Поражение Сефир.

Поражение Сефир. Часть 1.

Я царь – я раб – я червь – я бог!

Г.Р. Державин

Узкий каменный коридор был едва освящен. В спёртом воздухе ещё стоял тяжёлый запах отполированного камня, на щеках и лбу тончайшими слоями оседала мелкая пыль. Ход пробурили совсем недавно. Огромная скала цельного гранита поддалась лишь с третьей попытки и только титанойдному буру. Первые две дисковые установки обломали свои алмазные зубы на первых 20 метрах. Сефир вёз титанойд аж со своей земли, с хорошим сопровождением и максимальной скрытностью. Поговаривали что про его сокрытый Шамир - прогрызатель камня уже прослышал Асмадин - его ненасытный сосед, облюбовавший одну из ближайших лун и наскоро вырывший в ней свое логово.

- Засел на моей границе как клещ. Чёртово Шоабино семя. Но ничего, поц поганый, пусть твой папаша только отвернется, я тебя живо поставлю раком.

На слабо освещенных люминисцтетом стенах коридора причудливо танцевали тени. В покорном молчании Сефира со всех сторон облепили телохранители, позади шло несколько ассимляторов. Они тихо перешептывались друг с другом, их защитные балахоны, нелепо растопыривающиеся при ходьбе, неприятно скрипели. Закованный в тяжёлую чёрную броню, превосходивший по росту даже охранников Сефир будто бы плыл в движущейся безликой массе, как хищная матка в сопровождении роя рабочих насекомых.

Мысли в голове были неспокойны, ярились как змеи. Глубоко вдохнув, Сефир ощутил давление пластин экзоскелета на грудь и спину и, закрыв глаза, принялся успокаивать внутренние токи энергии. За происходящим снаружи он следил астральным зрением. Его аура расширилась, втянула в себя сознания напрягшихся телохранителей и медленно потекла сквозь их тела. Теперь он видел и их глазами. Ассимиляторы позади сразу притихли. С ухмылкой, Сефир заметил, как более показательными стали их позы подчинения - склонённые головы и мелкая семенящая походка - всё выражало почтительность и благоговейный страх.

Вскоре процессия достигла первых заградительных ворот. Пока приставные охранники возились с замками, Сефир мысленно прошёлся по разумам всех своих телохранителей. Ему почудилось, что он нащупал некое поле неудовлетворённости. Так и оказалось. Шестеро из 150-ти только недавно вышли из женской фазы - их гормональный и эмоциональный фон были сильно расстроены. Сефир заменял телохрану каждый месяц, с расчетом, чтобы все наёмники были исключительно в мужской фазе - была выше выносливость, сила и координация. Последняя замена произошла всего с неделю назад, и в ней было много новых сменщиков. Шестеро обновленных - так хийлы называли тех, кто менее 7 дней назад сменил пол, сильно давили на общую энергетику. Их разболтанные половые центры фонили похлеще обнажённых радиационных коробов.

Сефиру не хотелось опускаться до уровня прислуги, но безопасность была в приоритете, да и отсутствие сношений в течение вот уже 3 месяцев не лучшим образом влияло на ход мыслительных процессов.

"Неудовлетворенный хийл - дохлый хийл".

Акцентировав внимание на шестерых обновленных, Сефир пропустил через их половые центры небольшое количество своей сексуальной энергии. Бедняги едва удерживались, чтобы не застонать, по телам некоторых из них прошла крупная дрожь, пальцы судорожно сжались на оружии. Втянув в свою ауру образовавшийся сгусток оргазмической энергии, Сефир ощутил ползущее по спине приятное тепло. Взнуздав обновлённых силой своего энергетического поля, он не без удовольствия оценил их мгновенно повысившуюся решимость, и безоговорочную покорность. Разумеется, они не понимали, откуда на них свалилась сия «манна небесная», но подсознательно вожделели своего хозяина.

«Если хочешь покорности от раба, выработай у него зависимость не только от того что ты ему даёшь, но и от себя самого. Пусть он жаждет тебя, как еду, как воду и пусть страшиться потерять. И пусть этот страх у раба будет больше чем его желание жить».

Советы родителя были редки, но ценны не менее золота. Шахаб неохотно делился секретами, ибо он всё еще дорожил своей властью. Но Сефира радовало уже одно то, что он – один из немногих сыновей получал от матери подобные наставления.

Миновав первые заградительные ворота, а за ними еще пару – последовательно увеличивающиеся в размерах громоздкие бронированные заслоны, Сефир с сопровождением, наконец, достиг подземной базы, вернее одного из её недавно вырытых секторов. Если бы не шамир, им пришлось бы долбить эту гору год, а то и два.

Внутренние помещения были уже практически готовы, горстки рабочих, носящиеся по громадным залам, наспех доделывали завершающие косметические работы. В последний момент в одном из залов под очередным слоем снятой породы даже нашли золотую жилу, но сейчас было не до неё. Тем не менее, за воровство имущества Владыки тут же назначили наказание – казнь на месте и без разбирательств.

Войдя в просторный зал Сефир, наконец, вдохнул свободно. Запылённый ход остался позади, с грохотом закрылись последние заградительные ворота. Своды огромной пещеры чуть заметно дрогнули, кое-где с 30-ти метровых потолков посыпалась мелкая крошка. Телохрана тут же рассыпалась в стороны и образовала вокруг Сефира три живых кольца. Двое ассимиляторов по причудливой дуге обошли Сефира со спины и, представ перед ним, склонились в поклоне. Неказистые, маленького роста (они едва доставали Сефиру до груди) ассимиляторы покорно выжидали приказов Владыки. Он не спешил. Сефир будто бы и вовсе не видел скрючившиеся перед ним две худые фигуры. Глубоко вздохнув и расправив плечи, он, наконец «снизошёл»:

- Каково сейчас содержание кислорода в секторе?

- 20 целых и пять десятых процента Владыка – высоким, чуть с хрипотцой голосом ответил один из ассимиляторов, не поднимая головы и не меняя позу. Сефир смерил его подозрительным взглядом. Его чёрные глаза, наполовину скрытые бронированным наголовьем недобро блеснули. Он чётко и отрывисто приказал:

- Смотреть в глаза!