Попала! Ошибка истинного

Глава 25

Иштван

– АЛДЕРИАН, ТЕБЕ НУЖНА ПОМОЩЬ? – прогрохотал Призрак. Я только усмехнулся. Дракон впервые предлагал помочь в обход своей привычной ворчливости и вредности.

– Справлюсь, – хладнокровно сказал я, – но за предложение спасибо. Не забуду.

И тут же позвал:

– Василиса!

Она откликнулась тут же, словно в нетерпении ждала этого:

– Я здесь!

– Замри и не шевелись, – мягко сказал я, – думай о чём-то хорошем. Но не старайся отправиться узнавать, что тут творится, иначе тебя может зацепить.

– Ой… – похоже, мои слова не на шутку её напугали. Я тут же ощутил злость по отношению к себе.

Я слишком поторопился. Да. Нельзя было её так сразу пугать!

– Я не какая-нибудь там размазня, которая боится каждого шороха, – обиженно отозвалась Василиса, и я улыбнулся краешком рта. Похоже, мои мысли она действительно слышала так же хорошо, как и я – её, – я умею держать себя в руках! Хотите – проверьте.

– Обязательно, – заверил я её, – но это потом. А пока – просто не шевелись. Поняла?

Не знаю, как, но я почувствовал, как она кивнула.

– И повторяй за мной, – продолжил я, глядя прямо в огромные глаза змея, который уже пополз по направлению ко мне, – всё будет хорошо.

– Всё будет хорошо, – неуверенно протянула Василиса.

– Умница. Ещё раз.

Змей почувствовал мой взгляд и навис над головой. Я окинул его оценивающим взглядом. Это была явно боевая стойка. Демоны, а в Междумирье я даже не могу перекинуться драконом!

– Всё будет хорошо! – долетел до меня нежный голос Василисы. На этот раз – куда увереннее.

– Иначе и быть не может, – выдохнул я в ответ. Расставил руки в стороны. Над каждой моей ладонью вспыхнул ярко-синий магический пульсар.

Змей утробно зарычал и двинулся вперёд. Я немедленно последовал его примеру, с той поправкой, что двигался я молча.

– Всё… будет… – на этот раз голос Василисы доносился обрывочно, словно что-то глушило его. Демоны! Я даже знаю, что!

Я коротко выдохнул и двинулся вперёд, держа наготове пульсары. Они обжигали ладони.

– …Иштван! – вдруг донесся до меня голос Василисы, прорвавшийся сквозь помехи. Я замер. Это был первый раз, когда она назвала меня по имени!

И эта короткая фраза вдруг влила в меня мощный приток сил. Даже перед глазами замерцало.

– Я иду, Василиса, – ответил я, и тут змей кинулся на меня.

***

Василиса

Дура, вот я дура! Ну кто меня за язык тянул? Я бы его ещё “солнышком” или “котиком” назвала!

Его! Иштвана Алдериана! Который, на секундочку, дракон и могущественный колдун, а ты к нему вот так вот обратилась! Ой-ой-ой!

Я с упоением отдалась во власть самобичеванию, лишь бы не поддаться соблазну пошевелиться и дать отсюда дёру.

А удирать было, от чего. Сразу после нашего разговора с Иштваном тьма вокруг вдруг расцветилась и заполыхала целым калейдоскопом красок. Ярко-жёлтый перетекал в оранжевый и зелёный. Я вдруг почувствовала себя так, словно очутилась в парке в разгар новогодней ночи.

Вот только в парке нет этих леденящих кожу звуков!

Со всех сторон – по крайней мере, мне так показалось – на меня обрушилось гортанное рычание, клёкот, будто бы сюда прорвалась целая стая каких-то диковинных ворон.

К этим звукам примешивались глухие удары, почти каждый из которых попадал в цель. Сначала я попыталась вглядеться в разноцветную туманную завесу, но потом махнула на это рукой.

С меня хватило одного-единственного раза, когда в густом тумане я вдругу увидела резкое движение, и где-то в глубине заметалось огромное, как несколько брёвен, длинное тело!

Сердце гулко стучало, замирая на каждый звук удара. Тивадай хранил полное молчание. То ли отключился, то ли решил понаблюдать.

Звуки ударов участились. Теперь каждый был похож на раскат грома прямо над головой. Шипение, яростный рык, скрежет – всё смешалось воедино.

И вдруг – раз! И всё стихло. Словно кто-то накинул сверху огромное толстое звуконепроницаемое полотно.

Всполохи погасли не сразу. Они плавно затухали, один за другим, как огни на новогодней ёлке. И всё это – в полной тишине, которая после той вакханалии показалась звенящей.

Я напряжённо вслушивалась, а потом решилась:

– Иш… Иштван, – запнувшись, несмело позвала я. Его имя ложилось на язык и обволакивало горло, как тягучий мёд, – всё в порядке?..

Тишина была мне ответом.

Правда, недолгим. Не успело сердце рухнуть куда-то в район пяток, как во тьме снова померещилось движение. Что-то замерцало там, впереди, и я, приоткрыв от изумления рот, ощущая себя в бесконечном сне, наблюдала, как прямо из тьмы ко мне шагает широкоплечая фигура того, о ком я только и могла думать всё это время!