Порхание в небытие

III

Бывало ли у вас когда-либо такое чувство по утрам, когда вы рады любой мелочи, и в вас столько позитивной энергии, что вы готовы делиться ею со всем миром? Этому не способствуют какие-то определенные события, такое либо случается, либо нет.

Примерно такое произошло и с Адрианой. Кровать ей показалась на редкость удобной, покрывала и простыни веяли свежестью, из окна дул приятный ветерок, и это несмотря на то что завалилась она спать в корсете с чулками и с тысячью другими неизвестными ей предметами гардероба. Она встала достаточно поздно по меркам девятнадцатого века – в десять часов утра и, пригладив растрёпанные волосы, решила полюбоваться прекрасным видом. Так, теперь нужно решать, как поступать дальше. Если это в самом деле розыгрыш, во что ей верилось всё меньше, то он как-то затянулся.

"А если нет? — устрашающая мысль подкралась незаметно". Что, если она сейчас спустится и начнёт над всеми смеяться, давая понять, что раскрыла их, а её упекут в психиатрическую лечебницу?

В коридоре слышались суетливые переговоры прислуги, снующей между господскими покоями. Неприятное чувство неопределенности и страха быть раскрытой непонятно за что именно: за то, что она понятия не имеет, как очутилась в этом времени, или того, что выдает себя за другого человека, вытеснило эйфорию после хорошего сна.

Так, нужно разложить всё произошедшее по полочкам: во-первых, эта Корнеллия пропала без вести. Украдена или сбежала по собственной воле – вопрос; во-вторых, если она останется, её попытаются выдать за какого-то странного Антонио. Перспектива так себе, конечно; в-третьих, девушка понятия не имеет, куда бежать, если вообще бежать.

"Конечно бежать! — твёрдо решила Адриана, привставая на кончиках пальцев на балконе. — "Я побегу в полицейский участок, или как тут он называется, где они установят мою личность, а потом... — она задумалась". Что делать потом представлялось ей туманно. Вдруг и там её примут за сумасшедшую? Ах нет, как бы там ни было, она постарается вернуться к себе домой.

Девушка тихо приоткрыла дверь и, заметив, что на горизонте чисто, метнулась к лестнице, бесшумно спускаясь вниз. Заслышав приглушенную беседу горничных, она прижалась к стенке, а когда те завернули за угол, мигом бросилась к входной двери. Здесь она наткнулась на удивленного престарелого дворецкого.

"Как некстати! — от неожиданности Адриана подпрыгнула".

— Куда-то направляетесь, сеньорита? — Осведомился учтиво он. — Хотите отправить письмо?

— Да, — поспешно бросила она, пересекая крыльцо.

Девушка шла спокойно, и лишь когда кованная чёрная калитка осталась позади, резко перешла на бег. Страх подгонял её, ещё не успевшее полностью пробудиться, тело. Наверное, она поступает благоразумно. Вот сейчас осталось добежать до центральной дороги и поймать такс... кэб, или как тут называют наемные экипажи, а потом приехать домой. Однако по мере отдаления от дома Долоресов ни одна дорога не маячила на её пути. В какую глушь её завезли? Адриана резко затормозила, вспомнив упоминаемое название провинции – Льорет-де-Мар. Да он же в нескольких часах езды от Барселоны! Словно загнанный в клетку зверёк, она начала крутиться на месте, с ужасом смотря на зелёные и незнакомые ей земли. Паника вытеснила все остальные чувства, перекрыв поток здравых мыслей в мозг. Девушка, упав на колени, обхватила голову руками и дала волю истеричным рыданиям.

Да что ж это за жестокая шутка? Почему никто из её родных не схватился о пропаже? Как ей сейчас их не хватает: она совсем одна в незнакомом окружении, без денег и малейшего понятия, что делать. Внезапно кто-то коснулся её плеча. Вздрогнув от неожиданности, Адриана повернула покрасневшее от слёз лицо к взволнованному Бернарду. Судя по связке писем в его руке, он только вернулся с почты.

— Сеньорита, — произнёс он хрипло, с трудом сгибая свою больную поясницу, — я могу чем-то помочь? Вы выглядите очень подавленной. Что-то произошло?

— Я просто хочу домой, — непонятно зачем взмолилась она перед этим странным, хмурым мужчиной.

— Понимаю, — Бернард помог ей подняться на ноги, вручив свой носовой платок. — Я сам не в восторге от условий вашего приезда, Корнеллия, но просто сбегать и рыдать у всех на глазах – не самый лучший вариант, не так ли?

Адриана кивнула, поспешно вытирая слёзы.

— Идёмте, дорогая, пока нас никто не заметил, — произнёс он, ведя её под локоть. — Вы должны быть сильной ради своей семьи, Корнеллия. Помните, вы – их единственная надежда.

"Нет, это Корнеллия должна быть сильной ради своей семьи, а не я. — бросила девушка в сердцах, и обида на несправедливость судьбы окатила её с головой". Зачем вообще она притворилась этой беглянкой?

Они прошли вместе с Бернардом мимо несколько удручённого дворецкого и недоумевающей над видом гостьи Алисии, прежде чем Адриана снова осталась наедине со своими тревогами. С минуты на минуту придут камеристки, чтобы заново её переодеть во что-то другое, и девушке даже не хотелось сопротивляться роли куклы последующие час-два. Не прошло и двадцати минут с пробуждения, а она уже чувствовала себя бессильной и уставшей. Куда же ей податься? В какие колокола трезвонить, чтобы её отыскали? Быть может, не только она, а вся её семья переместилась сюда... Ей до сих пор не хотелось называть это "путешествием во времени". Как же всё сложно.

Адриана потерла пальцами пульсирующие виски и, вздохнув полной грудью, вышла на балкон. Сейчас, при дневном свете, она могла подробнее рассмотреть округу. Это место воистину было изумительным. Солнце окрашивало ландшафт в некий золотой цвет, тем самым придавая зеленым холмам атмосферу сказочности и умиротворения. Море цвета бирюзы было спокойным, слышались крики чаек, круживших над скалами. Где-то поодаль плыл небольшой корабль. Пару раз в густой траве девушка заметила заячьи ушки, которые невольно спугнули целое поселение синих бабочек, взлетевших, словно волшебный ковёр. Виноградники гармонично смотрелись с изредка растущими оливами и высокими пальмами.