Попала в Развод, или Как раздраконить бывшего!

ГЛАВА 10

ЭЛЕН

Мелодия плавно обвивала нас. Рука лорда Озмута лежала на моей талии с почтительной, но неумолимой точностью, ведя меня в ритме вальса.

– Вы, должно быть, мастер импровизации, мисс Лангфорд, – начал он, его голос был тихим, несмотря на музыку. Хочу признаться, я надеялся увидеть вас в синем платье. Алый… выбор цвета весьма интересен. Страсть… у многих могут возникнуть вопросы.

– Красный – цвет крови, лорд Озмут. Следователь всегда должен помнить зачем и где находится. Чтобы не увлечься внешним блеском и не забыть, что везде может таиться опасность.

Он слегка наклонил голову, будто рассматривая интересный экспонат.

– Мудрое наблюдение. И как насчет вашего… профессионального взгляда на вещи? Заметили ли вы что-то любопытное за этот вечер? Помимо, разумеется, моего нескромного восхищения вашей стойкостью.

– Стойкостью? – повторила я, делая изящный поворот.

– Ну конечно. Оказаться в центре скандала, работать под началом бывшего мужа, вести – пусть и скрытно – расследование женщины, которая была вам… ну, скажем так, не совсем симпатична. И при этом блистать на балу, как будто у вас нет ни единой заботы. Это либо невероятная стойкость, мисс Лангфорд, либо… – он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе, – Либо полное отсутствие страха. Что, согласитесь, для человека в вашем положении весьма странно, – тут он вдруг улыбнулся, – Но не переживайте, это будет наша маленькая тайна.

В его глазах мелькнул острый, изучающий блеск. Не упрек, не угроза – чистое, незамутненное любопытство ученого, рассматривающего под лупой неизвестный вид насекомого. От этого стало холоднее.

– Страх – плохой советчик в нашей профессии, – ответила я, чувствуя, как под платьем холодеет спина, – Он застилает глаза. А мне нужно видеть четко и ясно.

– О, да, – он тихо рассмеялся, – Видеть… Говорят глаза – зеркало души. У вас сейчас очень занятные глаза, Мисс Лангфорд. Глаза человека, который смотрит на знакомый ему мир впервые и видит все изъяны.

Музыка стихла, подходя к финальным аккордам. Озмут мягко притянул меня чуть ближе на последнем повороте.

– Будьте осторожны со свечами, дорогая. Те, кто играет с огнем в темноте, рискуют не только обжечься. Иногда пламя привлекает… не тех, кого ждешь.

Он отпустил мою руку, сделал безупречный поклон под аплодисменты. Я сделала реверанс, чувствуя, как земля уходит из-под ног, после его слов. Это были не просто колкости. Это был намек. Глубокий и опасный.

– Благодарю вас за танец, – произнес он уже громко, для всех, – И за беседу.

Не дождавшись, пока он предложит проводить меня, я собрала остатки достоинства и направилась прочь из зала. Мне нужен был воздух, пространство. Уйти от всех этих пронзающих взглядов.

Я почти бежала по боковому коридору, ведущему в галерею. Здесь было тихо и немного темно. Прислонившись к холодному косяку окна, попыталась перевести дыхание и осмыслить сказанное. Не успела.

Тень отделилась от стены и накрыла меня собой.

— Ты специально вырядилась в это платье, чтобы привлекать внимание? — его голос прозвучал прямо над ухом, низкий, вибрирующий от сдержанной ярости. Его дыхание обжигало кожу у виска, — Раньше ты так не одевалась… Таких глубоких вырезов не носила. Или это новая тактика — поймать покровителя получше?

— То было раньше, — выдохнула я, пытаясь вжать себя в холодный камень, чтобы увеличить и без того мизерную дистанцию, — Теперь я свободная, молодая женщина и вольна одеваться так, как считаю нужным. Вас, мистер Крейн, моя личная жизнь и выбор гардероба волновать не должны.

— Так я и думал, — прошипел он, — Чтобы привлечь мужика побогаче и влиятельнее, да? Маркуса оказалось недостаточно, слишком мелкая рыбешка для…

Его слова били больно, но этим лишь сильнее разжигали гнев.

— Нет, — прошептала, чувствуя, как жар поднимается к щекам, — Я, конечно, в будущем планирую создать семью, но не таким меркантильным и унизительным образом! — места было катастрофически мало, его тело, большое и разгоряченное, заполняло собой всё пространство, — И хватит тыкать в меня своими… грязными предположениями… и бляшками…

Отстраняться было некуда. Арден вжал меня в нишу всем своим мощным телом, и в моем легком, почти невесомом платье я с болезненной отчетливостью чувствовала каждую деталь его одежды: жесткий ремень, холодные металлические пуговицы. Да и сам он давил не только физически — его ярость, похожая на ревность, тщательно замаскированная под профессиональное недовольство, были почти осязаемы. Но все же это не ревность, это просто собственнические порывы, присущие всем мужчинам. Будучи бывшим, его уязвляет, что я могу кому-то нравиться.

— Что? — вырвалось у меня, когда я столкнулась с его горящим взглядом. В темноте его глаза казались совсем черными, — Вам, мистер Крейн, досталась честь быть моим первым мужем, но уж точно не последним, надеюсь…