Остап
– Войнов, двадцать кругов! – рявкает физрук, как только мы заходим в зал.
Делать нечего, пускаюсь трусцой. Может быть, поможет... И мозги не будут так кипеть, когда я буду наматывать круги.
Мама. Её таблетки. Аверин. Варя...
И так по кругу. Мысли словно в вихрь закручиваются, образовывая смерч...
Пробежав три круга, бросаю взгляд на дверь. Похоже, только я решил вернуться на физру. А Варя осталась с... этим!
Стискиваю челюсти. Она совсем, что ли, идиотка? Неужели не видит, что Нестеров лицемер? Или думает, что она ему действительно понравилась?
Бред... У него полшколы тёлок.
– Гуреев! – вновь каркает физрук, обращаясь теперь к вернувшемуся Демьяну. – Присоединяйся-ка ты к другу!
– Да сейчас звонок будет! – начинает спорить Гуреев. – Да и бегали уже... Сколько можно?
– Бегом! – орёт физрук, багровея от гнева.
На самом деле Демьяну просто нравится выделываться. В душе он бунтарь. Иногда мне приходится напоминать себе, что он на моей стороне. И прикрывать его задницу – практически мой долг.
– Вот чё ты лезешь? – возмущённо бросает Гурян, догоняя меня. Теперь мы бежим плечом к плечу. – Тебе прям не терпится вылететь из школы, да?! Так возьми – и сам свали!
– Предлагаешь мне стоять в стороне?
– Да! – с пылом бросает друг. – Я знаю, что делаю! Надо было оставить это мне!
Отмахиваюсь.
Лицо Нестерова для меня как красная тряпка. И как бы ни пытался отрицать, всё-таки меня задело, что он лезет к Варе. Я будто бы поверил в собственные слова – что она моя...
Но это же не так!
– Он этого и добивается, Гур... Чтобы я развязал драку. И тогда уж точно – до свидания!
– Хорошо, тогда давай я его просто выхлестну, а? – говорит Гурян с ухмылкой. – Мне же ничего не будет. Мой батя школу эту сраную спонсирует.
– Зачем его бить? Чтобы его маман выставила, что это сделал я? Ей ведь плевать на факты. Даже если его побьют его же одноклассники, всё равно буду виноват я. Она сумасшедшая... И меня ненавидит.
– А мы на камеру снимем, что я его метелю, – тут же предлагает Гуреев. – Ну, Тап! Ну надо же как-то его проучить!
Звенит звонок, и мы переходим с бега на шаг. Идём к выходу из зала. Но физрук пока никого не отпустил, и мы замираем в шаге от двери.
– Ни ты, ни я не будем его бить, – отрезаю. – Мотива нет.
– Как это нет? А как же новенькая?
Поворачиваюсь к другу лицом и смеряю его предупреждающим взглядом. Эта тема опасная... Потому что в моей голове полный кавардак.
– При чём здесь Варя? – мой голос странным образом дрожит.
– При том, что он мутит с ней, чтобы тебя задеть! – наседает Демьян. – И не гони мне, что тебе насрать на неё! И на то, чем всё это закончится! Он же просто попользуется ею...
Слова друга меня ещё больше заводят. Вот какого чёрта он это делает? Я вроде только успокоился... Да, вроде... Чёрт!
– Ладно, все свободны, – говорит наконец физрук. – Те, кто не успел подтянуться! У вас есть шанс подкачать мышцы, дохляки.
Вот так шутить – вполне привычное дело для нашего учителя физкультуры.
Стараясь расслабиться, пытаюсь думать о самых обычных вещах. Я сегодня подтянулся сто четыре раза. Это мой личный рекорд. До этого мой максимум был восемьдесят три. Вероятно, злость на Нестерова так подействовала...
Твою ж мать... Стоп!
Думаем о чём-нибудь другом...
Девчонки сдали нормативы. Некоторые уже давно стоят у двери, спеша покинуть зал. Наконец-то распахивают её. Мы с Гуряном выходим из зала в числе первых.
– Я понял, ты на грани, – обречённо вздыхает друг, устремляясь к раздевалке. Бросает взгляд через плечо, и я вижу, как в нём загорается азарт. – Я слышал про вечеринку в субботу...
Гуреев стягивает футболку через голову. Ухмыляется, услышав ликование девчонок, идущих за нами, разворачивается ко всем лицом и замирает на входе в раздевалку. Мне тоже приходится остановиться.
– Эй, одиннадцатиклассницы! – с вызовом бросает он девчонкам другого класса. – Кто пойдёт со мной на вечеринку в субботу? Место вакантное и одно-единственное! Хотя ладно... Могу с двумя пойти, если поделить меня не сможете.
Некоторые из них пренебрежительно фыркают. Но в глазах подавляющего большинства разгорается интерес. Ну а наши одноклассницы буквально тянут руки, выпрашивая, чтобы Демьян выбрал кого-то из них. Все, кроме Васи. Она смотрит на Демьяна неодобрительным взглядом, в котором написано: «Он когда-нибудь уже угомонится?»
– Что и требовалось доказать! – ухмыляется Гуреев, переводя взгляд на меня.
– Не понял. Что именно ты доказал?
– Что я здесь самый желанный, – с преувеличенной самоуверенностью заявляет он. – А не ты или Нестеров.
И хотя он просто угорает, всё равно умудряется немного поднять моё настроение. Расплываюсь в улыбке...
Которая тут же гаснет, когда я вижу, что из женской раздевалки выходит Нестеров.
– Эй, неудачник! – сразу реагирует Гур.
Друг вновь лезет на рожон, даже дёргается в сторону этого придурка, но я его удерживаю.
Нестеров снисходительно смотрит на нас с Демьяном. Взглядом победителя! Так, словно получил преимущество в чём-то, чего мы пока не знаем. Ничего не ответив на выпад моего друга, просто уходит прочь.
Спустя пару секунд Демьян задаёт чертовски правильный вопрос:
– Какого хрена он делал в женской раздевалке?
Отредактировано: 30.10.2023