Попала! Ошибка истинного

Глава 34

Не. Закончилось.

Я сглотнула. Получилось это с большим трудом: горло пересохло, а язык, казалось, стал чужим, с огромной неохотой ворочаясь во рту.

У меня было ощущение, что я бегу многокилометровый марафон. Впереди уже маячит финальная линия, но ноги уже не слушаются, а тело отказывается делать любые, даже малейшие движения.

Кажется, что я сейчас не способна даже банально моргнуть…

Но Иштван держит меня крепко. Кажется, он даже что-то шепчет мне на ухо. Я не понимаю, что именно, но один только звук его голоса придаёт мне сил.

А в кармане штанов я вдруг ощутила какую-то тяжесть. Она почему-то была округлой, маленькой и плоской. Словно несколько монет соединили воедино и обмотали плотной плёнкой.

Стоп. Да это же медальон! Да, это мамин медальон. Как он тут оказался? Не помню… Последнее, что помню – как нашла его и лежала в хижине, прижимая его к груди. А потом всё завертелось… Наверное, машинально сунула его в карман.

Но одно только осознание того, что он со мной, тоже придало сил. Я вдруг ощутила мягкое тепло со всех сторон, словно мама тоже была тут, и они с Иштваном обнимали меня…

Да с такой поддержкой мне тем более ничего не страшно!

Я откашлялась. Вдруг почувствовала, что могу глубоко вздохнуть. Словно железные тиски, сдавившие грудь, лопаются один за другим и размыкаются, отпуская меня на свободу.

А ещё разглядела, что нас окружает туман. Да не какой-нибудь, а густой и плотный, с ярко-зелёными всполохами. Он колышется, и сквозь него видно несуразную длинную тощую фигуру с руками-ветками и уродливой короной на голове…

Гонож!

– Мы что, не попали? – тихо спросила я. Иштван бросил на меня короткий взгляд, и я едва не умерла на месте от внезапного прилива любви. Коленки задрожали, но я заставила себя стоять твёрдо.

– Попали, – спокойно ответил он, – но не теряй бдительности. Остался последний удар.

Словно отвечая ему, туман содрогнулся от низкого дикого рёва. В нём было столько ненависти, что кожу опалило жаром, как от печки. Иштван молча вышел вперёд, заслонив меня собой. Стало полегче, и я обессиленно уткнулась носом в его широкую спину.

Рук мы не разжали.

Придя в себя, выглянула из-за его спины. Гонож неумолимо надвигался, вот только раскачиваться он стал всё сильнее и сильнее.

И он больше не атаковал нас своими ветвями! Неужели удалось их все обломать?

– Василиса, – услышала я голос Иштвана. Он слегка дрогнул, и я поняла, что он напряжён не меньше моего, – основной удар нанесу я. Понимаю, что ты вымотана, но твоя поддержка мне сейчас нужна, как никогда. Справишься?

– Да, – решительно ответила я, – что надо делать?

– Подтолкнуть, – коротко ответил Алдериан, – наше плетение застряло среди его веток и не разорвалось вовремя. Нам нужно только толкнуть его вперёд, и тогда с Гоножем всё будет кончено. Я беру это на себя, а ты просто подстрахуй, хорошо?

– Конечно! – с готовностью улыбнулась я. Ощущение близкого финала пьянило, и я даже не особо обращала внимания на боль в потрескавшихся губах или ломоту в перенапряжённых мышцах. Главное, что скоро уже всё будет кончено!

Иштван вытянул руки вперёд, но на этот раз держал их так, словно действительно пытался что-то толкнуть – полусогнутыми. Я же сосредоточилась и опять воззвала к духам…

То ли у нас действительно установилась какая-то мощная незримая связь, то ли тут пригодилась та самая пресловутая истинность – не знаю. Только на этот раз Иштвану даже не пришлось ничего говорить. Я просто почувствовала тот самый нужный момент и отдала приказ всем духам, что были в тумане…

Нападать!

И в эту же секунду Иштван с усилием разогнул руки, толкая вперёд что-то невидимое, но явно осязаемое!

Туман наполнился шелестом и завываниями, словно повсюду открылись трещины, в которые дул ветер. К Гоножу со всех сторон кинулись едва заметные тени, светящиеся призрачным зелёным.

В самом центре его фигуры, там, где у обычного человека располагается живот, образовалось ярко-оранжевое огненное колесо. Оно яростно вращалось, бросая вокруг себя искры, и на него, как на приманку, летели и летели тени!

Гонож вдруг застыл. Его затрясло; он раскинул руки и задёргал ими, будто в бешеной пляске. Движения эти были странными: ломаными и отрывистыми. Неестественными!

А колесо вращалось всё бешенее, разрастаясь на глазах!

И вдруг оно взорвалось с оглушительным треском. Словно в костре переломилось пополам огромное полено.

Рёв Гоножа резко умолк, словно резко захлопнули крышку. Его фигура вздрогнула в последний раз и… с сухим шелестом и постукиваниями обвалилась на пол множеством кусочков.

Как манекен в классе командора Альвареса!

Ох, как же давно это было… Сто? Тысячу лет назад?

И почему вдруг стало так тихо?..

Но эта тишина была обманчивой.

– Не-е-е-ет! – взвился ввысь резкий и пронзительный, как циркулярная пила, визг, – Нет! Господин!!