Порча

Глава 3. Обжорство

Он проснулся.

Было холодно, и всё тело дрожало. Ночью он ничем не мог укрыться, одеяла не было, не было даже жалкой тряпицы – и холодный рассвет обрушился на него с беспощадностью.

«Бррр, боги, как же холодно!»

Он открыл глаза, осмотрелся… и резко сел.

Он вспомнил произошедшее вчера. А именно – то, что он оказался в странном непонятном мире и потерял память.

Чувство отчаяния охватило его. Нет ничего отвратительней, чем просыпаться и обнаруживать, что вчерашняя проблема всё ещё не решена.

Он снова огляделся. Его окружала странная обстановка – он помнил её с ночи, но тогда он видел всё это во тьме, а сейчас на свету. Он находился в удлинённом помещении из металла, две длинные стены имели ряды окон. Вдоль них стояли просторные кресла – на одном таком он сейчас и находился. Он припомнил надпись снаружи на этой постройке – текст на незнакомом языке: «Трамвай 521». Интересно, что бы это могло значить?

Он посмотрел в окна – снаружи стоял туман.

«Боги, от этого мира меня уже начинает тошнить… Я уже ненавижу туман…»

Было бы хуже смерти вечно блуждать в странном туманном мире, где всё выглядит одинаковым. Вчера он не обнаружил особых вариаций в окружающей обстановке – теневые существа, объекты из бумаги, туши и акварели, туман. Неужели и сегодня будет то же самое?

Он почувствовал боль в животе и услышал урчание.

«Да я же не ел весь вчерашний день…»

Одно из благ сна и одна из бед бодрствования – чувство голода. Спящий его не ощущает, а вот пробудившийся…

«Интересно, смогу ли я найти что-нибудь поесть в этом странном мире?»

Он вспомнил, что видел вчера крабов в море – значит, кое-какая живность тут водилась. Также он припомнил барак людей-теней.

«Вероятно, пропитание я смогу здесь найти».

Но куда двигаться, чтобы добыть еды? Единственная идея, которая посетила его – вернуться к бараку и раздобыть еду у людей-теней.

Но сможет ли он вновь найти то место в тумане? И кстати – что происходит с теми объектами, которые он встречает, блуждая в тумане, а потом оставляет позади? Может быть, они исчезают? От этого странного мира можно всего ожидать! Может быть, всё, что он видит, бредя через туман – существует только лишь ради него одного?!

Тем не менее…

Ему хочется есть, и еда может быть у людей-теней, а значит нужно вернуться к бараку. Он помнил, что двигался всё время прочь от барака и от моря, и там, где находилось море, был закат. А значит теперь, чтобы попасть туда вновь – нужно двигаться прочь от рассвета.

Он не был уверен, утро ли сейчас – в тумане сложно разобраться – но прохлада, сырость и запах росы наводили на мысль, что сейчас действительно было утро. А следовательно нынешнее положение светила можно воспринимать как указатель восточного направления – и прочь от него и нужно двигаться, чтобы отыскать барак теней.

«Что ж, в путь!» – сказал он себе и покинул «Трамвай 521».

***

Он двигался в сторону, противоположную восходу, уверенный, что именно там найдёт длинный барак. Он надеялся, что у людей-теней отыщется еда.

По крайней мере, так казалось сначала. Однако за время пути он начал сомневаться в этом. В конце концов, прозрачные люди-тени – разве должны нуждаться в пище, и разве может что-либо удержаться в их телах, если они это проглотят?! Ведь он помнил, как они не могли дотронуться до него, а его руки и ноги свободно проходили сквозь их тела.

Тем не менее, стоило всё же проверить тот барак. Вчера он уже успел убедиться в том, что люди-тени ему не опасны – а значит, он может посетить их вновь и детальней изучить место их обитания. В бараке должно быть много вещей – он помнил все те бесконечные комнаты, окна, балконы, двери. В жилых помещениях должна быть мебель и всевозможные бытовые принадлежности, не так ли? Может оказаться и еда.

Даже если еды там не будет, всё равно интересно изучить вещи, что он сможет найти. Может быть, там будут какие-то книги, записи, картины – что-то, что рассказало бы ему больше о мире, в котором он оказался – и, возможно, что-то пролило бы свет на его прошлое.

Голод всё сильнее давал о себе знать. Юноша брёл в тумане, время от времени оборачиваясь и сверяясь с положением восходящего солнца. Снова из тумана ему навстречу выплывали причудливые создания – гигантские рыбы, огромные странные существа, которых он считал увеличенными насекомыми. Снова в пути ему попадались необычные дома и деревья, камни и трава – они были бумажными, акварельными, тушевыми, они расплывались, растекались, рвались, под порывом ветра разлетались на множество бумажных листков.

«Что это за мир? Что за странный сумасшедший мир?» – думал он, продолжая идти.

Через некоторое время он достиг места назначения. Путь оказался верным – он действительно прибыл к длинному бараку.

«Что ж, можно кое-что взять себе на заметку – кое-что относительно этого мира. Я обнаружил барак именно там, где и намеревался, пройдя вчерашний путь обратно. Из этого следует, что этот мир не меняется, и объекты, когда я их покидаю, не исчезают. Этот мир устойчив – как и нормальный, мой родной мир. Хотя бы это радует. Теперь, зная, что этот мир устойчив и постоянен, я могу надеяться на то, что смогу в нём ориентироваться».

Было бы непросто – а точнее, вовсе невозможно – ориентироваться в мире, где объекты постоянно менялись бы и исчезали, как только ты оставишь их и отойдёшь подальше. Однако этот мир оказался постоянным, и это радовало.

Он начал осторожно подбираться к дому-бараку. Хоть он и неоднократно убедился вчера в том, что люди-тени не могли ему навредить, потому что их тела бесплотны – всё равно стоило оставаться настороже и не расслабляться. Он пока ещё мало знал об этом мире, так что следовало быть начеку и готовиться встретить любую неприятную неожиданность.

Он машинально положил руку на ножны и вновь разочарованно вспомнил, что меча у него нет.