Попала! Ошибка истинного

Глава 53

Я могу получить артефакт Глаз Небес по завещанию Беньямина Секереша!

– Василиса? – нахмурился Иштван, – Что с тобой? У тебя так изменилось лицо…

– Всё в порядке, – тряхнула я волосами и вскинула на него глаза, – спасибо, что напомнил про Глаз Небес! Если я заполучу его… нет, когда я получу его, – во мне бурлил такой энтузиазм, что я тараторила без остановки, – я смогу отыскать маму… постой-ка.

Я запнулась и уставилась на Алдериана, ошарашенная внезапной мыслью. Он вздёрнул бровь.

– Но ведь с Глазом Небес я бы и так смогла её отыскать, – медленно проговорила я, – вовсе не обязательно было дёргать Феликса! Болтался бы себе в мире духов спокойненько, никого бы не трогал…

От воспоминаний об общении с духом колдуна по спине брызнули ледяные мурашки, и я передёрнула плечами. Иштван покачал головой:

– С Глазом Небес не всё так просто. Он может найти только того, кто находится в том же мире, что и он. Раз твоя мама заключена на Изнанке, значит…

– Значит, и Глазом надо будет воспользоваться, когда я вновь окажусь на Изнанке! – подхватила я и удовлетворённо выдохнула. Не то, чтобы мне это было принципиально, но приятно было осознавать, что мои мучения с вызовом колдуна были не напрасными.

– Ну что ж, – деловито сказала я, – значит, дело осталось за малым!

– И за чем же? – вкрадчиво уточнил Иштван.

Я победоносно прищурилась:

– Получить-таки Глаз Небес!

***

Следующие недели слились для меня в один бесконечно длинный, выматывающий день.

Время, которое мне отвели на овладение магией, не просто шло — оно утекало, как вода сквозь пальцы. Год, подаренный мне Секерешем, стремительно подходил к концу.

И я это чувствовала каждой клеткой.

Я накинулась на учёбу с остервенением человека, который точно знает: второго шанса не будет. Лекции, практикумы, ночные зубрёжки, тренировки, от которых дрожали руки, и ритуалы, после которых хотелось просто лечь на холодный пол, закрыть глаза и больше не вставать.

Иногда мне казалось, что я живу не от сна до сна, а от заклинания до заклинания.

И это не могло пройти без последствий.

Однажды утром я вгляделась в своё отражение в зеркале холла Академии, и не сразу узнала себя. Скулы стали резче, ключицы — отчётливее, пальцы — тоньше. Одежда, ещё недавно сидевшая нормально, теперь висела мешком. Форменные брюки просто спадали, рубашка свободно болталась, а рукава вдруг стали такими свободными, что руки в них стали похожи на тоненькие веточки.

– Василиса, – вдруг услышала я голос Иштвана и, вздрогнув, увидела его позади себя в отражении. Он неслышно подошёл ближе и встревоженно наблюдал за мной, – тебе надо отдохнуть. Возьми хотя бы пару дней на передышку. Ничего не случится, ты и так стараешься за пятерых.

– Некогда, – отрезала я. – Потом отдохну.

Брови Алдериана сдвинулись, и его льдисто-серые глаза стали жёсткими. Я вздрогнула, нервно сглотнула, но не поддалась панике.

– А если я прикажу тебе, как ректор? – сухо спросил он, – Ты не сможешь ослушаться меня.

Я прижала ладони к вискам и резко повернулась к нему.

– Смогу, – хрипло сказала я, – и ослушаюсь. Даже если вы, господин ректор, прикажете, я не выдержу эти самые пару дней в отрыве от учёбы! Мне сейчас совсем не до отдыха…

Иштван резко мазнул ладонью по воздуху, словно отсекая мои возражения.

– Вы же понимаете, Василиса, что я могу просто запереть вас в отдельной комнате, привязать к кровати и не выпускать? – вкрадчиво спросил он, и меня вдруг обдало таким жаром, словно я встала под душ из кипятка. Перед глазами замелькали картинки такого содержания, что уши у меня запылали.

Видимо, не у меня одной. В глазах Иштвана тоже вспыхнул огонь, но только на мгновение, потому что тон его ни разу не изменился.

– Вы этого хотите? – припечатал он, в упор глядя на меня.

“Хочу!” – едва не вырвалось у меня, но я сдержалась, поняв, что он специально построил вопрос именно так.

Упрямо тряхнула волосами и решительно ответила:

– Я справлюсь, ректор Алдериан! Я всё выдержу! Я просто прошу вас поверить в меня и в мои силы! А отдохну я потом, когда всё будет позади.

Иштван прищурился. Несколько мгновений мы буравили друг друга взглядами, словно выжидая, кто опустит глаза первым.

Никто из нас этого не сделал. Но Иштван вдруг кивнул:

– Ну хорошо. Я верю в тебя, Василиса. Ты уже доказала, что способна на многое, и я думаю, что и в этот раз ты со всем справишься.

– Спасибо! – с облегчением выдохнула я. Поддержка Иштвана была для меня неоценима.

– Но, – перебил меня он, – помни о том, что я не спускаю с тебя глаз.

– Само собой, – кивнула я.

Единственное, что действительно имело значение для меня сейчас, — это прогресс. И он был. Самый настоящий, осязаемый.

Я чувствовала духов раньше, чем видела их. Училась удерживать контакт дольше, не теряя концентрации. Могла различать оттенки присутствия — агрессию, боль, остатки разума. Там, где раньше меня накрывало паникой, теперь приходила холодная собранность.