Попала уж попала. Или как отделаться от дракона и эльфа.

Глава 5.

Вино, шпионы и подарки с шипами

— Ты в своём уме, Элриан?
Голос сестрицы звенел в ушах, как разлитый по полу самогон.
А может, это и был самогон — на семейном ужине его всегда лилось много.

— Вполне, милая, — лениво протянул я, откидываясь в кресле и болтая бокалом туманного сидра. — Во всяком случае, мой ум всё ещё при мне, хотя ваши вопли медленно разъедают мне барабанные перепонки.

Моя сестра — Ириэль — умела устраивать сцены.
Причём с присущей нашему роду грацией: тонкие брови взлетали к небу, губы складывались в надменную арку, уши нервно дёргались.
Ну, а как иначе? В семье министра такие вещи приучают с молоком матери.

Ах да.
Я — внебрачный сын того самого министра.
Честь, гордость, заноза под ногтем.
Скандал был, когда я родился, о да! Но семья меня всё равно не отвергла.
Мать — обожаемая женщина, которая только посмеивалась над злыми языками.
Отец — министр, дипломат, интриган высшей пробы.
И я — их любимый «чёрт с венком», как они меня называли.

— Эл, ты вообще понимаешь, во что тебя втянули? — Ириэль таращилась на меня, как на гриб с глазами. — Драконьи земли! Эти леденящие задницы, эти властные женщины! Ты туда едешь как шпион! Ш-ши-пи-он! Хочешь, чтобы тебя пожарили живьём?!

— Как драматично, — усмехнулся я, поставив бокал. — Расслабься, сестрица. Я не на барбекю, а на дипломатическую миссию. К тому же, я сам напросился.

— О да, сам! После того как ты вмазал по лицу сыну Верховного Зельевара, когда он пошутил про твою…
Она замялась.
Комната мгновенно потяжелела.

— Говори уже, — я холодно улыбнулся. — Про мою покойную истинную? Про то, что я якобы сменил вкус после её смерти?

Ириэль скрипнула зубами.

— Они не имели права так шутить! Ты поступил правильно. Но наказание слишком жестокое.

Я пожал плечами.

— Я лишь отрабатываю долг. И кстати, это не просто задание. Там исчезают эльфийки, Ириэль. Слухи ходят не первый год. Официально, конечно, всё отрицают, но…
Я усмехнулся.

— В тайной канцелярии шёпот ценится выше прокламаций.

Ириэль сжала кулаки.

— Но почему ты? Ты ведь… ты всё ещё не…

Она не договорила.

Ну конечно.
Как же забыть.

Я — тот самый «парень, который потерял истинную».
Иллиана.
Моя весна и погибшая гроза одновременно.

Она сорвалась со скалы во время одной из наших безумных вылазок в Туманные Овраги.
И с тех пор… пустота.
Ни женщина, ни мужчина — никто не мог заполнить этот ледяной вакуум.
Я не искал.
Не хотел.
Да и не верил, что можно дважды найти истину.

— Переживу, — коротко сказал я. — Задание — и точка. Женюсь, разведаю, разведусь. Всё просто.

— Ты ужасный, — шипела Ириэль. — Жениться ради дела! А если вдруг…

— Если вдруг что? — приподнял я бровь. — Полюблю её? О, милая сестра, не будь такой наивной. Я уже слишком давно знаю, как устроен этот мир.

Она хмуро замолчала.

В ту ночь я долго сидел в своём любимом зимнем саду.

Здесь было прохладно и пахло хвоей.
Стеклянный купол открывал вид на звёзды, а среди аккуратно ухоженных кустов в центре стояла она — моя гордость.

Голубая роза.

Подарок матери, которая знала мою слабость к редким растениям.
Это был настоящий магический цветок, растущий всего в трёх садах на весь континент.

Я аккуратно коснулся лепестков.

— Ну что, красавица, ты тоже думаешь, что я идиот?

Роза, конечно, промолчала.
Но я видел, как в её сердце мерцал слабый свет.

— Они там все золото считают, жемчуг, титулы, фамильяров. А я просто хочу тишины и немного хорошего вина, — усмехнулся я, выуживая из-под стола пузатую бутылку своего фирменного настоя.

Я варил вино, как другие эльфы читают заклинания — со страстью.
Любил самогон, настойки, отвары.
Да, химик-ботаник в роду шпионов.
Какой позор для моего рода…
И какая прелесть лично для меня.

Я отхлебнул терпкого напитка и усмехнулся, глядя на розу.

— Знаешь, голубушка, я тебя с собой возьму.
Подарю ей. Пусть порадуется. Всё равно никто здесь её не поливает, кроме меня.

Мой отъезд был театральным.

— Не забудь написать, когда тебя зажарят, — подмигнула сестрица.

— Или когда ты женишься, — хихикнула мать.

Отец вообще вручил мне бутылку «на прощание» со словами:

— На Драконьих Землях всё можно пережить, если есть хороший самогон.

Я, конечно, улыбнулся, но внутри уже собирался в клубок.

Дело пахло не любовью. А дымом и тайнами.

Когда я прибыл на Драконьи Земли, первое, что я увидел, была она.

Сапфириэль ла’Торн.

Красивая. Опасная. С косой до колен и глазами, как сапфиры в ледяной воде.
Я отметил, как она стояла — уверенно, но без жеманной важности.
Фамильяр на плече дерзко ухмылялся.
Она сама не выглядела ни дурочкой, ни куклой.
Скорее… игроком.

— Вах, — пробормотал я про себя. — Похоже, зря я надеялся, что это будет скучная работа.

Я подошёл, поклонился, как полагается, и вручил ей розу.

— Мой скромный дар, госпожа. Цветок, который не требует поклонения, но умеет слушать. Как, надеюсь, и его новая хозяйка.

Она улыбнулась, принимая подарок.

И вдруг в её глазах мелькнуло нечто.

Любопытство.
И… веселье.

Я мысленно усмехнулся.

О, вот это будет интересная партия.
Жаль, что любовь тут вообще не при делах.