), ботинки пришлось надеть сырые, на босу ногу (носки чисто по-человечески стало жалко). Просушить волосы не представлялось возможным, и я наскоро заплела их в косу; драконы, к счастью, не подвержены простудным заболеваниям.

Перекусить решила на ходу. О, это извечная проблема смысловеров — с собой много продуктов не возьмешь, а еду другого мира пробовать следует с опаской, поскольку неизвестно, как отреагирует организм; ладно если диарея (и то неприятно), а если аллергия?! У драконов тоже живой организм, и как он отреагирует на незнакомые вещества, предсказать невозможно! Съеденный утром местный хлеб бунта во внутренностях не вызвал, но добыть его сейчас неоткуда. Значит, ем свое.

К этому моменту демон тоже закончил отряхиваться-прихорашиваться (почему я и подумала, что это может быть «она») и заинтересовался злаковым батончиком в моих руках.

Я чуть не расхохоталась, глядя на умильную мордочку.

— Ладно уж, пострадавший от рук попаданца, держи. И иди сюда, я тебя лечить буду.

Пока осчастливленный демон мусолил батончик, я осмотрела и обработала мазью рану, нанесенную Суданским. Впрочем, заживало на Дэгре не хуже, чем на драконе.

Как я уже успела убедиться, обитатели Ланата-шесть склонны к преувеличениям и максимализму. Дэгра Датуса, помнится, ведьмы обозвали большим демоном, который за плату готов оказать услуги, но по сути он оказался не таким уж внушительным; явился, может, и по призыву, а может, и силой притащили и посадили на цепь. Демонологию как науку в Ланата еще не освоили в достаточной мере.

Вообще демоны как раса — понятие для каждого мира сугубо специфическое. Так обыкновенно обозначают сверхъестественных существ, населяющих «карман» — маленький суб-мирок, прикрепленный к мирооснове; зачастую он насыщен эманациями негативной магической энергии. В основной, реальный, мир демоны могут попасть только по «приглашению» — призыву, к ним же можно попасть через различные проходы. Если мироустройство базируется на религиозности, демоны напрямую зависят от нее, и наведаться к ним «в гости» возможно только после физической смерти: тело остается на земле, сознание (некоторые оспаривают, называя эту субстанцию душой) уходит в измерение либо «Рая», либо «Ада», либо «Чистилища» (в зависимости от определенных условий — биология, физиология, религиозность, философия, мировоззрение и тому подобное). Но в такие перипетии в отчете вдаваться не буду — долго, муторно и ни к чему (в конце концов, это отчет, а не смыслологический трактат!). Кому интересно, обращайтесь к Чипику и Бастовскому (пометка специально для любопытного стажера).

Физиология демонов непредсказуема. Они, как и мы (драконы то есть), — существа, частично погруженные в Тайную Магию. Суданский, раскроив Дэгре череп, убить его не смог — во-первых, «привязка» не позволила, во-вторых, жизненно важные органы у демонов могут запросто блуждать по организму. Не спрашивайте, как это происходит, я и в биологии не специалист. Так что с Дэгрой все в порядке. Другой вопрос — а что с Артемом?