Попала в Развод, или Как раздраконить бывшего!

ГЛАВА 11

ЭЛЕН

Я молча кивнула и аккуратно огляделась. Арден также сосредоточился. И наш танец превратился в отличный пост для наблюдения за происходящим в зале.

– Вон, слева от камина — мужчина в очках. Видишь?

Нам пришлось сменить положение, что мне удалось посмотреть в сторону. Действительно, у края каминной полки стоял немолодой, сухопарый мужчина в строгих очках с тонкой оправой. Он держал бокал, но почти не прикасался к нему губами.

– Да.

— Это Гаррет, личный секретарь лорда Озмута, – продолжил Арден, его губы почти не шевелились, – Сейчас он делает вид, что пьет шампанское, но за последние пять минут он обменялся взглядами как минимум с тремя людьми в этой комнате. Не случайными взглядами. Сигналами.

Мы вновь развернулись так, чтобы я смогла лучше разглядеть цель, не привлекая внимания. Секретарь казался воплощением незаметности – серая мышь в мире павлинов. Идеальная маскировка.

– Кто эти трое? – прошептала я, делая вид, что поправляю прядь волос, упавшую на щеку.

– Пожилая дама в лиловом – вдова барона Элорина, известная своими связями с антикварным подпольем. Молодой человек у колонны – ее племянник. И… – Арден сделал паузу, — Третий был слуга. Я заметил, что Гаррет кивнул ему, когда тот проходил мимо.

Слуга. Это было интересно. Значит, связь не ограничивалась гостями.

– Он координирует что-то, – тихо заключила я, – Прямо здесь, под носом у всех.

– И делает это почти настолько открыто, что это почти наглость, – добавил Арден. – Либо он уверен, что его не заметят, либо ему все равно… Или это часть какого-то спектакля.

Мы продолжили двигаться под музыку, но теперь наш танец приобрел новое, скрытое измерение. Мы были не просто бывшие супруги, исполнявшие светский долг. Мы были двумя следователями, сканирующими поле боя, и наш близкий контакт стал прикрытием для обмена информацией.

– Ты заметила, где он сейчас? – спросил Арден, вновь поворачивая меня.

Я мельком взглянула в сторону камина. Гаррет исчез.

– Его нет, – прошептала я.

– Именно, – в голосе Ардена прозвучало удовлетворение. – Как только мы начали за ним наблюдать слишком явно – он испарился. Значит, заметил. Или ему дали сигнал уйти.

Музыка смолкла. Мы замерли среди других пар, вежливо аплодируя оркестру. Арден все еще держал мою руку, его пальцы были твердыми и теплыми.

– Что дальше? – спросила, глядя на него. Профессиональное любопытство на время заглушило личное напряжение.

– Дальше, – он отпустил мою руку, и внезапная потеря опоры заставила меня сделать легкий, неуверенный шаг, – ты возвращаешься к дамам и делаешь вид, что тебе скучно. А я… – его взгляд скользнул по залу, — попробую выяснить, куда подевался наш скромный секретарь.

– Я могу…
– Ты можешь оставаться здесь, Лангфорд, – перебил он, и в его тоне вновь зазвучала привычная командная нота. – Это не обсуждение. Ты и так привлекла достаточно внимания. Слишком много. Иди.

Я осталась стоять, чувствуя себя одновременно брошенной и раздраженной. Арден был прав – мое алое платье и последовавшие друг за другом танцы с самим хозяином и с ним, сделали меня центром внимания. Теперь любое мое движение, особенно в сторону служебных помещений, будет замечено, обсуждено и доложено.

Собрав волю в кулак, я направилась к столу с напиткам, взяла бокал с шампанским и присоединилась к кругу дам. Их разговор о последних писках моды моментально стих, а затем возобновился с показной оживленностью. Я улыбалась, кивала, изредка вставляла ничего не значащие фразы, но все мое внимание было приковано к периферии зала.

Я искала Гаррета, Ардена, а также наблюдала за Озмутом.

Хозяин вечера казался безмятежным. Он переходил от одной группы гостей к другой, его улыбка, как и всегда, оставалась безупречной. Но теперь, зная, на что смотреть, я замечала мельчайшие детали. Легкий кивок в сторону дворецкого, едва заметный взгляд, брошенный на определенную дверь. Этот человек был словно дирижером сложного оркестра, где каждый музыкант четко знал свою роль и инструмент.

И тут музыка сменилась. Струнные заиграли что-то томное, чувственное. И в зале появилась она. Амалия де Винтер.

Оперная дива вошла не как гостья, а как королева, которая снизошла до своих подданных. Ее платье было цвета старого золота, оно обтягивало каждый изгиб ее совершенной фигуры.

Весь зал замер, а затем разразился вздохом восхищения. Амалия де Винтер была не просто примой. Она была живой легендой, а по слухам, даже фавориткой Короля.

Лорд Озмут, невозмутимый, расчетливый лис, вдруг изменился. Не радикально, но я видела это. Его поза стала чуть более собранной, а взгляд не отрывался от ее великолепия.

Он пошел ей навстречу. Они встретились в центре зала. Оркестр заиграл вальс. Озмут протянул ей руку. Это был простой светский жест, но почему-то мне он стал казаться зловещим.

Они закружились в танце. И это было не похоже на наш с Арденом напряженный, колкий дуэт. И не похоже на мой танец с Озмутом, который был частью его игры. Они танцевали… в унисон. Словно были частями одного целого. Он смотрел на нее не сводя глаз, а она позволяла себе смотреть куда-то поверх его плеча, но ее поза, каждый изгиб ее тела, казалось, отвечали на его ведущую руку с какой-то древней, интуитивной точностью.