Попавшие 3

Глава 13

Очнулся Макс так же неожиданно, как и вырубился. Очнулся от боли. Адской боли. Его трясло так, будто он схватился за оголенный провод. И, по правде сказать, он на самом деле сжимал что-то в правой руке, и именно оно было источником его мучений. И так же, как в случае с оголенным проводом, Клинцов не мог от него избавиться. Пальцы превратились в капкан, намертво вцепившийся в некий предмет. Выпучив глаза, он увидел стоящих над ним Саню и Митрича. Глушаков был бледен и, глядя на Клинцова, казалось, сам испытывал соразмерную эмпатическую боль. В отличие от него, Митрич своим сосредоточенным спокойствием напоминал ученого, наблюдающего за воздействием экспериментального препарата на лабораторную крысу. Ее, конечно, жалко, но результат важнее.

Новый приступ боли накрыл Макса, его выгнуло дугой, он лязгнул зубами по какой-то хреновине, похожей на ручку от ведра. Митрич навалился сверху, прикрикнул на Саню:

- Помогай, чего стоишь!

Глушаков скривился так, будто раскусил дольку лайма, посыпанную кристаллами лимонной кислоты, схватил Клинцова за ноги.

- Митрич, ты уверен, что так и должно быть?- надрывно спросил он.

- Я не знаю,- пыхтя, ответил очкарик.- Никогда раньше не пользовался этой штукой, берег на крайний случай. Но вроде действует, а? Смотри, уже и кости срослись, и мясо начало восстанавливаться.

- Да ну ее нафиг, такую регенерацию. Уж лучше сдохнуть,- покачал головой Санек.

- С этим лучше не спешить.

- Как получится…

- Сплюнь!

Пока они переговаривались, Макс рычал, грыз ручку, вращал глазами… Короче, регенерировал.

И вдруг боль исчезла, как ее и не бывало. Тело Макса опало, наступило невероятное облегчение. Полный релакс на грани блаженства.

- Все, кажется, заряд закончился,- констатировал Митрич, вставая с колен и утирая пот со лба.

- Как все?- удивился Санек.- А шрамы?

- А ты думал, эта штука и дыры на носках заштопает? Хорошо еще, хоть так. К тому же шрамы украшают мужчину.

- Макс… Ты как?- спросил Глушаков, склонившись над другом.

Клинцов выплюнул деревяшку изо рта.

- Что это было?- Голос такой, будто он пару часов провел под наркозом.

- Арт. Скажи Митричу спасибо. Е:сли бы не он… Видел бы ты себя пять минут назад. Жесть! Тебя взрывом так покоцало, что больно смотреть было…

- С такими ранами не выживают,- поддакнул Митрич.

- А теперь что?- насторожился Макс.

- Да вроде все на место встало. Вот только шрамы остались. Ты как себя чувствуешь?

Клинцов прислушался к ощущениям, пошевелил руками-ногами, головой.

- Нормально вроде.

Привстал. Разжал ладонь правой руки, увидел нечто, похожее на кусок подтаявшей сосульки.

- Арт?

- Ага,- подтвердил Митрич.- Мне его один бродяга дал. Я помог ему, можно сказать, спас. Вот он и расщедрился. Сказал, что эта штука даже мертвого поднимет. Не обманул.

Макс вернул «сосульку» ее бывшему владельцу.

- Спасибо.

- Да какой от нее теперь толк?- посетовал проводник.- Выжал ты из нее все, до последней капли.

Бесполезный артефакт полетел в сумрачную даль.

Макс осмотрел и ощупал себя с головы до ног. Да, на руках остались шрамы, на одежде дыры с рваными краями, волосы слиплись от пропитавшей их крови. Но по ощущениям – ни боли, ни слабости, ни малейшего намека на плохое самочувствие.

- Что бы я без тебя делал, Митрич,- парень обнял проводника.

- А ничего бы не делал. Мертвые - они обычно ничего не делают.

Эту его уверенность подтверждала туша монстра, лежащая неподалеку. Да и остальное пространство заводской площадки было основательно завалено трупами всякой мутировавшей живности. И помимо этого такая разруха, будто торнадо прошелся.

- Не слабо так повеселились,- пробормотал Макс. Посмотрел на Митрича.- Что теперь?

- Уходить пора, итак подзадержались. Пойдем по рельсам. Они должны вывести на «железку». Наверное.

- Наверное,- передразнил его Санек.

- А тут ни в чем нельзя быть уверенным,- как ни в чем не бывало парировал Митрич.- Знал бы прикуп, жил бы Сочи, а так все наобум.

- Как всегда,- не стал с ним спорить Глушаков.- Пошли что ли…

Митрич не ошибся – рельсы с Завода привели в туннель, через который тянулась главная ветка. Туннель был основательный, хотя и не слишком просторный: обычному поезду в нем было бы тесно.

- Налево или направо?- спросил Санек, посветив сначала в одну сторону, а потом в другую.

- Налево,- уверенно сказал Митрич.

- По привычке?

- Причем здесь привычка?- не оценил его шутки проводник.- Видишь, заводская ветка поворачивает направо, то есть в сторону депо. Значит, нам налево.

- Ни хрена не понял логики, но поверю на слово.

Макс сверился с компасом. Налево, значит, на север. Все правильно.

- Никогда не понимал этого прикола,- пожаловался Глушаков какое-то время спустя.- Почему всегда шпалы под ногу не попадают? Это прикол такой?

- Специально сделано, чтобы такие умники, как ты по рельсам не ходили,- ехидно отметил Митрич.

- Никакой заботы о людях,- проворчал Санек.

Освещение в туннеле не было предусмотрено от слова совсем. Какие-то кабели тянулись по потолку, но ламп не наблюдалось. Дорогу освещали фонарями, в которых предусмотрительно сменили аккумуляторы. Света хватало, чтобы смотреть под ноги и вдаль метров на двадцать. Шли, стараясь не шуметь, но получалось плохо. Гравий трещал под ногами, Саня матерился, споткнувшись о шпалу, Митрич натужно сопел и что-то бухтел себе под нос. Время от времени в стенах появлялись дыры, от которых все трое старались держаться подальше. Шедший впереди проводник настороженно вглядывался вперед, а Макс, напротив, постоянно оборачивался, во избежание.

Именно Клинцов первым услышал подозрительный, настораживающий звук. Остановился, навострил уши, но не услышал ничего, кроме потрескивания гравия под ногами удаляющихся спутников.