Пора возвращаться домой

Часть 4

Снейп приходит на площадь Гриммо под утро, незадолго до рассвета. Всего через пару часов после того, как я, после долгой изнуряющей погони по лесам и болотам, на свой страх и риск аппарирую — и оказываюсь нос к носу с «родной» дверью. Вхожу внутрь под мамочкины завывания — в конце концов оказывается, что это только портрет, и на том спасибо — принимаю душ и падаю лицом в пахнущие пылью и сухими травами подушки. Эта кровать стоит в комнате Регулуса — мою после побега мамаша если не сожгла и не разметала по кусочкам, то точно уничтожила, я даже не смог найти её в доме.

Какие бы планы я ни строил, сначала мне очень надо поспать. Конечно, человек может прожить без сна больше недели, но вряд ли это состояние благоприятно на нём скажется. Я не спал всего около четырёх дней, но мне уже хреново. Не только из-за этого, конечно, но всё-таки. А в этом доме вроде можно не бояться, что найдут — по крайней мере, за мной не было хвоста, когда я аппарировал.

Конечно, я не перестану бояться. Сейчас меня пугает любой шорох, любая тень, и даже моё собственное дыхание кажется слишком громким. Возможно, лишь этим и объясняется то, как долго я ставлю всевозможные щиты перед тем, как лечь. Это слишком тяжело. Тяжелее, чем смерть. Если бы я умер, страха бы больше не было. А сейчас во всем мерещится опасность, и даже сама комната заставляет меня крепче сжимать палочку в кулаке.

Но Снейп, конечно, появляется не в этой комнате. И даже не в гостиной. Он тоже аппарирует к двери, активируя мои свежие Сигнальные чары, и под Оборотным зельем выглядит так не по-снейповски, что у меня в первые мгновения даже подозрений не возникает. Ну, то есть, сперва невольно встаёт перед глазами парень с сумкой, по утрам приносивший почту магглам, под крыльцом которых я ночевал несколько дней. Картинка такая яркая и мирная, что я даже не сразу вспоминаю: дверь этого дома магглам не увидеть, да и никто не знает, что я здесь. Вовремя вспоминаю. Вследствие этого открывать, конечно, не тороплюсь: мягко и осторожно подхожу к двери, чтобы не скрипнула половица, и вслушиваюсь в то, что происходит снаружи. Возможно, это мои последние минуты на свободе. И стоило прикладывать столько сил, чтобы в конечном итоге… А, неважно.

— Не строй из себя наивность, Блэк, — перебивает мои мысли этот невзрачный внешне человек, и я моментально узнаю стиль. Лучше бы ошибся, но я точно знаю, что нет. Прошла хренова куча лет, случилось невероятное количество событий, но есть какие-то моменты, которые неизменны и узнаваемы даже спустя всё это время. Твою-то мамашу, Нюниус, зачем тебя сюда принесло?..

— Я знаю, что ты там. Открой дверь. Пожалуйста.

— Ты пришёл меня сдать? — от неожиданности я реагирую на это внезапное «пожалуйста» совершенно по-детски. Но это с виду. Внутри поднимается огромная волна страха, затапливающая меня по самые ноздри. Ни за что не вернусь в Азкабан, даже если в борьбе за это мне придётся умереть. Да, я выжил там и сохранил сознание, но от некоторых вещей мне наверняка никогда не удастся избавиться. Даже гриффиндорцам бывает страшно.

А если я его не впущу, сам он войти не сможет: Блэки всё-таки непростая семья, и защита у нас — фу, как же неприятно говорить это «мы» сейчас — непростая. С другой стороны, они — если Снейп не один — могут оцепить дверь и камины, и тогда я смогу только аппарировать отсюда наугад, без уверенности, что не встречу в конечном пункте ещё энное количество кого угодно. Волна разбивается о те хлипкие щиты, которые я успел выстроить себе за короткое время, пока нахожусь на свободе, разметывает их в щепки, и мне стоит очень больших усилий даже просто устоять на ногах.

Снейп тем временем молчит, и я повторяю вопрос. Кажется, дрожь в голосе становится очень хорошо слышна, и это мне нравится меньше всего.

— Нет, не сдать, — просто отвечает он. — Только поговорить. Если ты не откроешь сейчас, проблем может быть больше, чем от нахождения меня в твоём доме. Действие Оборотного уже кончается. Меня могут здесь увидеть.

И всё? Вот так просто — никакого сарказма, или язвительности, или попытки меня проклясть, или других снейповских сюрпризов? То ли он со школы сильно изменился, то ли устал так, что на нападение сил нет. Если всё, что я о нём знаю, до сих пор актуально, я бы десять галеонов поставил на второе. Если бы они у меня были, конечно.

— Учти, если что — я буду защищаться, — выпаливаю я первое, что пришло в голову. Ну, как буду… Врукопашную у меня намного больше шансов, будем честны. Палочка, конечно, при себе имеется, вот только она чужая и не станет достаточно хорошо слушаться, а значит, магическая дуэль мне противопоказана — продую на месте. — Я…

Мне всё ещё страшно. Может быть, сейчас даже сильнее, чем когда я увидел его на пороге. Я чувствую себя загнанным в угол, и, в связи с этим, ни малейшего понятия не имею о том, зачем всё-таки открываю ему дверь. Я правда не знаю, хоть Веритасерум выпью — скажу то же самое. Наверное, сказывается то, что страх отключает мне мозги, и открытое спокойствие, с которым он держится. А ещё, конечно, эффект неожиданности. Ненавижу его. Их обоих.

— Заткнись, — коротко, но не зло парирует Снейп, шагая внутрь, и я вдруг даже в полумраке замечаю, какое худое и осунувшееся его лицо, а пальцы, держащие волшебную палочку, побелели от напряжения. — Есть проблема. В том числе у тебя.

Забавно, наверное, что он первый, кого я вижу после такой долгой разлуки с нормальным миром. Но всякие там знаки судьбы я ненавижу ещё со времён Прорицаний в школе.

— О, разумеется, — язвлю я, уже понимая, что как минимум прямо сейчас он мне ничего не сделает. — Благодарю, что ты потратил время, чтобы явиться сюда и мне об этом сообщить. Уж сам бы я не догадался, что побег из Азкабана может стать проблемой.

— Оставь на время в покое свои тяготы, будь добр, — в тон отвечает Снейп, и вправду не делая даже попытки поднять палочку. Ой, не к добру такое мирное поведение — раньше-то мы при встрече всегда пытались друг друга если не убить, то как минимум проклясть посильнее. — Речь не о тебе. Но, коль скоро твоя мохнатая задница очень удобно и вовремя оказалась здесь, будет совершенно не лишним подключить к решению проблемы и тебя тоже, насколько это вообще возможно. Дело в Поттере.