Порочный Токио

ЧАСТЬ 1 Утреннее солнце Глава 1. Судьба будет на вашей стороне.

ЧАСТЬ 1

Утреннее солнце

Глава 1.

Судьба будет на вашей стороне

12 июля 1992 года стало поворотным пунктом в моем знакомстве с Японией. Я приклеился к телефону, засунув ноги в мини-холодильник - в летнюю жару любая прохлада сгодится - и ждал звонка из самой престижной японской газеты Yomiuri Shinbun. Я получу работу репортера или останусь без работы. Это была долгая ночь, кульминация процесса, растянувшегося на целый год.

Незадолго до этого я погрязал в роскоши, нисколько не заботясь о своем будущем. Я учился в университете София (Дзёити) в центре Токио, получал степень по сравнительному литературоведению и писал студенческую газету.

Итак, у меня был опыт, но ничего, что можно было бы назвать началом карьеры. Я был на ступень выше преподавателя английского языка и неплохо зарабатывал, переводя с английского на японский учебные видеофильмы по кунг-фу. В сочетании со случайными подработками в виде шведского массажа для богатых японских домохозяек я зарабатывал достаточно для повседневных расходов, но все еще опирался на родителей в плане оплаты обучения.

Я понятия не имел, чем хочу заниматься. У большинства моих сокурсников работа была обещана еще до окончания вуза - это называется naitei, что неэтично, но все так делают. Мне тоже пообещали такую работу - в Sony Computer Entertainment, но она была хороша только в том случае, если я продлю учебу еще на год. Это была не та работа, которую я действительно хотел, но, в конце концов, это была Sony.

Поэтому в конце 1991 г., имея очень легкую учебную нагрузку и много свободного времени, я решил заняться изучением японского языка. Я решил сдать экзамены по массовым коммуникациям для будущих выпускников вузов и попытаться устроиться на работу репортером, работающим и пишущим на японском языке. Мне казалось, что если я смогу писать для школьной газеты, то писать для общенациональной газеты с восемью-девятью миллионами читателей будет не намного сложнее.

В Японии люди не строят карьеру в крупных газетах, проходя путь от местных газет до газет небольших городов. Основную массу репортеров газеты набирают сразу после окончания университета, но сначала дети должны сдать стандартный "вступительный экзамен" - своего рода газетный SAT. Ритуал проходит следующим образом: Начинающие репортеры приходят в огромную аудиторию и в течение дня сдают тесты. Если ваш результат достаточно высок, вы проходите собеседование, затем еще одно, еще и еще. Если вы достаточно хорошо справитесь с заданиями и понравитесь интервьюерам, то вам могут пообещать работу.

Честно говоря, я не думал, что меня возьмут на работу в японскую газету. В смысле, каковы были шансы, что еврейский паренек из Миссури будет принят в это элитное японское журналистское братство? Но мне было все равно. Если бы мне было ради чего учиться, если бы у меня была цель, пусть и недостижимая, то время, потраченное на ее достижение, могло бы принести какую-то побочную пользу. По крайней мере, мой японский язык улучшится.

Но куда подавать документы? В Японии более чем достаточно средств массовой информации, которые к тому же более жизненно важны, чем в США.

Газета Yomiuri Shinbun имеет самый большой тираж - более десяти миллионов экземпляров в день - среди всех газет Японии, да и всего мира. Раньше на втором месте была газета Asahi Shinbun, теперь она занимает не такое большое, но все же второе место. Раньше говорили, что Yomiuri - официальный орган ЛДП, консервативной Либерально-демократической партии, которая доминирует в японской политике со времен Второй мировой войны; Asahi - официальная газета социалистов, которых сейчас почти не видно; а Mainichi Shinbun, третья по величине, - официальная газета анархистов, потому что газета никогда не могла понять, на чьей она стороне. Sankei Shinbun, которая в то время была, вероятно, четвертой по величине газетой, считалась рупором крайне правых; некоторые говорили, что ее авторитет был примерно таким же, как у таблоида в супермаркете. Однако нередко в ней появлялись и хорошие сенсации.

Сложнее оказалось разобраться с телеграфной службой Kyodo, которая представляет собой японское агентство Associated Press. Первоначально эта служба называлась Domei и являлась официальным пропагандистским подразделением японского правительства времен Второй мировой войны. Не все связи были разорваны, когда после окончания войны фирма стала независимой. Кроме того, контрольный пакет акций компании принадлежит крупнейшему и самому влиятельному рекламному агентству Японии (и мира) Dentsu, что может накладывать свой отпечаток на освещение событий. Однако одно обстоятельство делает Kyodo лучшим информационным агентством, в котором можно работать: его профсоюз, которому завидуют все репортеры в Японии. Профсоюз следит за тем, чтобы репортеры могли использовать положенные им дни отпуска, что в большинстве японских компаний встречается крайне редко.

Существует также Jiji Press, которая является как бы младшим братом Kyodo, но более трудолюбивым. У нее меньше читателей и меньше репортеров. Шутка заключалась в том, что репортеры Jiji пишут свои статьи после прочтения Kyodo - жестокая шутка в жестокой индустрии.

Сначала я склонялся к Asahi, но меня стала обижать ее склонность при каждом удобном случае выставлять Соединенные Штаты в дурном свете. Это противоречило тому представлению об Америке, которое, как мне казалось, сложилось у большинства японцев, - как о выразителе демократии, распространяющем свободу и справедливость по всему свободному миру.

Редакционные статьи Yomiuri были довольно жесткими, консервативными, с большим количеством кандзи (оригинальных китайских идеограмм) и неясностей, но статьи в разделе национальных новостей произвели на меня настоящее впечатление. В то время, когда термин "торговля людьми" еще не вошел в обиход, Yomiuri опубликовала язвительную серию подробных статей о судьбе тайских женщин, незаконно ввозимых в Японию в качестве секс-работниц. В статье женщины рассматривались с относительным достоинством и, хотя и в мягкой форме, критиковалась полиция за то, что она слабо реагирует на эту проблему. Как мне показалось, позиция газеты была твердо на стороне угнетенных, она боролась за справедливость.