Попавшие 3

Глава 12

Умели все-таки в советские времена строить и прятать, когда дело касалось потенциальной войны. Вот и в данном случае, на первый взгляд ничем не примечательная мастерская, одиноко стоящая посреди чистого поля. Чем здесь занимались во времена оные – бог весть. Да это и не важно. Станки разобрали, инструменты и материалы растащили – ничто стоящее не было обойдено вниманием. После этого мастерская превратилась в ночлежку, о чем красноречиво повествовали грязные в разводах матрацы под стенами, пустые консервные банки и даже кострище посреди просторного помещения. Мусора было много, чтобы не сломать себе ноги посетители сгребали его к стенам, где он сам по себе прессовался в брикеты. Любопытные и охочие до халявы, наверняка, наверняка, ходили в неприметный подвал, спуск в который был отгорожен от основного пространства кирпичной перегородкой. Он представлял собой не особо длинный коридор. Но обычно далеко не забирались, так как в плохую погоду и по причине лени подвал использовался в качестве отхожего места. Те, кто рисковал все же ступить во что-нибудь непотребное, в конце концов, упирался в прочные бронированные двери. Судя по многочисленным царапинам, ее не единожды пытались открыть подручными средствами, потому как было подозрение, что за ней хранится что-то очень ценное. Однако все старания оказались напрасны. Умели раньше строить, когда хотели. Рядом с дверью красовалась цифровая панель. Но можно было до посинения давить на кнопки - результата ноль. Потому как была там одна хитрость, известная Митричу… Откуда? Он не сказал, а парни не стали спрашивать. Проведя ребят через залежи непотребства, он прихватил по пути бесполезное ржавое прохудившееся ведро, поставил его к стене дном вверх, кряхтя, забрался на него, и, попросив ребят посветить фонариками, принялся шерудить в проводке, протянутой под самым потолком.

Насчет посветить мог бы и не говорить: фонарики были налобные, а ребята любопытные. Задрав головы, они наблюдали за Митричем, одновременно подсвечивая ему потолок.

Когда сверху затрещало и посыпались искры, парни испугались за проводника, а заодно отошли назад. Однако обошлось. Живой и невредимый Митрич спрыгнул с ведра и направился к двери. Похоже, и код был ему известен. Потому как он уверенно надавил не меньше шести кнопок. То ли код этот был большим секретом, то ли так вышло само собой, но ни Саня, ни Макс не увидели правильную комбинацию, так как ушлый мужчинка закрыл собой панель от посторонних глаз. Так или иначе, но дверь после этого приоткрылась, после чего Митричу пришлось потянуть ее изо всех сил, чтобы распахнуть пошире.

- Прошу,- широким жестом он пригласил парней пройти внутрь.

За дверью был предбанник с выходом на старую, бурую от ржавчины лестницу, уходившую в неизведанные глубины. Посветив фонарем вниз, Саня поежился.

- Ненавижу подземелья…

Митрич закрыл за собой дверь. Раздался щелчок. С внутренней стороны не было цифровой панели, а значит, путь назад был теперь отрезан.

- Ты с нами?- удивился Макс. Говорил он шепотом, словно боялся рассердить темноту.

- Когда еще представится такая возможность?- пожал плечами мужик.- Вы, как я погляжу, ребята фартовые, да и попасть в историю…

- Главное, в нее не вляпаться,- буркнул Макс. Он на месте проводника воспользовался бы возможностью и свалил отсюда при первой возможности. Но как раз-то у него выбора не было.

Они начали спускаться по лестнице. Она располагалась в колодце с грубо обработанными стенами. Посветив через перила вниз, можно было подумать, что лестница ведет в преисподнюю.

- Зачем рыть так глубоко?- ворчал Санек. Лестница поскрипывала и потрескивала под ногами. Он крепко держался за перила свободной рукой, ожидая в любой момент неприятной неожиданности.

- Это ж военный объект, стратегический, еще с советских времен,- пояснил Митрич. Он шел первым, хотел выглядеть бесстрашным, но не очень-то у него получалось. Однако, в отличие от Глушакова, напрягала его далеко не прочность лестницы, а что-то иное, более пугающее.- Тогда многое строили с расчетом на атомную войну. На тот случай, если шарахнут по нам ядреной бомбой, а нам хоть бы хны, мы в домике, то есть под землей. Говорят, здесь планировали целые подземные города, в которых можно было бы жить и работать. Но потом началась перестройка, разрядка, новое мышление. Тех, кого раньше боялись, начали в зад целовать.- Митрич бухтел безостановочно, словно находил в этом успокоение. Да и парням было легче. Во-первых, информация лишней не бывает. Во-вторых, его голос, пусть и негромкий, заглушал скрип уставшего металла и звуки, доносившиеся снизу… если таковые имелись.- Потом вся эта канитель закружилась, Зона появилась, так что проект свернули окончательно и бесповоротно. А подземные линии снабжения остались. Они здесь повсюду. Говорят, под землей можно по всей Зоне перемещаться, света белого не видя. Раньше. А потом в этих подземельях настоящие боевые действия происходили. С одной стороны военные, а с другой… Разное говорят. То ли с пришельцами воевали, то ли с Избранными, то ли монстров отстреливали. Ясности в этом нет, потому как мало кто в той бойне уцелел, а остальное засекретили и опечатали. Так вот, некоторые туннели серьезно пострадали, иные военные, отступая, сами взрывали. Теми, что уцелели и ведут к важным объектам, пользуются до сих пор, чтобы по синьке, значит, не шастать, ну и грузы так легче доставлять. Но и охраняются эти туннели соответственно. Чтобы, значит, не шастали кто ни попадя.

- А сам ты сюда уже спускался?- спросил Макс.

- Было дело,- без особого энтузиазма подтвердил Митрич.- Нас тогда пятеро было. Назад мы вдвоем с Тохой вернулись. Трое сгинули, пока мы выход нашли.

Вот и гадай, радоваться такой информации или сразу впадать в отчаяние?

Наконец, лестница закончилась, парни с облегчением вздохнули, ступив на забетонированный пол.

- Митрич, а что…- Макс хотел было спросить, какие опасности подстерегают их впереди, но проводник зашипел и, не поворачивая головы, тихо сказал: