Попала так попала или как мне пришлось стать " взрослой "

Семейный совет.

Как я и предполагал вечером состоялось собрание в кабинете отца. Только кроме меня там находился и отец Стаси. Когда я пришёл на «собрание» они уже сидели в кабинете.

Я прошёл к одному из кресел, которое стояло около рабочего стола отца, другое кресло уже было занято Станиславом Станиславовичем, а отец сидел за рабочим столом. На столе графин с вином, и пара бокалов.

Ого, а кто-то видно уже в курсе всех событий. Я посмотрел на хмурого, молчаливого отца. Вино не просто так стоит здесь. Мужчины решили лечить нервы. Думаю, этот графин не будет последним. Сел в кресло и посмотрел на отца. Молчание затягивалось. Мужчины были погружены в свои тяжелые мысли. Я решил первым начать разговор.

– Отец, ты уже всё знаешь? – отец посмотрел на меня и кивнул головой. – Что ты думаешь по этому поводу? – отец немного помолчал, пришёл к какому-то выводу и начал.

– Знаете, что меня смущает, как убийца нашёл вас там? – отец посмотрел на Станислава Станиславовича. – Друг мой, а раньше не было никаких посланий?

– Нет. Ничего не было.

– Точно, ты уверен? – отец пристально смотрел на отца Стаси, тот подумал немного и кивнул. – Так. Вычислить он вас там не мог. Только если… – и отец замолчал, обдумывая мысль, которая пришла ему в голову. Через некоторое время, он обратился вновь к Станиславу Станиславовичу.

– Портал был настроен на твою дочь. Только вот сейчас против воли никого никуда не переместишь. Нужно добровольное согласие человека, либо его желание. Как я понимаю твоя дочь не давала такого согласия, и сама этого желать не могла, так как и понятия не имела о других мирах. Магии у неё нет. И почему её нет мы можем только предполагать.

– Я вообще склоняюсь к тому, что проблемы с магией у Стаси связаны с тем шоковым состоянием, которое у неё было после смерти матери. Ведь Орейю убили на её глазах. Она долго была в беспамятстве. – сказал Станислав Станиславович.

– Да, да, да я помню. – отец, погрузился в воспоминания. – Г'шер, я тогда так перепугался, когда увидел тебя на пороге дома с маленькой дочкой на руках. На тебе не было лица. И руки в крови. Ты, словно дух, прошёл мимо меня. В глазах пустота. Я еле забрал бесчувственную девочку из твоих рук. Странно было видеть вас в таком состоянии.

– Давай не будем. Я прошу… – Станислав Станиславович поднялся и отошёл к окну. – Мне до сих пор больно вспоминать об этом. Прошло столько лет, а раны так и не перестали кровоточить.

– Извини, друг. Я не хотел, но эта картина до сих пор стоит перед глазами. Прости.

– Ничего страшного, я не в обиде. – Станислав Станиславович положил руку на плечо отца. – Не будем отвлекаться. У нас есть проблема поважнее. Вот когда всё уляжется. Тогда и побродим в воспоминаниях.

– Отец, уже поздно. Давайте завтра соберемся и обсудим всё. У нас со Станиславом Станиславовичем сумасшедшие дни и мы всего часа четыре отдыхали. Так что на свежую голову может и набредут нужные мысли. – я поднялся из кресла, надеясь, что получится отвлечь обоих мужчин от графина с вином, но мой манёвр не удался. Мужчины сказали, что ещё немного посидят, подумают. Ну, ну. Ладно уж я не против выпивки, но сегодня не хочется. Может потом как-нибудь. Я ушёл. Надеюсь они сильно не упьются, а то завтра будет тяжелый день.Я сидел в столовой с матушкой. К завтраку уже всё было готово. Только отец и Станислав Станиславович всё ещё отсутствовали. Я сидел и ухмылялся. Видимо «совет» затянулся надолго. Матушка тревожилась, но старалась сохранять лицо невозмутимым. Получалось иногда не очень. От этого становилось ещё смешнее, но я сдерживался из последних сил. И вот, наконец, двери в столовую открылись. За дверьми были двое из ларца одинаковых с лица. Ооооо, это надо было видеть. И их лица и перекошенное матушкино.

Мутные, расфокусированные взгляды кое-как остановились на разъяренной маман. Та уже метала гром и молнии. Скоро грянет буря. Старался сделать вид, что меня нет и я вообще здесь предмет обстановки. Зная матушку, мог тоже легко попасть под горячюю руку.

Мужчины сделали неуверенные шаги по направлению к столу. И грянул гром.

– Что вы себе позволяете? – голос матушки звенел от гнева. – Вы мало того, что опоздали на завтрак, заставили себя ждать, так ещё заявились в таком виде и не соизволили даже извиниться.

Мужчины замерли как гори перед садгейрой, так и не поставив занесенные для следующего шага ноги на пол. До них начало медленно доходить вся опасность ситуации. А матушку уже понесло.

– Ладно твой друг, который столько лет жил в чужом мире, где смог уже забыть весь этикет, но ты Гришем??? Как ты себе мог позволить такое неуважение к нам, к твоей семье??? – матушка горела праведным гневом.

Молчал, рассматривая мужчин, которые потупились как подростки, которых отчитывают за совершенный проступок. Для полноты картины не хватало одного- чтоб они начали ковырять носками туфель в полу.

Да уж такого маман ещё долго не забудет. Бедный отец! Уж теперь-то ему не видать ни любви, ни нежности где-то с неделю.

Они, поддерживая друг друга, и подстраховывая от падения, неуверенным шагом прошли всё-таки к столу. Глаз так и не поднимали.

Матушка злобно поглядывала в сторону мужчин, но уже медленно начала успокаиваться. Вот и хорошо.

Позавтракав, я собирался забрать мужчин и немного привести их в себя. Для чего уже принести в отцовский кабинет немного вина. Мне их просто необходимо растормошить, ведь время идёт, а Станислава здесь одна.

Наконец, мучение закончилось и мужчины, так и не проронив ни слова и не прикоснувшись к еде (явно им не до неё), встали из-за стола, поддерживая друг друга, потопали к дверям. Я пошёл следом, посмеиваясь над этой сладкой парочкой. Да уж… хороши!!!

В кабинете уже стоял графин с вином. Но увидев его, мужчины так скривились. Сколько же они выпили. Отец начал рыться в столе.

– Что ты там потерял? Неужели совесть ищешь? – спросил у отца, тот что-то пробормотал и продолжил искать.

– Нашёл! – вскричал он, но видимо чересчур громко, так как лица обоих перекосило.