Попробуй спрятаться

18 отрывок

Журбин изгнал из головы угнетающие мысли. Постарался повращать глазными яблоками, глянул на окно…

Увидел, как по внешнему подоконнику, выходящему на палисадник, крадется полосатый кот.

Жюли! Пришла!

Кот смотрел в окно, но не на Сеньку. Он пристально приглядывал за женщиной, что уже расправила шторы и уселась в кресло. Отдыхает с полуприкрытыми глазами. Готовится к решительной схватке за обладание носителем.

Мама поменяла положение, двинулась, и кот исчез!

Мама… Мама…    

Миранда. Сейчас Арсению нужны спасительные воспоминания о наставнице. Она многому не успела (или не захотела?) научить Арсения, но тем не менее разъяснила ему главное: «Мозг, Журбин, легко настраивается на незнакомую работу по ассоциациям. Если ты столкнулся с чем-то впервые и не знаешь, как бороться, вытаскивай из памяти подобие. Делай схватку внутренне видимой, материальной! Если огрызаешься, то представляй, что состоишь сплошь из зубов – кусайся! Хочешь выпутаться – делайся ножницами или бритвой! В теле нетелепата я не могу устроить для тебя тренинг по противоборству, поэтому всегда отталкивайся от чего-то хорошо знакомого, ассоциативного!»

Сенька перестал думать о себе, как о червивом бревне. Представил себя живым, могучим деревом, из ствола которого вырастают ветки-руки… Вообразил, что ветви чуть колышет ветер… заставляет их потряхиваться, оживать…

Корни под землей бурлят! Наполняются живительной силой ноги…

По оконному стеклу чуть слышно ударил кошачий коготь, и отвлек Арсения. Парень открыл глаза, присмотрелся: Василий-Жюли мягко нажимал лапой на стекло, придерживаясь некоего ритма, и выжидательно, просительно глядел на неподвижного приятеля. Лапа, пульсируя и расплющиваясь, повторяла одно и то же предложение азбукой Морзе.

«Я иду к Тамаре, я уду к Тамаре», - прописывала на окне кошачья лапа.

Глаза Арсения расширились, но помертвелые губы не осилили даже немую артикуляцию. Сеньке хотелось крикнуть: «Не ходи!!! Попробуй лучше с Примаком, он полностью свободен!!» Но ничего не получилось.

Василий-Жюли бросил Журбину долгий взгляд и спрыгнул на землю. В безвыходной для друзей ситуации французская ученая приняла отважное решение: не обладая ментальными способностями, Жюли решилась на эксперимент – собралась попробовать взять под контроль носителя-человека.

Что из этого выйдет, не предугадать. Француженка не телепат, подавляя человеческим превосходством, она могла управлять носителями из животного мира, но получится ли у нее взять под контроль человека, чей рассудок не активен?

Это покажет лишь эксперимент. Профессор решила рискнуть, ее друзьям – в пещере и в деревне – грозила гибель!

К сожалению, к дому шаманки Василий-Жюли подбежал слишком поздно, когда потерявшего сознание Примака уже отволокли в сторонку. Жюли не поняла, что произошло, Арсений не успел ей сообщить, а попросту - забыл предупредить француженку, что рядом с домом валяется полностью свободный человек! Переселяйся в Примака, как в пустой сосуд, и владей! Журбин слишком сосредоточился на встрече с бывшим мучителем и сбросил со счетов француженку. Что, впрочем, и понятно: Жюли не обладала смертоносными диверсионными навыками, не имела телепатических возможностей, не представляла интереса как боевая единица. Она была – котом.

Полосатый котик пробирался к баньке. На крыше бани снова лежал снайпер, держал под прицелом дверь и окна дома шаманки, готовился стрелять по каждому, кто покажется на улице.

Стрелял таежный охотник, без сомнения, прекрасно. Белкам и куницам шкур не портил.   

Василий-Жюли старался не смотреть на торчащее с крыши дуло карабина: страх человека способен разбалансировать реакции зверя. Кот легкой тенью скользил в траве, разросшейся вдоль штакетника, ограждающего картофельные грядки. Француженка боялась привлечь внимание стрелка к обмотанной изолентой странной штуковине на кошачьем ошейнике. Василий-Жюли обогнул баню по полю и с тыла подкрался к раскрытой настежь двери.

-  Не балуй, Димка! – раздался из предбанника тихий мужской рык. – Фаина за девку с тебя семь шкур спустит!

-  И чо? – хмыкнул собеседник. – Девка, типа, бабушке пожалуется, да?.. Не, Санька, она у нас молчаливая, смирная… Глянь, какая спелая…

-  Убери лапы, я сказал! – вновь прикрикнул первый. – Нашел время для баловства!

-  Да пошел ты… Нынче мы, Санек, банкуем! Можешь в очередь вставать!

На загривке Василия поднялась дыбом шерсть. Нос наморщился, хвост захлестал по полосатым бокам!

Жюли не нужно было заходить в предбанник, дабы понять, что там творится. Не теряя больше ни секунды, кот ударил лапой по кнопке телепорта!

Первым ощущением француженки стала прохлада. Грубые, заскорузлые пальцы стягивали с Тамары рубашку, джинсовый жилет уже валялся на полу…

-  Ох, какая ты у нас гладенькая, шелковая… - возбужденно бормотал небритый парень, сидевший перед девушкой на корточках. – Конфетка, а не девочка.

Тамара безвольной куклой сидела на широкой, застеленной домотканым полотенцем лавке. Безразлично ко всему на свете смотрела перед собой.

Жюли почувствовала, как мужские пальцы в заусенцах шершаво приникают под бюстгальтер, стискивают девичью грудь, мнут, теребят. Вторая рука терзает заупрямившуюся застежку джинсов…

Жюли не сразу поняла, кем является в этом теле – альфой или бета-наблюдателем. Бета чувствует все то же, что и носитель, но не может управлять.

Борясь с отвращением, француженка попыталась настроиться на управление и начала с глаз девушки.

-  О! Санька, глянь-ка, ей нравится! Девка-то на меня таращится… Раскраснелась прямо вся…