Попробуй меня остановить

Глава 30

Варя

– Как дела в школе?

Этими словами меня встречает Денис, на которого я натыкаюсь во дворе дома.

– Нормально, – пожав плечами, пытаюсь его обойти, но у меня не выходит.

Отчим с шумом захлопывает багажник своей машины и, шагнув в мою сторону, преграждает путь.

– Варь, давай уже зароем топор войны, – говорит он с какой-то усталостью в голосе. – Твоя мама беременна. Ей нужен покой, и совсем не нужны лишние волнения.

– Но я же ничего такого не делаю, – сразу встаю в защитную позу.

– Ничего? – скептически выгнув одну бровь, Денис скрещивает руки на груди. – Ты отстаёшь по истории, и не отрицай этого. Потому что прогуливала уроки вместе с Войновым. А сегодня ещё и в центре разборок была замечена. После чего, конечно, попала на ковёр к директору. А теперь ещё и родительское собрание будет по поводу вашей неуспеваемости. И потому, что вы занимаетесь непонятно чем.

– Понятно... Доложили уже...

Я с обидой поджимаю губы и предпочитаю не смотреть на Аверина. Встав к нему вполоборота, разглядываю стену дома и просто жду, когда этот неприятный разговор закончится.

– Варя, вот только не надо включать ребёнка, – продолжает отчитывать меня Денис. – Директор школы – мой приятель. Да, он позвонил мне, чтобы узнать, что с тобой происходит. И маме я ничего не говорил, если что. Могу и совсем не говорить. Сам схожу на собрание, и мы с тобой решим это без её участия.

Резко повернувшись к отчиму лицом, категорически заявляю:

– Спасибо, но нет! Я сама ей всё расскажу.

– Зачем? – в его голосе появляются стальные нотки. – Чтобы расстроить её? Заставить нервничать? Тебе уже семнадцать. Ты почти взрослая. И должна осознавать элементарные вещи. Твоей маме сейчас нельзя нервничать, понимаешь?

– Понимаю. Но визит к директору школы не так уж и страшен. Мама и раньше ходила на собрания. И не всегда меня там по головке гладили.

– Когда это было? – спрашивает Аверин, но тут же сам отвечает: – Тогда, когда вы с мамой жили вдвоём? После смерти твоего отца? Так вот: теперь я выполняю обязанности твоего отца. И имею право требовать от тебя выполнения определённых, совсем не сложных правил. Первое – не позорить ни меня, ни маму. Второе – прилежно учиться. Третье – не связываться с Войновым. Заметь, в этих правилах нет ни уборки по дому, ни каких-то ещё домашних дел. Разве тебе плохо живётся?

Аверин замолкает в ожидании ответа. А меня просто распирает от злости. Начинаю загибать пальцы:

– Во-первых, я исправлю историю. Во-вторых, я никого не позорю, и это всего лишь собрание в школе. В-третьих – не надо выбирать мне друзей. А в-четвёртых – ты мне не отец!

Я стремительно обхожу Аверина и забегаю в дом.

Да пошёл он к чёрту!

– Варюш, как дела? – из кухни выходит улыбающаяся мама. – Я тут пельмени надумала лепить, ты мне поможешь? Но сначала обедом тебя накормлю.

Она явно не замечает ни моих раздутых ноздрей, ни резких движений, которыми я стягиваю обувь. Её руки в муке, она держит их перед собой, стараясь ничего не трогать.

– Есть я не хочу... А с пельменями, конечно, помогу. Только можно, я попозже к тебе приду? Мне нужно принять душ, я после физры.

Старательно контролирую свой тон, и мама, кивнув, уходит на кухню. А я несусь вверх по лестнице, влетаю в свою комнату и с размаху захлопываю за собой дверь.

Бесит! Чёрт, как же меня бесит Аверин! Словно он пример для подражания, и я почему-то должна его слушать. Его! Бабника и подонка!

Скинув рюкзак с плеч, подхожу к окну и раздвигаю занавеску. Из моей комнаты хорошо видно только часть двора и кусок ворот. И я просто жду, когда ворота, наконец, откроются, и Денис уедет. Он был одет в форму, а значит – уже собрался идти на работу.

Не знаю, сколько я так стою возле окна, пытаясь разглядеть то, что находится за углом. В какой-то момент отчётливо слышу, как хлопает парадная дверь. А ещё минут через пять она хлопает второй раз. Через минуту, не больше, ворота ползут в сторону, и машина Дениса появляется на дороге. Отчим уезжает. И мне сразу становится легче дышать.

Я всё-таки иду в ванную и принимаю душ, заколов волосы в пучок, чтобы не намочить. Потом надеваю домашние шорты и майку и решаю спуститься к маме.

Застаю её всё там же на кухне за лепкой пельменей.

– О-о, Варя, вливайся! – с улыбкой говорит она, заметив моё появление.

Я макаю пальцы в муку и, встав с мамой рядом, берусь за тесто, которое она уже раскатала в небольшие кругляши. Кладу фарш в середину, накрываю другим куском теста и прищипываю края. Вместе работа идет быстрее.

– Как дела в школе? – непринуждённо спрашивает мама, боднув меня бедром. – Денис сказал, что некий Игнат за тобой ухаживает. Хороший мальчик?

– Мне не нравится, – практически цежу сквозь зубы.

– Ну-у... значит, не твоё, – сразу отступает она. – Да и какие сейчас могут быть мальчишки? Сначала нужно школу закончить.

Вот, значит, как. Тогда я решаю кое-что ей напомнить:

– А как же ты и папа? Вы ведь встречаться начали ещё в школе, да?

– Ладно, ты меня поймала, – мама расплывается в улыбке, которая тут же меркнет. – Просто сейчас время другое, Варь, – продолжает она обеспокоенно. – Мальчишки совсем другие. Им нужно всё по максимуму, побыстрее и без каких либо обязательств. Я просто за тебя волнуюсь, вот и всё.

– Ясно, – я впериваю взгляд в очередной пельмень, сконцентрировавшись на лепке.

Чувствую, что мама сканирует мою щёку, но не решается вновь заговорить со мной на эту тему.

– Я вижу, что ты не в восторге от Дениса, – говорит она после нескольких минут нашего обоюдного молчания. – Но также я вижу, что он очень старается. Пытается дать тебе всё самое лучшее. Сегодня утром он сожалел, что был с тобой резок и что придрался к твоей одежде. Обещал, что больше ничего подобного не повторится. Он ведь никогда не имел дела с подростками и не знает, как себя вести.

Ну-ну... Пусть лучше расскажет, как он бросил беременную.