Попала в Хогвартс

Глава 5 - У всех есть страх

      В этот четверг я усвоила одну замечательную вещь — на таком предмете, как зелья, мне не стоит открывать рот, а лучше вообще не появляться.

      — Д’арк, — рядом со мной возникла мрачная фигура профессора Снейпа, — ответьте мне на милость, вы умеете читать?

      — Умею, — недовольно буркнула я. — А вы?

      Это вырвалось непроизвольно. Верите или нет, я хотела оставить последнюю фразу при себе. Мне совершенно не улыбалось уводить наши отношения с профессором в абсолютный минус, когда они и без того были не в плюсе.

      Снейпа ответный вопрос так же несколько сбил с толку, а в классе неожиданно стало очень тихо, даже зелье в котлах перестало булькать.

      «Дура-дура-дура!» — я готова была уже биться головой об парту от собственного идиотизма, и раздувшиеся от гнева ноздри профессора отнюдь не отговаривали от задуманного.

      — Получше вашего, — на удивление спокойным, но в тоже время ледяным, как сталь, тоном произнёс профессор. — Поэтому, чтобы развеять все свои сомнения насчёт вашей способности из букв складывать слова, а из слов предложения, может быть, вы объясните, как так вышло, что ваше зелье приобрело серый цвет вместо ядовито-зелёного? Серый! Даже Лонгботтом справился лучше!

      Я бросила косой взгляд на котёл мальчика рядом, про которого говорил профессор. Ну да, лучше! Цвет его зелья поярче моего, красивенький такой. Оранжевый. Почти на ядовито-зелёный похож… Если ты дальтоник.

      — Не исправите до конца урока, испробуем ваше творение на вашей сове.

      «Не испробуете, — едко отозвалась я в собственных мыслях, взглядом сверля спину профессора. — Она сейчас на полпути с письмом в Россию».

      Однако зелье всё равно нужно было исправить. Я кинула в свой котёл ещё одну крысиную селезёнку и капнула четыре капли сока пиявки. Зелье страшно зашипело, а затем сменило цвет с серого на буро-зелёный.

      «Будем считать что это ядовито-зелёный… Хотя, наверное, надо было всё-таки три капли сока пиявки или даже две».

      Но сделанного обратно не воротишь, а Снейпа от задуманного не отговоришь. Отсутствие моей совы профессора не остановило, и он решил испробовать моё творение на жабе несчастного, который проштрафился вместе со мной.

      Я извиняющееся и виновато смотрела то на несчастное земноводное, то на Лонгботтома. Я отнюдь не хотела, чтобы на моих руках, в столь юном возрасте, уже была кровь невинного.

      Профессор Снейп зачерпнул маленькой ложечкой каплю моего варева и влил жабе в рот. Она сглотнула. Несколько долгих секунд ничего не происходило, ну кроме, что я начала тихо бормотать молитвы во спасение невинной души. Затем с характерным лёгким хлопком на руке профессора была уже не жаба, а недо-жаба или недо-головастик. Мордочка ещё не сформировалась, были едва различимы глазки, а сбоку спереди торчали две плохо развитые лапки, двух задних не было, их заменял хвостик.

      — Если бы зелье было сварено правильно, жаба должна была превратиться в полноценного головастика, а не в это нечто. В любом случае, можете быть благодарны, Лонгботтом, Д’арк за то, что ваша жаба не сдохла. — Снейп достал из кармана мантии пузырёк с бесцветной жидкостью и капнул ею на несчастное животное, которое тут же вернуло свою окончательную форму.

***

      — Кхм. Ты не против?

      — Н-нет. Садись.

      — Простите, — я немного потеснила мальчика рядом, садясь между ним и Лонгботтомом. — Катя, — тут же протянула я руку.

      — Что? — после зелий он был несколько растерян.

      — Катя, — повторила я, так же держа руку и ожидая ответного рукопожатия. — А тебя как зовут? Профессор называл только твою фамилию…

      — Невилл, — представился мальчик и неловко сжал мою ладонь в ответ.

      — Я очень рада, что с твоей жабой ничего не случилось. Я так переживала! Я даже не ожидала, что Снейп может такое выкинуть!

      — Ну теперь будешь ожидать, — нервно усмехаясь, произнёс мальчик. — Кстати, его зовут Тревор.

      — Кого? — не поняла я. — А! Жабу?

      Лонгботтом кивнул и положил себе в тарелку немного жареной картошки.

      — А мою сову зовут Вайт, — похвалилась я в свою очередь и улыбнулась.

***

      — Простите за опоздание, — быстро проговорила я, врываясь в класс по Защите от Тёмных искусств и, дождавшись утвердительного кивка профессора Люпина, прошла к свободному месту; стала доставать учебник пергамент и перо.

      — У нас сегодня практическое занятие, так что можешь не готовиться, — обратился ко мне Люпин. — Оставь только палочку.

      — Так, ну что, теперь все в сборе и мы можем идти? — ученики энергично закивали в ответ. — Отлично!

      Мы вышли из класса и, пройдя немного по коридору, свернули за угол. У ближайшей двери в воздухе вниз головой висел полтергейст Пивз и замазывал жвачкой замочную скважину. Но заметив профессора, задёргал ногами и заорал:

      — Глупый Люпин, глупый Люпин, глупый Люпин!

      На это профессор лишь улыбнулся и дружелюбно сказал:

      — Я бы на твоём месте отлепил жвачку с замочной скважины, Пивз. Мистер Филч весьма огорчится, ведь там его щётки.

      Однако это не возымело никакого желательного эффекта. Пивз только показал средний палец и расхохотался.

      — На этот случай есть одно полезное заклинание, — доставая волшебную палочку и оглядываясь через плечо на нас, произнёс профессор. — Смотрите внимательно.

      Наведя палочку на полтергейста, Люпин произнёс:

      — Ваддивази!

      Жвачка пулей выскочила из замочной скважины и прямо Пивзу в левую ноздрю. Пивз перекувыркнулся в воздухе и, бранясь, умчался прочь.

      — Ваддивази, — проговорила я одними губами, записывая заклинание обыкновенной шариковой ручкой, которую я стала всегда носить с собой во внутреннем кармане мантии, на внутренней стороне локтя, скрытого рукавом чёрной кофты.